Буду признателен, если поделитесь информацией в социальных сетях

 

ОНЛАЙН ВИДЕО КАНАЛ С АСТРАЛЬНЫМ ПАЛОМНИКОМ
 
Задать вопрос можно в мини-чате, а так же в аське и скайпе
Есть вопрос? - найди ответ!  Посмотрите видео-FAQ - там более 700 ответов. ПЕРЕЙТИ
Ответы на вопросы в видео ежедневно c 18.00 (кроме Пт, Сб, Вс)
Посмотреть архив онлайн конференций 
 
  регистрация не обязательна, приглашайте друзей - люблю интересные вопросы
(плеер и звук можно выключить на экране трансляции, если они мешают)

 

 

       

 

Я доступен по любым средствам связи , включая видео
 
аська - 612194455
скайп - juragrek
mail - juragrek@narod.ru
Мобильные телефоны
+79022434302 (Смартс)
+79644902433 (Билайн)
(МТС)
+79158475148
+79806853504
+79106912606
+79106918997

 

 

 

Яндекс.Метрика
Яндекс.Метрика Програмирование и метапрограмирование человеческого биокомпьютера (Лилли) скачать      /83.zip
ОСНОВНЫЕ РУБРИКИ САЙТА
МЕНЮ  САЙТА

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги

Музыка

онлайн- видео

Партнерская программа

Фильмы

Программы

Ресурсы сайта

Контактные данные

ВХОД

В ПОРТАЛ

 

Библиотека 12000 книг

Аномальное   

Здоровье

Рейки  

Астрал  

Йога

Религия  

Астрология

Магия

Русь  

Аюрведа  

Масоны

Секс

Бизнес 

НЛП

Сознание

Боевое  

Он и она

Таро  

Вегетарианство  

Ошо

Успех

Восток  

Парапсихология

Философия

Гипноз  

Психология  

Эзотерика  

ДЭИР

Развитие

900 рецептов бизнеса

 

 

Видеоматериалы автора сайта

Практика астрального выхода. Вводная лекция

Боги, эгрегоры и жизнь после

 жизни. Фрагменты видеокурса

О страхах и опасениях, связанных с выходом в астрал
 

Видеокурс астральной практики. Практический пошаговый курс обучения

 

Интервью Астрального паломника
 

Запись телепередачи. Будущее. Перемещение во времени

Призраки в Иваново. Телепередача

 

 

 

 

Програмирование и метапрограмирование человеческого биокомпьютера (Лилли)

скачать      /83.zip

 

 

Выдержки из произведения по ссылке вы можете скачать произведение полностью (в архиве zip)

 

Джон Лилли

ПРОГРАММИРОВАНИЕ И МЕТАПРОГРАММИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БИОКОМПЬЮТЕРА ЦЕНТР ЦИКЛОНА: АВТОБИОГРАФИЯ ВНУТРЕННЕГО ПРОСТРАНСТВА

Джон Лилли

ПРОГРАММИРОВАНИЕ И МЕТАПРОГРАММИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО БИОКОМПЬЮТЕРА

СОДЕРЖАНИЕ

Введение ко второму изданию

Предисловие ко второму изданию

Предисловие к первому изданию

Метатеоретический подход.

Вступление

Основные допущения

1. Применение проектовно-демонстрационной техники в глубинном анализе с использованием диэтиламида лизергиновой кислоты (ЛСД-25)

Телесное лицо

Пустой экран

Внешняя реальность нулевого уровня

Определение уклонения при анализе метапрограмм

Внутреннее познавательное пространство

Практические подходы

Определение самометапрограммы генеральной цели

2. Результаты экспериментов по самометапрограммированию с применением ЛСД-25

Эксперименты с базовыми программами существования

Метатеоретические результаты экспериментов с использованием основных допущений

3. Индивидуальный язык метапрограмм и примеры его свойств

4. Метапрограммирование в случае фиксированных невротических программ (мигрень): примеры восприятия и взаимодействия допущений

5. Заметки относительно потенциально летальных аспектов некоторых бессознательных предчеловеческих программ выживания

6. Выбор участников для ЛСД-экспериментов по самоанализу

7. Поведенческое проигрывание предчеловеческих программ в условиях изоляции: проблема циклического бессознательного воспроизведения

8. Основные воздействия ЛСД-25 на биокомпьютер. Шум как основная энергия проекционной техники

Гипотезы роста

9. Выводы из основной теории, полученной как обобщение экспериментов по метапрограммированию положительных состояний с применением ЛСД-25

10. Коалиции, контакт и ответственность

11. Контакт и коалиции с индивидуальностями других видов

Уклонение от контакта

Метапрограммы межвидового контакта.

Наблюдения в контакте человек-дельфин: подражание как доказательство контакта

12. Обобщение логики, использованной в этой работе: истина, ложь, вероятность, метапрограммы и их связи

13. Отношения между средствами программирования и материальной частью в человеческом биокомпьютере

14. Проблемы

15. Метапрограммирование изображения тела

16. Модели мозга

17. Отрывок из книги Ф.М. Достоевского "Идиот"

Выводы

Словарь

Основные метапрограммы

Аннотация: Автор использует идеи, полученные путем экстраполяции и переработки современной теории вычислительных машин для объяснения субъективных аспектов работы человеческого мозга и программного управления психикой. Обсуждаются методологические основы предлагаемого им биокомпьютерного подхода. Приводятся результаты исследований и самоанализа.

ВВЕДЕНИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

У этой книги любопытная история. Она была написана в качестве итогового отчета о пяти годах моей работы для одной государственной организации - Национального Института Психического Здоровья, который в течение пяти лет оплачивал мои исследования в области нейрофизиологии коры головного мозга.

Книга была задумана в обстановке, относительно благоприятной для ее написания. Почти сразу после завершения экспериментов были приняты законы, запрещающие научные исследования, связанные с использованием и изучением диэтиламида лизергиновой кислоты (ЛСД). Фактически, исследователей заставили замолчать. Законодатели составляли законы в атмосфере, далекой от разумного отношения к проблеме. Была объявлена национальная программа против ЛСД, которое явилась причиной паники, сравнимой разве что с войной, чумой или голодом. Его признали разрушителем здоровья и интеллекта молодых людей и даже одной из причин врожденных уродств.

Книга "Программирование и метапрограммирование человеческого биокомпьютера" была написана в этой атмосфере в 1966 - 1967 годах. Работа и записи к ней относятся к периоду между 1964 и 1966 годами. Ее замысел возник в 1949 году, когда в разговоре с Бриттоном Чейнсом я впервые познакомился с идеей проектирования компьютеров. Я соединил эти идеи со своими исследованиями в области нейрофизиологии коры головного мозга.

Все это было более подробно проработано в исследованиях одиночной изоляции с сенсорными ограничениями в опытах с ванной в том же институте с 1953 по 1958 годы. Эти опыты проводились одновременно с нейрофизиологическими исследованиями системы наказания и поощрения в человеческом мозге. Свой вклад в развитие этих идей внесли также программа исследования дельфинов и результаты исследований с внедрением электродов в мозг.

Работая над этой книгой, я опасался, что не смогу корректно выразить в письменной форме непосредственные переживания, возникавшие в процессе проводимых опытов. Я чувствовал, что группа из тридцати человек, большой исследовательский бюджет, в целом жизнь института зависит от меня и того, что я напишу. Я предполагал, что прямая публикация результатов может привести к потере работы моими коллегами, не говоря уж о стабильности моего собственного положения.

И действительно, несмотря на принятые мной меры, издание в 1967 году этой работы привело к прекращению финансирования программы одной государственной организации, занимавшейся исследованием дельфинов. До меня доходили разговоры относительно моего мозга и интеллекта, якобы измененных ЛСД. В этот момент я оставил институт и перешел в Психиатрический Исследовательский Центр, чтобы возобновить исследования ЛСД в программе, имевшей поддержку в правительстве. Я познакомил со своими идеями исследователей центра, а позже в 1969 году перешел в Исаленский институт.

