ОНЛАЙН ВИДЕО КАНАЛ С АСТРАЛЬНЫМ ПАЛОМНИКОМ
 
Задать вопрос можно в мини-чате, а так же в аське и скайпе
Есть вопрос? - найди ответ!  Посмотрите видео-FAQ - там более 700 ответов. ПЕРЕЙТИ
Ответы на вопросы в видео ежедневно c 18.00 (кроме Пт, Сб, Вс)
Посмотреть архив онлайн конференций 
 
  регистрация не обязательна, приглашайте друзей - люблю интересные вопросы
(плеер и звук можно выключить на экране трансляции, если они мешают)

 

 

       

 

Я доступен по любым средствам связи , включая видео
 
аська - 612194455
скайп - juragrek
mail - juragrek@narod.ru
Мобильные телефоны
+79022434302 (Смартс)
+79644902433 (Билайн)
(МТС)
+79158475148
+79806853504
+79106912606
+79106918997

 

 

 

Яндекс.Метрика Скачать книгу Бэрон Р. Агрессия 
МЕНЮ  САЙТА

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги

Музыка

онлайн- видео

Партнерская программа

Фильмы

Программы

Ресурсы сайта

Контактные данные

ВХОД

В ПОРТАЛ

 

Библиотека 12000 книг

Аномальное   

Здоровье

Рейки  

Астрал  

Йога

Религия  

Астрология

Магия

Русь  

Аюрведа  

Масоны

Секс

Бизнес 

НЛП

Сознание

Боевое  

Он и она

Таро  

Вегетарианство  

Ошо

Успех

Восток  

Парапсихология

Философия

Гипноз  

Психология  

Эзотерика  

ДЭИР

Развитие

900 рецептов бизнеса

 

 

Видеоматериалы автора сайта

Практика астрального выхода. Вводная лекция

Боги, эгрегоры и жизнь после

 жизни. Фрагменты видеокурса

О страхах и опасениях, связанных с выходом в астрал
 

Видеокурс астральной практики. Практический пошаговый курс обучения

 

Интервью Астрального паломника
 

Запись телепередачи. Будущее. Перемещение во времени

Призраки в Иваново. Телепередача

 

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги

Музыка

онлайн- видео

Партнерская программа

Фильмы

Программы

Ресурсы сайта

Контактные данные

 

 

 

 

Бэрон Р. Агрессия 

скачать    118.zip

 

 

 

Выдержки из произведения.

В полном объеме вы можете скачать текст в архиве ZIP по ссылке расположенной выше

   

Бэрон Роберт, Ричардсон Дебора

  Агрессия.

 

  СПб: Питер, 2001. - 352 с: ил. - (Серия "Мастера психологии").

  Перевели с английского С. Меленевская, Д. Викторова, С. Шпак

  Главный редактор Е. Строганова

  Книга Роберта Бэрона и Деборы Ричардсон является первым учебным пособием в России по психологии агрессии. Исчерпывающий обзор теорий, разнообразие экспериментальных подходов, выводы и обобщения авторов представляют собой значительный вклад в сокровищницу психологической науки. Агрессия - одна из ключевых тем, которая живо интересует специалистов не только в различных областях психологии, но и социологов, работников правоохранительных органов, педагогов, философов - всех тех, кто профессионально занимается изучением природы человеческой агрессивности, агрессивного поведения, насилия.

 

  Сандре, которая даже спустя пятнадцать лет еще подвигает меня совершать поступки, удивляющие меня самого.

  Р. А. Б.

 

  Всем особенным людям, которые - каждый по-своему - помогли мне понять, как важно различать, какая сила - любовь или власть - движет поступками.

  Д. P.P.