Включение в тесное общение с другими людьми в Исалене и отсутствие административного давления укрепило во мне уверенность в отношении обсуждаемых идей. В это время Стюарт Бранд посмотрел работу по миографии, которую я давал В. В. Гармону из Стенфорда, пытавшемуся использовать ее в своих иcследованиях суфизма. Стюарт попросил копии для распространения. У меня было 300 копий, изготовленных фото-офсетным способом с печатного экземпляра. Он продал их за несколько недель и попросил разрешения сделать увеличенный тираж по более низкой цене. Я согласился, хотя и сомневался в возможности продажи. Бук Пипл", Беркли, организовали перепечатку. Несколько тысяч копий было продано.

Я написал отчет таким образом, что его основное содержание было скрыто за тяжелым длинным введением, предназначенным остановить обычного читателя. Однако, когда слово сказано, такая уловка уже не останавливает интересующихся. Основные идеи оказались важными для достаточного числа читателей, и работа приобрела неожиданную популярность. Поэтому оказалось возможным напечатать ее полностью.

Несколько раз меня просили переделать эту работу. Однако это привело лишь к тому, что появилась новая книга - "Центр циклона", Джулиан Пресс, Нью-Йорк, 1972. Следующая попытка что-то изменить в работе закончилась еще одной книгой - "Моделирование Бога: наука веры". Получилось, что эта работа стала источником других работ и не поддавалась пересмотру.

Для меня она - вещь, отдельная от меня, своеобразная запись пространства прошлых событий и путь в новые пространства, через которые я прошел и не смогу вернуться назад.

Настоящее издание этой работы в ее полном виде обязано своим появлением самоотверженной работе издателей Артура Коппоса и Д'Амико. Им я признателен за оживление старого содержания и придания ему новой формы. С самыми теплыми чувствами я выражаю свою признательность Антуанетте за ее помощь, поддержку и любовь.

Февр., 7. 1972 Д.К.Л.

ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Все люди, достигшие взрослого состояния, являются запрограммированными биокомпьютерами. Такова человеческая природа, и этого нельзя изменить. Все мы способны программировать себя и других.

Несмотря на громадное разнообразие возможных программ, набор их у большинства из нас ограничен. Некоторые из них пришли из глубины веков и унаследованы нами от наших животных предков - простейших одноклеточных, губок, кораллов, червей, рептилий и т.д. В базовых формах жизни программы передавались через генетические коды к полностью сформировавшимся организмам, способным к воспроизведению себя в потомстве.

Такие программы можно назвать встроенными. Паттерны функций типа стимул-реакция определялись необходимостью приспособления к изменениям среды, чтобы выжить и передать генетический код потомкам.

По мере увеличения размеров и сложности нервной системы возникают новые уровни программирования, не привязанные непосредственно к целям выживания и обстоятельствам размножения.

Встроенные программы лежат в основании этих новых уровней и находятся под контролем высшего порядка.

По-видимому, кора головного мозга возникла как расширение старого компьютера и стала новым компьютером, взявшим под контроль структурно более низкие уровни нервной системы, более низкие встроенные программы. Вместе с тем появилась возможность обучения, а с ней и способность быстрее адаптироваться к окружающей среде. А позже, когда кора головного мозга за несколько миллионов лет достигла критической величины, возникла новая способность - способность самообучения или способность обучаться обучению.

Когда вы обучаетесь обучению, вам приходится создавать модели. Для этого нужно использовать символы, аналогии, метафоры и т. п., что, в свою очередь, приводит к появлению языка, мифологии, религии, философии, математики, искусства, политики, бизнеса и т.д. Но это все возможно лишь при критическом размере мозга, а точнее, его коры.

Чтобы избежать необходимости всякий раз повторять -"обучаться обучению", "символы", "метафоры", "аналогии", "модели"", я обозначил лежащую в основе этих понятий идею, как метапрограммирование. Метапрограммирование возникает при критическом размере коры - церебральный компьютер должен обладать достаточным числом взаимосвязанных элементов определенного качества, чтобы стало возможным осуществлять метапрограммирование.

Метапрограммирование является операцией, в которой центральная система управляет сотнями тысяч программ, работающих параллельно и последовательно. Таких возможностей у компьютеров, изготовлявшихся промышленностью к 1972 году, еще не было. Метапрограммирование выполнялось вне компьютеров, построенных на кристаллических схемах, программистами-людьми, так как машины на это не были способны. Люди в этом случае являлись не только программистами, но и метапрограммистами.

Ведь именно людьми, человеческими биокомпьютерами определялось, что будут делать машины-компьютеры, как они будут работать, какие данные будут в них вводится. Но я думаю, что можно сконструировать метапрограммный компьютер и передать эту операцию ему.

Когда я говорил, что мы можем программировать самих себя, я имел в виду, что такое программирование будет производиться с уровня наших метапрограмм. Все, чем мы являемся, как человеческие существа - это результат использования того, что в нас встроено, и того, что нами приобретено. В этом смысле мы выступаем в качестве метапрограммистов самих себя или самометапрограммистов.

Так же, как из сотен тысяч программ постепенно выделяется комплекс тысяч метапрограмм, так и из этого комплекса, как основы, возникает что-то еще - управляющий, контролер, программист в биокомпьютере, метапрограммист самого себя. В хорошо организованном биокомпьютере есть, по крайней мере, одна такая контролирующая программа, называемая "я", используемая для воздействия на другие метапрограммы, и еще одна, называемая "меня", связанная с ситуацией, когда биокомпьютер подвергается воздействию со стороны других метапрограмм. Я намеренно сказал - по крайней мере одна. Большинство из нас имеет несколько "я", нескольких контролеров, которые, в зависимости от задач, управляют либо параллельно, либо последовательно во времени. Как я подробнее покажу позже, один из путей саморазвития состоит в том, чтобы централизовать управление собственным биокомпьютером в руках одного метапрограммиста, делая другие метапрограммы добросовестными исполнителями, подчиненными единственному администратору, единственному сверхдобросовестному самометапрограммисту. По-видимому, существуют методы централизации управления, с помощью которых объединение как элементарная операция осуществляется во многих, а возможно, и во всех, биокомпьютерах.

В управляющей иерархии кроме метапрограммиста и его ближайшего окружения могут быть другие инстанции, которые для удобства я называю сверхличностными программами. Их может быть одна или несколько в зависимости от состояния сознания метапрограммиста. Они могут быть персонифицированы, как если бы они были самостоятельными сущностями, их можно рассматривать просто как сеть для передачи информации, но возможна и такая реализация, при которой "я" как бы путешествует во Вселенной по незнакомым планетам, галактикам, размерностям и пространствам. Если продолжить операцию объединения на уровне сверхличностных программ, можно прийти к концепции Бога, Творца, Созидателя Звезд. Временами может возникнуть соблазн соединить явно независимые сверхличностные источники в одно целое. Я не уверен, что можно до конца проделать такую операцию сверхличностного объединения и получить результат, полностью соответствующий объективной реальности.

Определенные состояния сознания являются результатом таких объединений. Мы - компьютеры общего назначения и способны запрограммировать любую постижимую модель вселенной внутри нашей собственной структуры, изменить масштаб нашего метапрограммиста до микрокосмических размеров, и запрограммировать его на путешествия через собственную модель, как если бы она была реальностью (уровень 6, Сатори + 6: Лилли, 1972). Можно испытать огромное удовольствие от программируемой мощи собственного биокомпьютера. Не нужно преувеличивать или отрицать ценность такого переживания. То, что биокомпьютер обладает таким свойством, является важным дополнением к списку возможностей метапрограммиста.

Когда получаешь контроль над моделированием вселенной внутри себя и становишься способным эффективно изменять соответствующие параметры, твое "я" может использовать эту способность, чтобы стать достойным ее.

Качество собственной модели вселенной определяется тем, насколько хорошо она соответствует реальной вселенной. В общем-то качество внутренней модели не имеет гарантии на соответствие реальности, как бы вы в этом ни были уверены. Чувства благоговения, поклонения, святости, уверенности являются метапрограммами, приспосабливающимися к любой модели, даже очень далекой от реальности.

Современная наука знает, что человеческая культура порождает определенную космологию и поклоняется ей, и что не может быть гарантий высокого соответствия этой космологии реальной вселенной. Насколько это в наших силах, мы пытаемся проверять, а не поклоняться создаваемым моделям вселенной. Такие чувства, как благоговение и поклонение нужно скорее понимать как источники энергии биокомпьютера, а не как факторы достоверности, обеспечивающие соответствие моделей реальному миру. Сопутствующее экспериментам чувство уверенности мы рассматриваем, как свойство состояния сознания, особый эффект психического пространства, который можно использовать как индикатор или объект для дальнейших исследований, но который не должен приниматься за основание для окончательного суждения об истинном положении дел. Когда вы получаете возможность путешествовать внутри собственных моделей, по-видимому, находящихся внутри вашей головы, вы одновременно получаете возможность путешествовать вне или быть вне вашей модели вселенной, но при этом ваше "я" по-прежнему будет оставаться внутри головы (Лилли, 1972: Уровень или состояние + 3, Сатори + 3). При реализации такой метапрограммы все выглядит так, как если бы вы присоединились к творцам Вселенной, объединились с Богом и т.п. С помощью таких метапрограмм можно также настолько уменьшить свое "я", что оно может просто исчезнуть.

Можно освоить и другие сверхличностные метапрограммы, идущие еще дальше, как это описано в книге Олафа Степлтона "Создатель звезд" (Довер, Нью-Йорк,

1937). Здесь одно "я" соединяется с другим "я", проникая в прошлое и будущее времен и пространств. Всепланетное сознание вливается в сознание солнечной системы, а затем в сознание галактики. В дальнейшем уже межгалактическое сознание вливается в сознание Вселенной и предстает перед лицом своего Творца - Создателя звезд.

Здесь сознание Вселенной понимает, что ее Создатель знает о ее несовершенстве и разрушит ее, чтобы начать снова и создать более совершенную Вселенную.

Такое использование своего биокомпьютера может открыть нам глубокие истины о самих себе, о своих потенциальных возможностях. Исследуя глубокие состояния бытия и сознания, можно прийти к следующей основополагающей истине, касающейся наших теоретических позиций: -в сфере ума то, во что веришь, как в истинное, истинно или становится истинным в пределах, которые можно установить на основе внутреннего и внешнего<%20> опыта. Эти пределы проявляются как дальнейшие убеж<%18>дения, за которые тоже можно выйти. В сфере ума нет пределов.

(Лилли, 1972)."

Сфера ума - это сфера наших моделей, метапрограмм и памяти. А как быть с физической сферой, включающей собственное тело

и другие тела? Здесь, как кажется, есть пределы.

В сети тел, где наше собственное тело связано с другими телами программами выживания, воспроизведения и созидания, дело обстоит следующим образом.

Тела сети, приютившие умы, - это основание, поддерживающее эти умы, своеобразная поверхность планеты, на которой разворачивается действие. Эти тела накладывают определенные ограничения, которые устанавливаются экспериментально с учетом внутреннего опыта. Этот опыт отдельные умы, находящиеся в сети, согласуют между собой с помощью специальных программ.

Все это на бытовом уровне проявляется как общепринятая наука.

Можно сказать, что мы имеем дело с информацией, не ограниченной никакими пределами в сфере отдельного ума, но ограниченной в оговоренных, согласованных пределах (возможно, и не необходимых) в сети умов. Мы также располагаем некоторой информацией о собственном теле и о сети тел на планете. После таких уточнений исследуемая проблема может быть сжато сформулирована следующим образом.

Если максимально изолировать отдельное тело и связанный с ним ум в среде, полностью контролируемой на физическом уровне, то сможем ли мы с помощью современных научных методов получить достоверную информацию о всех информационных входах и выходах такого биокомпьютера, т.е. сможем ли мы на самом деле достичь эффективной изоляции и ограничения? Если такой биокомпьютер обладает способностью самопрограммирования, о которой говорилось выше, то имеется ли вероятность, что он сможет обнаружить или изобрести способы создавать информационные входы и выходы, которые еще не открыты современной наукой? Может ли центр сознания, связанный с таким биокомпьютером, передавать и получать информацию неизвестными в настоящее время способами? Будет ли этот центр сознания все время оставаться в изолированном биокомпьютере?

В этой книге я хотел бы показать, на какой ступени я нахожусь в решении указанных проблем. В предыдущих книгах я описывал личный внутренний опыт. В этой книге я занимаюсь теорией и методами, программами и метапрограммами.

Февраль, 1972, Д.К.Л. Лос-Анжелес, Калифорния.

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

Эта работа является результатом моих многолетних личных усилий, направленных на исследование парадоксов ума и мозга, их взаимоотношений и связей. Предполагается, что основные результаты этой работы могли бы помочь в решении некоторых философских и теоретических трудностей, которые возникают, когда используются различные точки зрения и различные основополагающие допущения.

Некоторые из важнейших философских проблем касаются существования "я", отношения его к мозгу и уму, к другим умам, существования или несуществования бессмертной части себя, веры и создания различных наделенных силой фантазий в этих областях мысли.

В человеческом поведении нередко можно столкнуться со стремлением принимать желаемое за действительное. Предвзятость оказывается вплетенной в лучшие научные исследования и философские достижения, направленные на понимание сущности Человека. Для интеллектуального и эмоционального продвижения каждый из нас нуждается в определенных идеалах. Кроме того, нам необходимы способы мышления, которые позволяют так же объективно смотреть на "внутренние реальности", как и на внешние биохимические и физические факты. Нам необходим эффективный философский анализ своего внутреннего мира, столь же хороший, как и тот, который мы применяем при исследовании внешнего мира. Эта работа является кратким изложением текущей позиции в попытке достичь объективности и беспристрастности в отношении к глубинным внутренним реальностям.

Можно, конечно, спросить, где будет использоваться такая теория? Я думаю, что после освоения ее можно непосредственно применять в самоанализе. Нужно помнить, что мы сами являемся частью системы с обратной связью, включающей другие человеческие существа, и что, начав с того конца системы, где находится наша личность, можно достичь уровня сверхчеловеческого анализа. Если это удастся, то вскоре вы сможете обнаружить улучшение взаимоотношений с другими людьми, а через какое-то время об этом в отношении вас смогут сказать и другие. Проявления нашего интеллектуального и эмоционального роста начинаются с межличностных отношений - отношений с женой, детьми, родственниками, коллегами.

Те, кто сможет понять и усвоить предлагаемые теоретические установки, будут нуждаться в переосмыслении большого количества интеллектуальных и эмоциональных фактов. Здесь каждому понадобятся знания и навыки оперирования в глубинах человеческой психики. Вероятно, лучше всего это будет получаться у ученых широкого профиля. Эти ученые, когда я показывал им свои теоретические разработки, обнаруживали быстрое понимание основных положений и следствий этой теории.

Другой тип ученых, у которых не было трудностей с "компьютерным" подходом, но могли быть трудности относительно "субъективных" аспектов проблемы, представляли молодые люди, основательно работавшие с компьютерами, занимавшиеся их применением и программированием. Многим из них не хватало нужного для понимания проблемы биологического и психоаналитического образования. Этим людям может быть предложено дополнительное обучение в области биологии и психоанализа.