 

  ОГЛАВЛЕНИЕ

 

  ВВЕДЕНИЕ

  1. АГРЕССИЯ: ОПРЕДЕЛЕНИЕ И ОСНОВНЫЕ ТЕОРИИ

  2. МЕТОДЫ СИСТЕМАТИЧЕСКОГО ИЗУЧЕНИЯ АГРЕССИИ

  3. СТАНОВЛЕНИЕ АГРЕССИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ

  4. СОЦИАЛЬНЫЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ АГРЕССИИ

  5. ВНЕШНИЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ АГРЕССИИ

  6. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ДЕТЕРМИНАНТЫ АГРЕССИИ: ЛИЧНОСТЬ, УСТАНОВКИ И ГЕНДЕР

  7. БИОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ АГРЕССИВНОГО ПОВЕДЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

  8. АГРЕССИЯ В ЕСТЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЯХ

  9. ПРЕВЕНТИВНЫЕ МЕРЫ И УПРАВЛЕНИЕ АГРЕССИЕЙ

 

  ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

 

  Впервые представляемая на русском языке книга американских психологов Роберта Бэрона и Деборы Ричардсон является одним из наиболее значительных достижений мировой психологии в области изучения агрессии. В последнее время изучение проблемы агрессивного поведения человека стало едва ли не самым популярным направлением исследовательской деятельности психологов всего мира. На эту тему написано огромное множество статей и книг. В Европе и Америке регулярно проводятся международные конференции, симпозиумы и семинары по этой проблематике. И конечно, в данном случае речь идет не столько о научной моде, сколько о специфической реакции психологического сообщества на беспрецедентный рост агрессии и насилия в "цивилизованном" двадцатом веке. И эта реакция представляется нам вполне адекватной и своевременной. Пока трудно сказать, состоялся ли уже переход накопленного количества разнообразных данных и сделанных на их основании выводов в новое качество знания о феномене агрессии, приблизились ли мы к новому, более глубокому и непротиворечивому пониманию сущности агрессивного поведения человека. Бесспорно одно: все это колоссальное количество данных, полученных в ходе проведения многочисленных исследований по агрессии, - теоретических и экспериментальных, оригинальных и проверочно-репродуктивных - острейшим образом нуждается в систематизации и обобщении. Выполнение этой нелегкой работы и взяли на себя Р. Бэрон и Д. Ричардсон. С удовлетворением можно констатировать - удача сопутствовала им, успех очевиден.

  Этот фундаментальный труд с полным основанием мог бы называться "Психология агрессивного поведения человека". Конечно, агрессия изучается далеко не только в психологии: ею занимаются биологи, этологи, социологи, юристы, используя свои специфические методы и подходы. Однако, как заметил выдающийся философ двадцатого века Бертран Рассел, проблема различий между любовью и ненавистью находится в ведении преимущественно психологии. Думаю, с этим трудно не согласиться. По крайней мере, сами психологи вряд ли захотят оспаривать эту мысль. Как бы то ни было, можно констатировать, что на сегодня наиболее впечатляющие результаты в изучении природы и механизмов агрессивного поведения человека достигнуты именно в психологической науке. В чем, собственно, несложно убедиться, ознакомившись с работой Р. Бэрона и Д. Ричардсон.

  Но вполне естественно, что и в этой интересной, сложной и интенсивно изучаемой области все еще остается множество нерешенных проблем, а вновь возникших вопросов едва ли не больше, чем найденных ответов. Ведь, как правило, если речь идет о подлинно научном знании, один решенный вопрос ставит перед исследователем целый ряд новых. В случае с агрессией вопросы начинают возникать уже при попытке дать ей определение. Является ли агрессия исключительно поведенческой характеристикой, и, следовательно, в качестве агрессии может и должно рассматриваться только внешне выраженное действие, либо же агрессивными могут быть мотивы, установки, эмоции? Как соотносится агрессия с понятием "намерение"? Следует ли говорить об агрессии только применительно к ситуациям взаимодействия живых существ? Можно ли считать действия агрессивными, если реципиент не стремится избежать нападения? Всегда ли агрессия - зло, или она может иметь конструктивный характер? На некоторые из этих вопросов уже получены ответы, в той или иной мере удовлетворяющие большинство специалистов, другие по-прежнему остаются дискуссионными.