К третьему типу можно отнести ученых, работающих в области классического психоанализа, которые могут прийти к выводам предлагаемой теории в своих дальнейших изысканиях. У них могут возникнуть трудности, связанные с отсутствием специфического типа мышления, относящегося к компьютерам общего назначения.

В использовании предлагаемой теории будут трудности у людей разных специальностей при совместной работе как группы в целом. Для преодоления этих трудностей необходимо, чтобы каждый член группы освоил способы мышления и виды мотивации, характерные для других областей. Члены такой группы смогут помогать друг другу в приобретении знаний и навыков в своих областях. Но конечно, эффективное усвоение предлагаемых подходов будет зависеть и от ответственности каждого.

Что касается проникновения в "глубинные реальности", то я думаю, что скрытые возможности этого не удастся увидеть до тех пор, пока не будет усвоен предлагаемый способ мышления.

Здесь дело заключается в самом механизме мышления. Я считаю, что когда эта теория будет усвоена и принята, появится возможность более удовлетворительно, чем сейчас объяснить свойства и функционирование нашего ума.

Лишь после того, как удастся увеличить контроль над сознательным мышлением и предсознательными процессами в биокомпьютере, появится возможность в полной мере сосредоточить внимание на программах бессознательного и начать интеграцию нашего "я" с внутренними реальностями.

Предлагаемая теория сформулирована в виде определенных утверждений. Однако не предполагается, что читатель должен принимать ее в качестве истины в последней инстанции. Каждое из предлагаемых утверждений нужно принимать лишь в качестве рабочей гипотезы, выдвигаемой автором на данном этапе исследований. Я не ставил своей целью создание новой философии, новой религии или новых жестких методов организации интеллектуальной жизни. Моей целью было увеличить гибкость, силу, объективность нашего теперешнего ограниченного ума и его знания о самом себе. Мы прошли долгий путь от низших приматов до современного человека. Однако нам предстоит еще идти и идти, чтобы раскрыть все достижимое в себе. Достаточно взглянуть на то, как неточно, нелепо люди обращаются друг с другом, чтобы понять, как далеко нам нужно пройти, если человечество хочет не только выжить, но и, поставив под контроль уровень диких страстей и предрассудков, развиваться дальше как прогрессирующий вид.

Предполагается, что эта теория будет полезна для понимания и программирования не только самих себя, но и других. Она может быть использована для того, чтобы достичь глубин истинно человеческого общения. Предлагаемые понятия могут быть применены и в пределах современных представлений о человеческой психике, и для того, чтобы совместными усилиями многих исследователей пойти дальше в разработке теории программирования и перепрограммирования человеческого поведения. На это автор по крайней мере надеется. И только время и упорная работа смогут подтвердить или опровергнуть исходные рабочие гипотезы.

Единственный факт, которым нельзя пренебречь при использовании предлагаемой теории, - это принципиальная уникальность каждого из наших интеллектов и связанного с ними анатомического органа - нашего мозга. К анализу своей психики или психики другого человека нужно подходить весьма ответственно, а это совсем не легкая работа.

Предлагаемая теория не является и не может быть волшебной отмычкой к человеческому интеллекту. Это адски сложно - добыть достаточное количество фактов, добраться до основных программ и метапрограмм, управляющих каждым конкретным умом, чтобы затем изменить обычное слабое функционирование, превратив его в сильное и полноценное. Эта теория могла бы помочь отобрать и организовать полученную информацию так, что ее можно было бы использовать для эффективного изменения работы мозга. Но фундаментальные исследования в этой области вряд ли могут быть сделаны слишком быстро и просто. В нас встроены предубеждения, пристрастия, блоки и запреты, которые сопротивляются и мешают восприятию нового. Бессознательное автоматически контролирует наше поведение. Все же, я думаю, прогресс в этой области возможен, но это может потребовать упорной работы несколько поколений тех, кто посвятит свою жизнь этим проблемам.

У меня по-прежнему не решен вопрос о разумности публикации слишком многого о себе, и я сомневаюсь, стоит ли в этой небольшой работе приводить во всех подробностях некоторые наблюдения, относящиеся ко мне лично. Если бы общество, в котором мы живем, было ближе к идеальному, я бы не колебался.

Правда, в идеальном обществе могла бы и не возникнуть потребность в этой работе. Я не знаю ответа, но не хочу становиться и на сторону тех, кто слишком уверенно отвечает на этот вопрос. Я лишь исследователь в этой области. Мое единственное стремление - быть свободным - "исследовать, а не использовать". Я делюсь тем, что испытал, поскольку моя профессия - искать, найти, рассмотреть, написать, оставаясь в пределах науки. Пусть другие используют в своей профессии, бизнесе, занятиях то, что мне посчастливилось найти. Я обнаружил, что как только становлюсь заинтересованным коммерчески, политически или как-нибудь еще, я теряю то, что более всего ценю - объективность, беспристрастность, непредвзятость, возможность свободно исследовать ум как естественный объект. Делать деньги, лечить кого-то, руководить, быть избранным, быть специалистом в своей науке - все это необходимо и нуждается в личностях высокоинтеллектуальных, зрелых и преданных делу. Так уж оказалось, что я не стал одним из них - возможно, я и делал попытки, но все-таки не выбрал этого.

В Соединенных Штатах Америки 1966 года настаивать на роли исследователя глубин человеческого ума значило бросать вызов интеллектуальным традициям, социальным шаблонам и выбирать область приложения исследовательских усилий, которые мало кто поддержит. В этой стране имеется тенденция субсидировать научные исследования одних специалистов по рекомендациям других специалистов - я знаю, что так обстоит дело в медицине, но это есть и в других областях науки. В этом смысле данная работа зависит от поддержки слишком большого числа специалистов. Я надеюсь, что когда-нибудь такие работы, как эта, будут опираться на свои собственные достоинства.

Я склоняю голову перед Неведомым. И разве непонятно, что науке, посвятившей себя Самому Таинственному и Самому Глубокому из Неведомого, нужна поддержка.

Метатеоретический подход

Есть две интеллектуальные школы, которые подходят к проблеме возникновения систем мышления, в том числе и математического, с противоположных концов. Несколько упрощая, эти два крайних подхода можно определить следующим образом.

1. Первый подход основан на метатеоретическом допущении, что любая система мышления покоится на несводимых друг к другу постулатах, принимаемых на веру. Тогда все следствия из манипуляций думающей машины с данными, извлеченными из внешней реальности или из собственной памяти, являются лишь разработкой, комбинированием и вариациями на темы исходных постулатов. Такой подход можно назвать формалистическим. Из такого подхода следует, что при использовании достаточно тонких методов, можно добраться до исходных постулатов, которые мотивируют, направляют и определяют работу ума. Можно ввести еще одно метатеоретическое допущение, состоящее в том, что если выявлен набор всех базовых постулатов, то это дает возможность объяснить поведение, порождаемое соответствующим умом. (Уайтхед и Рассел, 1927; Карнап, 1942; Тарский, 1946).

2. Второй подход сводится к предположению, что системы мышления возникают из интуитивного, сущностно непознаваемого субстрата ментальных операций (Гильберт, 1950). Эта школа заявляет, что новые виды мышления проистекают из неизвестных источников, и что ближе мы не способны подойти к основным допущениям, на базе которых работают системы мысли. Такие допущения, с этой точки зрения, остаются навсегда недоступными тому, кто мыслит. Такое метатеоретическое допущение дает основание предположить, что в будущем могут появиться системы мышления, которые в настоящее время совершенно невозможно предсказать.