  Так, например, некоторые исследователи считают, что термин "агрессия" уместно использовать применительно лишь к тем случаям, когда жертва стремится избежать причинения ей физического или морального ущерба. В частности, такой взгляд на проблему подразумевает исключение из числа поведенческих проявлений, квалифицируемых как агрессия, те специфические действия, которые совершаются в контексте садомазохистских отношений. Однако эта позиция представляется достаточно уязвимой. Ведь вне зависимости от того, идет ли речь о насилии в рамках ритуализованных взаимоотношений садомазохистской пары (группы) или об "обычном" избиении или изнасиловании, с точки зрения психологии личности и в том и в другом случае речь идет об агрессии, и все различия лежат не в личностно-психологической, а в правовой плоскости. По существу, в садомазохистских отношениях мы имеем дело с отреагированием (проявлением) агрессивных импульсов, но только в социально приемлемой форме. Не менее сложным является и вопрос о том, как следует квалифицировать действия субъекта, направленные на сознательное причинение вреда самому себе. Должны ли эти действия расцениваться как агрессия? Ответ на этот вопрос также будет зависеть от того, включается ли в определение агрессии такой критерий, как наличие у потенциальной жертвы стремления избежать внешнего воздействия, способного причинить ущерб или представляющего угрозу для жизни. Соответственно, в зависимости от ситуации, членовредительство или суицид могут квалифицироваться либо как проявление аутоагрессии, либо как разновидность оборонительной поведенческой стратегии.

  Большинство специалистов настаивают на том, что в качестве агрессии может рассматриваться только поведение, включающее в себя намеренное причинение вреда живым существам. Введение последнего критерия в большинство существующих определений агрессии представляется вполне обоснованным. Однако и здесь есть свои проблемы. Как, скажем, должно интерпретироваться битье посуды во время ссоры? Это вообще не агрессия (ведь в данном случае нельзя говорить о "причинении вреда живым существам") или все-таки агрессия, например, в том случае, если посуда принадлежит не самому агрессору, а его жертве? Обсуждаемый критерий можно принять, но при одном существенном уточнении: вред (или ущерб) человеку (или другому живому существу) может причиняться даже посредством причинения вреда неживому объекту, если от состояния этого объекта зависит физическое или психологическое благополучие его обладателя или пользователя. Существует и более общая точка зрения, состоящая в том, что вообще все действия, имеющие "деструктивный" характер, есть агрессия, все они имеют общую психологическую природу, сходную мотивацию и, в конечном счете, представляют собой отреагирование агрессивных импульсов на эрзац-объекты.

  Особо значительное внимание в книге Р. Бэрона и Д. Ричардсон уделяется рассмотрению социальных детерминант агрессии. Причем рассматриваются они не только в разделах, специально посвященных этому аспекту проблемы агрессии - например, при изложении теории социального научения и анализе результатов эмпирических исследований, выполненных в русле этой теории, - но и при обсуждении фрустрационной теории агрессии и анализе данных, подтверждающих эту концепцию или не согласующихся с ней. Представление о социоонтогенетическои детерминации агрессивности подкрепляется многочисленными результатами исследований процесса социализации, социального научения и онтогенетического развития личности. Исследования процесса социального научения показали, в частности, что специфический характер межличностных взаимодействий в семьях, из которых выходят высокоагрессивные дети, приводит к постепенному, идущему как бы по расширяющейся спирали, освоению и закреплению агрессивного поведенческого стереотипа, воспроизводящегося снова и снова в разнообразных ситуациях межличностного взаимодействия. Достоверно установлено, что жестокое обращение с ре15

  бенком в семье ведет не только к совершению агрессивных поступков этим ребенком при общении с другими детьми того же возраста, но и к развитию агрессивности, склонности к насилию и жестокости в зрелом возрасте, к превращению физической агрессии в жизненный стиль личности. В пользу концепции социального научения говорит и то, что действительное различие между агрессивными и неагрессивными детьми заключается не в том, что последние в ситуации межличностного конфликта отдают предпочтение агрессивным методам его разрешения, а в том, что агрессивные дети, в отличие от неагрессивных, лишены альтернативы, так как в их поведенческом репертуаре отсутствуют "сценарии" конструктивного разрешения конфликтной ситуации.

  В связи с вопросом о социальных детерминантах агрессии в книге рассмотрена и проблема мести. Месть рассматривается как ответная реакция на агрессивное воздействие, как оборонительная стратегия и как способ сохранения или восстановления "социального лица". Очень важно, что авторы сочли необходимым специально остановиться на данном вопросе. И важно это не только потому, что обсуждаемая проблема имеет высокую социальную значимость, но и потому еще, что вопрос о связи мести и агрессии заслуживает специального и очень тщательного обсуждения. В некоторых концепциях, в противоположность тем, которые представлены в книге, месть рассматривается не как адаптивная оборонительная стратегия, а как проявление деструктивной агрессии (например Э. Фромм). При этом считается, что акт мщения не выполняет функции защиты от угрозы, так как всегда осуществляется уже после того, как вред причинен, и потому месть в любом случае деструктивна. Однако, по нашему мнению, проблема гораздо глубже, ведь зачастую причинение вреда обидчику не является для "мстителя" самоцелью, истинная цель мщения - возмещение причиненного ущерба, нейтрализация деструктивных последствий акта агрессии. Дело в том, что сфера витальных интересов человека чрезвычайно широка и никоим образом не может быть прямо сведена к интересам биологическим. В большинстве культур такие ценности, как социальное признание, уважение в микросоциуме и любовь близких, имеют первостепенное значение. Если же говорить о тех культурах, где силу неписаного закона имеет обычай кровной мести, который зачастую является единственно эффективным способом произвести впечатление, то в этом случае отказ от совершения акта возмездия представляет самую прямую угрозу реализации вышеназванного витального интереса. Причем угроза потерять уважение, признание, стать изгоем нависает не только над отказывающимся совершать акт мести, но и над всей его семьей, всем его родом.

  Является ли антиципация такой угрозы и месть, как упреждающая реакция на эту угрозу, агрессией или это поведение следует обозначать иным понятием? Может быть, дальнейшие исследования феномена мести покажут, что отсроченная агрессия в одних случаях может носить оборонительный, доброкачественный характер, а в других - иметь деструктивную, злокачественную природу. По крайней мере, само понятие "месть" нуждается в серьезном уточнении.

  Пожалуй, труднее всего согласиться с довольно распространенным представлением о том, что в основе всех форм наказания (в том числе и официально узаконенных) лежит механизм деструктивной мести. То, что наказание применяется post factum, спустя некоторое время после причинения вреда, вовсе не является доказательством его деструктивной природы. Потенциальная возможность применения к агрессору юридически институционализированной меры наказания выполняет социально ориентационную функцию, так как, будучи официально, регулярно и предсказуемо применяемым, то есть имея правовой характер, наказание уже не является местью, а играет роль превентивного механизма, средства профилактики контрнормативного, асоциального поведения. Антиципация правовых последствий не может не воздействовать на индивидуальное сознание и требует от человека более внимательного отношения к возможным последствиям своих поступков, отсутствие же правовой идеи наказания ослабляет это внимание. Эксперименты показали, что ожидание даже таких относительно безопасных последствий агрессивного поведения, как простая необходимость письменно или устно отчитаться о совершенных действиях, снижает проявление агрессивности даже при групповых формах агрессии.