3. Между этими двумя крайностями имеются промежуточные позиции, в которых допускается существование обеих возможностей, где каждая вносит свой вклад. Это позволяет выбрать способ мышления, который будет использоваться субъектом формального анализа и синтеза после того, когда выбраны основные допущения. Но этим, естественно, не исчерпываются все средства мышления. Некоторые из них продолжают опираться на известные методы, источники и сферы применения. Метатеоретическая позиция обеспечивает выбор каких-то формализуемых видов мышления из огромной вселенной других возможностей. Такая позиция не утверждает, что происхождение основных допущений может быть точно установлено. Однако, когда эти допущения удается обнаружить, можно построить соответствующее множество правил их комбинирования для ограниченного использования в пределах выбранной системы с тем, чтобы получались внутренне согласованные результаты. Такое построение ограниченной интегральной системы мышления, где указаны основные допущения, соответствующие ей, одновременно является и методом определения границ этой интеллектуальной территории.

Среди разных метатеоретических подходов к рассмотрению нашей собственной мыслительной машины и ее работы возможен такой, который отыскивает и исследует неизвестные источники основных допущений. Далее в общих чертах как раз и рассматривается проблема их происхождения и конструирования.

Если взять достаточно большую выборку образцов мыслительной продукции обычного ума, то выход на метатеоретический уровень должен бы обеспечивать возможность отыскивать базовые допущения и их источники. Однако я сомневаюсь, что во всех случаях взгляд с метатеоретического уровня на собственные способности адекватно наблюдать и анализировать ментальные события и сводить их к логическим основаниям, окажется эффективным. В каких-то областях мышления это возможно. Может быть, это доступно определенному типу умов. Но вряд ли это так по отношению к умам, заблокированным слепой верой в базовый набор допущений, - которые поэтому действуют логически прямолинейно.

Метатеоретическая позиция может использоваться не только для анализа структуры человеческого ума как компьютера общего назначения и критериев его совершенства. Выявлять наборы базовых допущений необходимо в различных областях мышления. К таким базовым допущениям можно отнести и разнообразные правила, используемые в играх, которые люди ведут с природой, социумом и между собой. Эти игры ведутся на различных уровнях абстракции, с различной степенью совершенства, с полной отдачей или безразличием. Отметим, что контакт с внешней реальностью предъявляет собственные требования, которые могут сильно отличаться от тех, которые может задавать ум в соответствии со своими особенностями. В этой работе внешней реальности уделяется мало внимания. Интерес автора в основном сосредоточен на мыслительной машине как таковой. В те периоды времени, когда эта машина не загружена контактами с другими биокомпьютерами или внешней реальностью, можно попытаться изучить ее структуру в чистом виде. Мой ум, рассматриваемый как чистая лабораторная культура в условиях физической изоляции и одиночества, является исходным материалом для этого исследования (Лилли, 1956).

Внимание автора в основном сосредоточено на тех метатеоретических положениях, которые остаются открытыми настолько, насколько это возможно для разумного объяснения и построения приемлемых моделей мыслительных процессов, возникновения исходных допущений, своеобразия "я" относительно остального ума и возможных трансформаций "я", которые сохраняют обратимость, и будучи гибкими, дают возможность обнаружить и испытать новые и, возможно, более эффективные способы мышления.

Являемся ли мы суммой и сущностью собственного опыта и наследственности, а также нашего моделирующего воздействия на других людей, животных, растения, или же мы что-то сверх этого? По мере того, как мы мучительно пытаемся найти ответ на этот главный вопрос существования "я", подобно тому, как это делали люди в течение тысячелетий, мы обнаруживаем, что такой тип вопросов и попытки ответить на них ведут к новым горизонтам понимания, новым системам мышления, в том числе математического, новой науке, новым точкам зрения, новой человеческой деятельности. Если попытаться осмыслить себя и свою природу как результат другой, не человеческой эволюции, если попытаться представить свое "я" как живущее совсем в другом социальном окружении, нежели то, действию которого мы подвергались, или вообразить себя эволюционирующим как организм с таким же или более сложным интеллектом, но не на суше, а в море или на планете, расположенной ближе или дальше от солнца, тогда можно ясно увидеть "относительный" характер нашего "я". Давайте осторожно рассмотрим, к примеру, генетические мутации, ведущие к различным человеческим формам, структурам и ментальным комплексам. Одна из возможных метатеоретических позиций состоит в том, что многие из таких мутаций в подходящих комбинациях, поставленные в соответствующие условия внешней среды, - а их может быть миллионы вариантов, могут привести к появлению жизнеспособных существ, которые начнут эволюционировать. Другими словами, даже те мутации, которые сейчас летальны, могли бы оказаться полезными с точки зрения выживания при особых условиях.

Если в этом заявлении есть хоть доля истины, тогда стоит осуществить продуманный комплекс экспериментов по приспособлению к различным средам с использованием особых диет, подходящего соотношения периодов сна и бодрствования, света и темноты, объема различных видов радиации, уровня шума, количества движения и т.д. с мутантами на различных стадиях их жизненного цикла. Другими словами, следует поэкспериментировать с широким спектром параметров, относящихся к нашей эволюции, чтобы отыскать их оптимальные значения для эмбрионов, плодов и детей, не выживающих в слишком узком спектре значений воздействий среды. При добросовестном исследовании и при наличии творческого воображения может оказаться возможным превратить летальное в оптимальное.

Наш генетический код со всеми его вариациями является конструкторским набором общего назначения, подходящим для большого числа разновидностей организмов, из которого мы видим лишь небольшое количество экземпляров среди зрелой части человеческой популяции, включающей все расы планеты. Этот молекулярный конструкторский набор для организмов через критическую ситуацию зачатия, первичное развитие и рост эмбриона, условия, связанные с организмом матери, ее диетой, физическим и социальным окружением, дает начало организмам, которые, подвергаясь воздействию условий жизни, тем самым проверяют, насколько хорошо скомбинированы отдельные узлы генетического кода, чтобы цельный организм был способен противостоять подстерегающим его опасностям, в том числе таким, как, например, бактерии и вирусы.

Можно предположить бесконечное множество других сред, населенных другими вирусами, другими бактериями и другими сложными организмами, в которых Человек, как таковой, не смог бы выжить в его теперешней форме. Можно также предположить, что наш генетический код способен породить организмы, которые могут и должны выживать и развиваться в предполагаемых новых условиях.

До тех пор, пока мы детально не исследовали генетический код, пока мы не определили, что такое организм и не перечислили условия, при которых он может достичь зрелости и стать индивидуальностью, у нас не будет данных, необходимых для точного определения характеристик человеческого компьютера.

Мы не проверили наши собственные возможности приспособления как взрослого целого организма ко всем возможным средам. С научной точки зрения у нас мало опыта, относящегося к экстремальным случаям. Мы кое-что знаем о температурных границах, ограничениях в воде и в воздухе, в которых мы можем выжить. Мы что-то знаем о концентрации кислорода в воздухе, которым мы дышим, уровнях освещенности и уровнях шума, при которых мы можем функционировать и т.д. Мы начинаем видеть, как окружающая среда контактирует с нашим биокомпьютером и изменяет его функционирование. Мы начинаем понимать, как определенные виды жизненного опыта в этих условиях приводят нас к формулированию в наших умах правил, которые мы называем физической наукой. Мы начинаем понимать, что при контролируемом изменении внешних условий эти правила должны быть соответственно изменены, что может стать основой моделирования поведения атомов, молекул, энергетических и пространственных изменений в наших умах-компьютерах. Это столетие - свидетель значительных успехов в понимании и моделировании энергетических процессов, материальных частиц, многомерных пространств, звезд, галактик, твердых, жидких и газообразных материалов. Однако, этот век не увидел аналогичных достижений в понимании работы наших собственных умов, в понимании глубинных источников мышления и тех условий, при которых станет предпочтительным создание новых мыслящих систем в наших умах.