  Значительным достоинством книги Р. Бэрона и Д. Ричардсон является то, что ее авторы не ограничиваются обсуждением вопросов, уже получивших однозначные ответы, а касаются самых сложных и дискуссионных тем, давая читателю возможность ознакомиться с самыми разными - иногда диаметрально противоположными - точками зрения на проблему. (Сравните, например, названия двух соседствующих разделов книги: "Доказательства того, что фрустрация облегчает проявление агрессии" - "Доказательства того, что фрустрация не облегчает проявление агрессии".) Конечно, это не означает, что у авторов нет собственной точки зрения. У них имеются свои специфические предпочтения и симпатии, связанные с индивидуальными особенностями их теоретических позиций, которые сформулированы ими вполне отчетливо и открыты для критики. Благодаря всему этому читатель получает возможность вступить в свободный интеллектуальный диалог и разобраться в собственном отношении к проблеме и к позициям всех остальных участников ее обсуждения.

  В заключительном разделе книги, обсуждая вопрос о возможности установления контроля над человеческой агрессией и приходя к той мысли, что агрессия не является абсолютно иррациональной и неуправляемой стихийной силой, Р. Бэрон и Д. Ричардсон сетуют на то, что несмотря на столь оптимистический вывод они ничего не могут поделать с окутывающей их книгу аурой пессимизма. Думается, это тот редкий случай, когда авторы серьезно ошибаются. Нам представляется, что книга Р. Бэрона и Д. Ричардсон - в отличие от множества других, действительно пессимистических работ по агрессии - заряжена здоровой дозой оптимизма и, в известном смысле, может быть названа "оптимистической энциклопедией агрессии".

  Член-корреспондент РАО, доктор психологических наук,

  профессор А. А. Реан,

  Санкт-Петербургский Государственный университет, факультет психологии

 

 

 

  ВВЕДЕНИЕ

 

  (РАЗМЫШЛЕНИЯ О ПЯТНАДЦАТИЛЕТНЕМ ПЕРЕРЫВЕ МЕЖДУ ДВУМЯ ИЗДАНИЯМИ)

  Пятнадцать лет - еще не вся жизнь, но, несомненно, большой ее отрезок. Оглядываясь назад, трудно поверить, что первое издание "Агрессии" было опубликовано в конце 1977 года. Президентом Соединенных Штатов был тогда Джимми Картер, еще не был отснят первый эпизод "Звездных войн", и все еще были в ходу большие автоматы с газированной водой. Аятолла Хомейни не был столь известен, термин "озоновая дыра" был непривычен, а аббревиатура СПИД мало что говорила и, конечно, не вызывала ужаса у тех, кто с ней случайно сталкивался. Да, во многих отношениях это был совершенно другой мир.

  Прошлого не вернешь, и невозможно сократить промежуток между первым и вторым изданиями этой книги. Если сверхусилие поможет наверстать упущенное, то мы, конечно, сделали все возможное, чтобы усовершенствовать и расширить книгу, внеся в нее для этого множество изменений. О наиболее важных из них говорится ниже.

 

  НОВЫЕ ГЛАВЫ: ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ОСНОВНЫХ ТЕНДЕНЦИЙ

 

  Возможно, наиболее важным - и, несомненно, наиболее заметным - изменением в этом новом издании является включение трех новых глав:

  Глава 3. Становление агрессивного поведения.

  Глава 7. Биологические основы агрессивного поведения человека.

  Глава 8. Агрессия в естественных условиях.

  В последние годы спектр исследований по агрессии человека существенно расширился, и в указанных главах мы попытались учесть этот факт.

  В главе 3 ("Становление агрессивного поведения") рассматриваются пути усвоения индивидуумами агрессивного поведения в процессе взаимодействия с членами семьи, сверстниками и другими представителями общества. Здесь также исследуется роль моделей агрессивного поведения и когнитивных факторов в формировании агрессии.

  В главе 7 ("Биологические основы агрессивного поведения человека") говорится о взаимосвязи между потенциальным агрессивным поведением и биологическими факторами, а также о возрастающем интересе к роли последних во всех формах социального поведения. Обсуждаются такие интересные вопросы, как наследуемость агрессии, роль половых гормонов и доля участия нервной системы в агрессивном поведении. Кроме того, в этой главе рассматриваются некоторые детали сложных взаимосвязей между возбуждением и агрессией.

  Глава 8 ("Агрессия в естественных условиях") отражает растущий интерес исследователей к осмыслению изучаемого поведения в самых разных внелабораторных (естественных) условиях. Эта глава включает дискуссии на важные и актуальные темы - например, воздействие алкоголя и наркотиков на агрессию, сексуальное насилие, влияние порнографии на агрессию, а также связь агрессии со спортом.

  Мы полагаем, что в каждой из упомянутых глав содержатся важные достижения в изучении агрессии человека и, вместе взятые, они значительно расширяют проблематику данного издания.

 

  ВКЛЮЧЕНИЕ МНОЖЕСТВА НОВЫХ ТЕМ: УЧЕТ СОВРЕМЕННЫХ ДАННЫХ

 

  В то время как новые главы вносят наиболее очевидные изменения в содержание "Агрессии", они являются лишь частью общей картины. В главы, сохранившие прежние или получившие сходные названия, введены новые разделы. Вот неполный список новых разделов и направлений исследования, появившихся во втором издании:

  Глава 1. Агрессия: определение и основные теории

  Когнитивные модели агрессивного поведения

  Регуляторы агрессивного поведения

  Глава 2. Методы систематического изучения агрессии

  Архивные исследования

  Вербальная информация

  Натуралистические наблюдения

  Личностные шкалы

  Глава 3. Становление агрессивного поведения

  Глава 4. Социальные детерминанты агрессии

  Эмоциональные и когнитивные процессы

  Месть как защита

  Месть как способ не уронить свое достоинство в глазах других

  Глава 5. Внешние детерминанты агрессии

  Архивные исследования

  Воздействие загрязнения воздуха на агрессию

  Глава 6. Индивидуальные детерминанты агрессии: личность, установки и гендер

  Тревога и агрессия: страх социального неодобрения

  Предвзятая атрибуция враждебности: приписывание дурных намерений другим

  Раздражительность и эмоциональная чувствительность: бурная реакция на провокацию

  Первопричина гендерных различий в агрессии: генетика или социальные роли?

  Глава 7. Биологические основы агрессивного поведения человека

  Глава 8. Агрессия в естественных условиях

  Глава 9. Превентивные меры и управление агрессией

  Атрибуции и агрессия: как ответ на вопрос "за что?" может повлиять на ход агрессии

  Извинения или оправдания: почему выгодно говорить "простите"

  Тренинг социальных умений: как научиться не создавать себе проблемы

 

  ВКЛЮЧЕНИЕ МАТЕРИАЛОВ СОВРЕМЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ: В НОГУ С НАУЧНЫМ ПРОГРЕССОМ

 

  Теоретические обоснования и направления исследований, обсуждавшиеся в первом издании, во многих случаях сохранены. По каждому вопросу приводятся уточненные современные данные. Более 25 % цитат в данной книге взяты из книг, выпущенных в 1987 году и позднее.

 

  ИЗМЕНЕНИЯ В АВТОРСКОМ СОСТАВЕ

 

  Одно из наиболее важных изменений касается авторского состава. Дебора Ричардсон, став моим соавтором, внесла огромный вклад в это издание. Несмотря на общий интерес к теме человеческой агрессии, наши теоретические взгляды и программы исследований достаточно различны, и это существенно обогатило книгу. Хотим отметить, что следование наших фамилий на титульном листе ни в коей мере не соответствует внесенному вкладу, а всего лишь отражает тот исторически сложившийся порядок, согласно которому присоединившиеся авторы обычно упоминаются во вторую очередь. Мы считаем себя абсолютно равноправными соавторами, а наше сотрудничество - равноценным в стремлении к общей цели.