В этом столетии мы начали понимать особую ценность наших собственных организмов как особо мощных и специализированных материальных образований. Успехи, достигнутые за последние пятьдесят лет в области биохимии, биофизики, генетики и молекулярной биологии являются началом нового этапа в управлении этими материальными комплексами внутри нас.

Шредингер говорил, что хромосома, содержащая линейный генетический код, для физика является просто линейным двумерным телом, обладающим значительной прочностью на разрыв. И в то же время она является гибкой цепью, способной двигаться и расщепляться в процессе размножения. Это носитель упорядоченности первичной структуры нашего организма, его сущностного бессмертия, порядка, передающегося от одного индивидуума к другому в цепи поколений, и этим никак нельзя пренебречь при разработке любой теории работы нашего ума. Может оказаться, что наши базовые верования, основные допущения, исходные аксиомы, уникальность каждого из нас могут быть установлены по наличию корреляционной связи между нашими уникальными генетическими картами и пределами мышления, в которых мы способны функционировать. Может быть, способы и уровни мышления в своей основе определены генами, содержащимися в каждом из нас. Возможно, что каждый из наших личных языковых кодов генетически предопределен. Даже если верно то, что существует генетический детерминизм в отношении нас как мыслящих машин, все же мы еще не способны точно определить уровни абстракций, объективно существующих познавательных и теоретических структур, которые детерминируются генетически.

Если бы мы смогли абстрагироваться от воздействий на нашу мыслительную машину тех следов, которые образовались под влиянием внешней реальности, от действия имеющихся в нас метапрограмм, направляющих наше мышление, а также программ, созданных другими и введенных в нас в течение срока обучения, мы смогли бы увидеть очертания и существенные переменные, определяемые генетически. Это чрезвычайно трудная область исследования. Она требует усилий многих талантливых людей, способных рассмотреть свои мыслительные процессы, опираясь на знания генетики и учитывая информацию о своих генетических предках.

Конечно, различные осложнения, вносимые фенотипическими и генотипическими различиями, должны быть приняты в расчет так же, как и все другие механизмы, открытые и тщательно проработанные в генетике. Но эти знания не должны быть ограничивающими. Они должны быть усвоены экспериментаторами и использоваться на подходящем уровне абстракции для поиска паттернов мышления, детерминированных генетически.

В дальнейшем эта генетическая детерминированность мышления может оказаться несущественной. Может быть, в дальнейшем биокомпьютеры смогут взять под контроль главные цели и генеральные линии собственного развития так, что начальный генетический фактор уже не будет иметь решающего значения. Как только будет сконструирован настолько сложный компьютер на кристаллических схемах, вакуумных лампах или биологических составляющих (при этом не существенно, какова будет его общая величина), что совершенство и вид связей между его элементами дадут возможность получить сеть с генеральной целью, мы, вероятно, сможем сгладить генетические различия. Вероятно, каждый из нас сможет достичь сходных уровней обученности и создать в себе мыслительные машины, для которых генетические различия будут несущественными.

Я не стремлюсь занять какую-либо сторону в этих вопросах. Я хочу лишь сказать, что если у вас должна быть беспристрастная и непредвзятая позиция, то вы не можете позволить себе стоять на догматических позициях в отношении этих вещей. Я бы хотел видеть талантливых людей с выдающимися умственными способностями в качестве исследователей своих собственных интеллектов, способных идти до самых глубин. Я хочу помочь этим людям связать свои результаты с результатами других талантливых исследователей, способных сделать оригинальные открытия. Я верю, что, используя определенные методы и средства, некоторые из которых предлагаются в этой работе, эти талантливые люди, посвятившие себя исследованию, смогут продвинуться вперед, найти и сформировать новые истинно научные, экономичные в интеллектуальном отношении и взаимооплодотворяющие пути исследования наших умов. В качестве примера плодотворного сотрудничества можно привести случай фиктивной индивидуальности, созданной группой математиков, скрывающихся под именем доктора Николая Бурбаки.

Эта группа ученых для того, чтобы создать новую математику или целый ряд математик, - что выходит за пределы способностей одного человека, собираются три раза в год и обмениваются идеями, а затем разъезжаются и работают отдельно. Результаты публикуются под псевдонимом, возможно, потому, что результаты этой работы рассматриваются, как групповой продукт, выходящий за пределы любого индивидуального вклада.

Понадобится некоторое время, чтобы оценить, была ли эта группа более эффективна, чем отдельный человек, работающий в изоляции над аналогичным материалом. Возможно, что контакт человеческих компьютеров, достигнутый среди этих математиков, породил новую сущность, более мощную, чем любой из них в отношении способа и сложности мышления, а также новых творческих идей. Определенные виды вещей, которые Человек делает предметом своих потребностей, требуют огромного количества кооперативных связей между множествами индивидуумов.

Такие вещи выходят за пределы возможностей любого индивидуума и являются продуктом только группового усилия. Это верно, например, в случае строительства Эмпайр Стейт Билдинга, метрополитена, системы железных дорог, авиалиний, больших заводов и т.д. В каждом из этих случаев имеет место и преобразование внешней реальности, и установление коммуникационной сети между многими индивидуальностями, и преданность каждой из них целям организации, частью которой они являются. Это, вероятно, - величайшее свершение наших индустриальных, военных, педагогических и религиозных усилий в этом столетии.

Эффективный контакт между людьми может обеспечить выполнение ряда действий и создание вещей, недоступных любому индивидууму.

Однако в определенных областях одаренная, талантливая, интеллектуальная индивидуальность может действовать почти автономно, так же как отдельные компьютеры, давая начало новым направлениям в науке. Это хорошо видно в случаях математических гениев, выросших в изоляции. Даже опасно заниматься образованием таких людей, так как они могут утратить целеустремленность, предназначение и способность внести оригинальный творческий вклад в науку. Им удалось избежать включения во всеохватывающие специальные организации людей и тех требований, которые эти организации накладывают на своих членов. Как, например, в случае высокоодаренного физика Мосли, который был призван и убит в первой мировой войне, такой талант был бы отброшен назад действиями, продиктованными необходимостью включения в общество.

В современном мире имеется много точек зрения, которые разделяют интеллектуалов, в результате растрачивающих напрасно свой талант и гений. Существуют противостоящие философии, которые побуждают к различной интеллектуальной активности.

Возможно, такой конфликт необходим для интеллектуального продвижения каждого индивидуума, но это может оказаться и чем-то бесполезным. К. П. Сноу указывал в своих работах (особенно в тех из них, где он пишет о двух культурах), на этот вид социальной дихотомии. Система ценностей каждого интеллектуала отражает его предубеждения, пристрастия и его слепые пятна не хуже, чем и сферы его компетентности. Часто из-за предубеждений и пристрастий люди берут то, что они хорошо знают и в чем достигли мастерства, и пытаются превозносить это в противовес общему интеллектуальному уровню, задаваемому всеми другими интеллектуалами. Но разве это разумно?

Одна из техник превознесения того, что кто-то и его ближайшие коллеги знают, над прилегающей интеллектуальной территорией, состоит в том, чтобы буквально вырыть интеллектуальный ров вокруг собственного поля деятельности. Чтобы вырыть этот ров, чернят и принижают и области знания, и людей, работающих за пределами собственного поля. Не исключено, что этот вид активности встроен в нашу биологическую структуру.

Сант-Томас, Виргинские острова,- 1967. Д.К.Л.

ВСТУПЛЕНИЕ

"Компьютер общего назначения - это электронная машина, которую оператор при помощи специальных команд может перевести в любое доступное ей состояние при любых допустимых исходных условиях. Все виды поведения машины находятся под контролем оператора. Программа совместно с машиной образует систему, которая может переходить из одного состояния в другое, и это можно рассматривать как ее поведение. Такое обобщение в значительной мере разрешает главную проблему мозга в той части, которая затрагивает его объективное поведение. Природа его субъективных аспектов может быть оставлена следующему поколению, если, конечно, заверить его в том, что покорение основных научных вершин еще впереди". (У. Росс Эшби. "Что такое мозг?" в книге "Теория интеллекта", Макмиллан, Нью-Йорк, 1962).

В течение долгого времени отношения между объективной деятельностью мозга и субъективной жизнью ума оставались загадкой, вызывавшей споры. В этом столетии некоторые успехи во взаимодополняющих областях, изучающих каждую из сторон этого вопроса, по-видимому, начинают кое-что прояснять. Здесь представлен отчет о теории биокомпьютера и ее приложениях. В нем делается попытка операционно связать:

а) субъективные аспекты работы ума;

б) активность нейронных цепей;

в) биохимию;

г) наблюдаемые изменения поведения.

Автор, в основном, использовал следующие источники:

1) результаты и обобщение собственных экспериментов в области центральной нервной системы (ЦНС) и поведения животных;

2) результаты опытов, проведенных на себе в условиях глубокой физической изоляции;

3) собственная психоаналитическая работа над собой и другими;

4) собственные исследования и личный опыт по проектированию, конструированию и программированию электронных вычислительных машин, построенных на кристаллических схемах с сохранением программ в памяти;

5) изучение аналоговых компьютеров, предназначенных для анализа и преобразования голосового спектра частот человека и дельфина и последовательной обработки данных, получаемых от непрерывно действующих источников информации;

6) теоретические разработки и эксперименты в области нейропсихофармакологии;

7) исследование проблем коммуникации между людьми и дельфинами в системе человек-дельфин;

8) изучение литературы по биологии, логике, нейропсихофармакологии, мозгу и моделям интеллекта, коммуникации, вычислительным машинам, психологии, психиатрии, психоанализу и гипнозу.

Необходимо также учесть постоянную работу над открытой, многоуровневой, развивающейся, динамической, структурно-функциональной теорией, способной объединить разные области за счет преодоления барьеров между ними. Приложения этой теории охватывают широкий диапазон явлений, начиная с атомов и молекул внутри клеток, клеточных мембран и клеточных объединений, до познавательных процессов внутри мозга и внешних проявлений отдельного организма и поведения групп индивидуумов, состоящих из двух или более членов.

Основные допущения

1. В этой работе человеческий мозг рассматривается, как гигантский биокомпьютер, в несколько тысяч раз более сложный, чем любая вычислительная машина, сконструированная человеком к 1965 году из небиологических элементов. Число нейронов человеческого мозга оценивается приблизительно в 13 миллиардов, причем число глиальных клеток еще раз в пять больше.

Все части этого компьютера непрерывно работают, совершая миллионы вычислений параллельно и последовательно. Он имеет около двух миллионов визуальных входов и около ста тысяч акустических. Трудно сравнивать работу столь грандиозного компьютера с любым искусственным, существующим сегодня, в связи с его весьма совершенным и сложным устройством.

2. Определенные свойства этого биокомпьютера известны, другие же только еще предстоит найти. Одним из известных свойств биокомпьютера является огромная память, другим - программированное и контролируемое управление сотнями тысяч входов. Сюда же относится способность заносить в память и извлекать из нее сложные информационные комплексы, связанные с поведением, речью, слухом, зрением и т. п. Некоторые из менее обычных свойств этого компьютера рассматриваются далее в этой работе.

3. Некоторые программы встроены в трудных для доступа местах, например, в микроструктурах мозга. Низшим уровнем таких встроенных программ будут программы поиска пищи, питания, продолжения рода, приближения и избегания, определенные виды страхов, боли и т.д.

4. Программы различаются сроком существования. Одни мимолетны и легко стираемы, другие без видимых изменений работают десятилетиями. Среди быстротечных и стираемых программ можно выделить способность строить визуальные конструкции в помощь собственному мышлению. У детей такие программы встречаются значительно чаще, чем у взрослых. Примером программы, работающей десятилетиями, можно назвать программу, связанную с почерком, в течение долгих лет сохраняющим свои уникальные черты.

5. Программы могут приобретаться в течение жизни. В любом возрасте человек способен приобретать новые привычки. С возрастом это может быть труднее, но этот вопрос недостаточно исследован. Проблема здесь может быть не столько в освоении программ, сколько в мотивации такого освоения.

6. Молодой биокомпьютер приобретает программы по мере роста своей структуры. Некоторые из этих программ отвечают за возникновение внутреннего пространства. Примером такого приобретения программ в детстве может быть программа произношения слов. Она связана с родителями и ее весьма трудно изменить позднее. Действительно, у ребенка не существует серьезной мотивации к изменению произношения, если последнее удовлетворяет окружающих.

7. Некоторые из программ записаны в генетическом коде. Как они проявляются, известно лишь в небольшом числе случаев, связанных с отклонениями от обычных и ожидаемых паттернов развития, и таких, которые были подтверждены биохимически и поведенчески. Так называемый монголоидный фенотип является врожденным и проявляется в онтогенезе в определенное время.

Есть также несколько других интересных клинических случаев, генетическая природа которых была установлена. Чтобы реализовать все потенциальные возможности растущего биокомпьютера и избежать нежелательных, направленных против здорового роста программ, ранее включенных в него, требуется соблюдение специальных условий в окружающей среде.

8. В каждый момент жизни биокомпьютера врожденные программы накладывают верхние и нижние ограничения на все его проявленные и потенциальные качества. Здесь мы снова исходим из того, что растущий организм находится в оптимальных условиях в каждый момент его жизненного пути, но в реальности, конечно, это может быть совсем не так. И хотя такое исходное допущение, весьма вероятно, соответствует действительности, проверить это было бы трудно.

9. Основными проблемами исследования, представляющими интерес для автора, являются возможности стирания, модификации и создания программ. Другими словами, я заинтересован в отыскания метапрограмм, включающих методы и исходные данные, которые контролируют, изменяют и создают исходные программы человеческого биокомпьютера. Пока что неизвестно, можно ли в действительности построить какую-либо программу. Конфликтующие школы мысли исходят из крайностей вида "все хранится в биокомпьютере и никогда не стирается" или "только важнейшие данные и функции хранятся в биокомпьютере" и, следовательно, не существует проблемы стирания. Модификации уже существующих программ могут быть осуществлены с большим или меньшим успехом. Создание же новых программ - весьма трудная задача.

Как опознать такую новую программу, когда она создана? Представляется, что эта новая программа может быть лишь ва-

риацией уже имеющихся.

10. Установление времени включения некоторых метапрограмм является затруднительным. Например, не ясно, когда включается программа обучения у младенцев. Сомнительно, что какая-либо метапрограмма может полностью удовлетворять исследователя. Некоторые из них можно лишь временно принять как удовлетворительные с точки зрения эвристики. Нелегко быть открытым по отношению к новой информации и в то же время жестко придерживаться каких-либо сущностных метапрограмм. В некотором смысле все мы жертвы ранних метапрограмм, которые были заложены другими людьми.

11. В своих границах человеческий компьютер обладает свойством, которое можно обозначить как наличие генеральной цели.

Определение генеральной цели включает в себя способность браться за проблемы, различающиеся не только количественными градациями по сложности, но и качественно по уровням абстракции и содержания, а также возможность быстро переключать внимание из одной области человеческой активности в другую с незначительной задержкой в перепрограммировании на новую деятельность. Чем шире спектр такого перепрограммирования, тем выше ранг по признаку генеральной цели у данного биокомпьютера.

12. -Человеческий компьютер обладает свойством сох<%18>ранения программ<D%-2>. Хранимые программы представляют собой набор инструкций, которые находятся в памяти биокомпьютера и управляют им, когда приходят соответствующие команды. Источником команды может стать любая другая система внутри того же биокомпьютера, или что-то, что находится вне его.

13. -Человеческий компьютер в пределах, которые еще следует установить, обладает свойствами программировать самого себя и быть запрограммированным другими источниками. Это допущение естественно следует из предыдущего, но связано с системами ума, работающими на уровне абстракций выше уровня программирования. О метапрограммировании следует говорить буквально так же, как и о самопрограммировании. Это не означает, что можно представлять компьютер в целом как некое "я".

Только малая часть систем, работающих в данный момент, занимается метапрограммированием, направленным на себя. Из этого следует, что в биокомпьютере должно существовать место для гигантского хранилища программ встроенных схем процессов, реализующихся в виде инстинктов и т.д. Все это существует в дополнение ко всему другому, составляя лишь часть схемы компьютера, доступной для самометапрограмм. В следующем пункте делается акцент на этом аспекте.

14. Биокомпьютер обладает свойством самометапрограммирования в пределах, которые могут и должны быть уточнены. (Замечание: "Самометапрограммирование осуществляется сознательно на языке метакоманд. После этого идет подробное окончательное программирование, которое продолжается и за порогом осознания"). Точно так же каждый биокомпьютер обладает определенной способностью метапрограммирования других - не себя.

15. Такой взгляд на человеческий мозг и человеческий ум дает возможность переопределить старые классификации человеческих поисков, отдельные области науки и многие термины. Например, термин внушаемость часто использовался в ограниченном контексте самопрограммирования и программирования одного человека или многих людей со стороны кого-нибудь еще. Гипнотический феномен наблюдается, когда данный биокомпьютер позволяет себе быть более или менее запрограммированным кем-то другим. Метапрограммирование рассматривается в качестве более содержательного термина, нежели внушаемость. Метапрограммирование предполагает не только конечный результат действия, но и принимает во внимание источники, входы, выходы и протекание основных процессов. Внушаемостью можно назвать, скорее, только свойство принятия приказов и их выполнение, а не учет и рассмотрение источников, входов, выходов и основных процессов (см. Г.Борнгейм и Клара Халл).

16. Ум определяется, как общая совокупность всех программ и метапрограмм данного человеческого компьютера, вне зависимости от того, можно ли их немедленно вызвать, распознать и наблюдать в действии у себя или у других. Таким образом, в другой терминологии, ум включает в себя неосознаваемые и инстинктивные программы. Такое определение и основное допущение обладает различными эвристическими преимуществами в сравнении со старыми концепциями и терминологией. Разделение на ум и тело не является более необходимым в свете этой новой системы определений. Ум есть сумма программ и метапрограмм, т. е. средство программирования человеческого биокомпьютера.

17. Мозг определяется как видимая, осязаемая живая структура, включенная в человеческий биокомпьютер. Реальные связи биокомпьютера в человеческом теле не имеют еще полного описания (например, еще не описаны цепи обратных связей, биохимического или эндокринного типа с основными органами). Границы мозга можно рассматривать и как пределы распространения центральной нервной системы на периферии. Наряду с ЦНС сюда можно включить и так называемую "автономную" нервную систему.

18. В некоторых областях человеческого мышления и научного поиска возникает необходимость в третьей сущности, иногда предполагающей, а иногда не нуждающейся в компьютере мозг-ум. В этой сфере термины "дух", "душа" и им подобные относятся к чему-то нематериальному. Такие термины неизбежно становятся предметом дискуссии о конечном смысле существования, происхождении компьютера мозг-ум, исчезновении или сохранении нашего "я" после телесной смерти, о существовании или несуществовании умов, больших чем наши внутри или вне мозга-компьютера. Тогда и там, где это станет необходимым, эта экстракомпьютерная сущность может быть включена в эту теорию. (Я согласен, что такие допущения могут стать необходимыми, чтобы придать высший смысл Человеку как целому. Религия - это поле экспериментальной науки. Работа в этой области начинается с основных допущений великого психолога Вильяма Джеймса. В будущем определения предлагаемой теории можно будет распространить и на эту область. К тому времени можно ввести некоторый составной термин "мозг-ум-дух"). Пока же имеется проблема существования этой третьей сущности. Существуют как те, кто допускает ее существование, так и те, кто заявляет, что она не существует.

19. -Определенные химические вещества обладают программирующим" и метапрограммирующим действием, т.е. изменяют работу биокомпьютера, одни - на программном, другие - на метапрограммном уровне. Некоторые вещества, представляющие интерес для уровня метапрограммирования, позволяют перепрограммирование, другие обеспечивают модификации метапрограмм. (Старые названия этих веществ перегружены диагностическими, терапевтическими, медицинскими, моральными, этическими и сопутствующими значениями). При научном использовании социальные оттенки смысла утрачивают актуальность. Такие термины, как "психофармакологически активные препараты", "психотомиметики", "транквилизаторы", "наркотики", "анестезирующие", "анальгетики" и т.д. здесь используются вне терапевтического, диагностического, морального, этического и юридического значений. Все эти области следует подвергнуть тщательной переоценке с новой точки зрения. Приложение данной теории к социальным процессам может помочь прояснить многие вопросы в этой противоречивой области. Например, термин "перепрограммирование" и "перепрограммирующие вещества" может быть применен для компонентов, аналогичных диэтиламиду лизергиновой кислоты (ЛСД). Для других веществ, подобных этиловому спирту, может быть использован термин "вещество, подавляющее метапрограмму". Подобным же образом предлагаемая теория может быть полезной в других областях классических исследований - в психофармакологии, нейрофизиологии, биохимии и психологии.

Некоторые детали работы самого мозга можно описать оперативно, показав, как посредством паттернов возбуждения-торможения в коре головного мозга, ретикулярной формации, гипоталамусе и т.д. завершаются программы.

20. Я не собираюсь догматически настаивать на новых определениях и истолковании теории. Я предпочел скорейшую публикацию совершенствованию концепций и окончательному оформлению содержания. По мере роста теории может расти ее точность и приложимость. Здесь ударение делается на том, чтобы теория оставалась открытой настолько, насколько это возможно, не подменяя специфику расплывчатой всеобщностью. Язык изложения приближен к общеанглийскому насколько это возможно. По мере роста теории может развиваться соответствующая ей символика, что позволит сжато суммировать различные точки зрения, логически манипулировать ими и в подходящих случаях сделать аргументацию более наглядной.

Известно, что общий язык программирования мозга млекопитающих еще не открыт. Языком человеческого метапрограммирования является некоторая индивидуальная вариация общенационального языка. Определенные концепции работы биокомпьютеров, будучи введенными в конкретный компьютер "мозг-ум", быстро изменяют его метапрограммы. В про

 

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги Музыка онлайн- видео Партнерская программа
Фильмы Программы Ресурсы сайта Контактные данные

 

 

 

Этот день у Вас будет самым удачным!  

Добра, любви  и позитива Вам и Вашим близким!

 

Грек 

 

 

 

 

  Яндекс цитирования Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов SPLINEX: интернет-навигатор Referal.ru Rambex - рейтинг Интернет-каталог WWW.SABRINA.RU Рейтинг сайтов YandeG Каталог сайтов, категории сайтов, интернет рублики Каталог сайтов Всего.RU Faststart - рейтинг сайтов, каталог интернет ресурсов, счетчик посещаемости   Рейтинг@Mail.ru/ http://www.topmagia.ru/topo/ Гадания на Предсказание.Ru   Каталог ссылок, Top 100. Каталог ссылок, Top 100. TOP Webcat.info; хиты, среднее число хитов, рейтинг, ранг. ProtoPlex: программы, форум, рейтинг, рефераты, рассылки! Русский Топ
Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов KATIT.ru - мотоциклы, катера, скутеры Топ100 - Мистика и НЛО lineage2 Goon
каталог
Каталог сайтов