 

  ЧТО ОСТАЛОСЬ БЕЗ ИЗМЕНЕНИЙ: ТО, ЧТО РАБОТАЕТ, ОСТАЕТСЯ В СИЛЕ

 

  Мы с удовольствием отмечаем, что первое издание этой книги было хорошо принято как студентами, так и нашими коллегами-профессионалами. Ввиду этого успеха оставлены без изменений следующие ее особенности:

 

  ОРГАНИЗАЦИЯ

 

  Мы твердо верим в то, что для эффективной коммуникации необходима четкая организация. Соответственно, этому вопросу уделено значительное внимание. Материал внутри глав скомпонован четко и, по возможности, методично. В главах помещены важные перекрестные ссылки, указывающие на связи между темами, рассматриваемыми в разных частях книги.

 

  УРОВЕНЬ И ОБЪЕМ

 

  Как и предыдущее, второе издание написано так, что может быть понятно читателям, не имеющим специальной подготовки в науках о поведении, а также доступно студентам последних курсов самых разных специализаций. Поскольку материал изложен достаточно детально, читатели смогут не только немало почерпнуть из введения к каждому разделу, но и разобраться в сложностях изучения такой сложной темы, как человеческая агрессия. Что же касается объема, то, несмотря на значительное увеличение количества материала в связи с появлением трех новых глав, в этом отношении книга мало отличается от своего первого издания.

 

  ИЛЛЮСТРАЦИИ

 

  В книгу включено множество графиков и схем. Весь этот иллюстративный материал специально подготовлен для данного издания таким образом, чтобы быть доступным всем, кто не знаком с принципами иллюстрирования научных данных. А поскольку наш собственный преподавательский опыт подсказывает, что немного юмора никогда не повредит, книга содержит и несколько подходящих карикатур.

 

  АКТУАЛЬНОСТЬ

 

  Главной целью первого издания было рассмотрение современных знаний о человеческой агрессии. Как упоминалось выше, в новом издании сохранился тот же подход. Основное соображение следующее: всегда можно проследить связь большинства новых исследований и теорий с более ранними представлениями, если же не включить в текст современные данные, то для некоторых читателей они так и могут остаться неизвестными. Поэтому там, где необходимо, мы принципиально рассматривали как можно больше современных открытий и обоснований.

 

  В ЗАКЛЮЧЕНИЕ - ПРОСЬБА О ПОМОЩИ

 

  Мы искренне верим, что наши усилия по усовершенствованию книги увенчались успехом. Мы полагаем, что она стала более исчерпывающей и полезной по сравнению с первым изданием. Тем не менее, понимая, что нет предела совершенствованию и еще многое можно улучшить, мы с нетерпением ждем ваших отзывов. Примите наши уверения в том, что мы внимательно проанализируем все замечания, отзывы и предложения и все они будут учтены при подготовке следующего издания. Заранее благодарим вас за помощь - мы высоко ее ценим.

  Роберт А. Бэрон [1],

  Дебора Р. Ричардсон

  1 В некоторых русскоязычных работах по агрессии автор этой книги упоминается как Р. Барон. (Прим. научн. ред.)

 

  ВЫРАЖЕНИЕ ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ

 

  В подготовке этого издания нам помогали многие щедрые и талантливые люди. Не имея возможности перечислить здесь всех, мы хотим выразить благодарность тем, чья поддержка оказалась наиболее существенной.

  Во-первых, мы благодарим многих коллег, которые, обсуждая с нами свои идеи, присылая свои статьи и откликаясь на вопросы по поводу переиздания, помогали нам быть в курсе современных представлений о человеческой агрессии. А поскольку данная книга отражает их усилия в той же мере, что и наши собственные, значительность их вклада неоспорима.

  Во-вторых, мы выражаем искреннюю благодарность Расселу Джину (Russell Geen) за важные и конструктивные комментарии к первому варианту рукописи. Зная о его занятости, мы глубоко признательны за то, что он нашел время прочитать все главы и обсудить с нами свои впечатления. Приняв его замечания и предложения, мы убеждены, что книга от этого значительно выиграла.

  В-третьих, мы благодарим Крэйга Андерсона, Дэвида Перри, Стива Прентис-Данна, Сэма Снодграсса и Джеймса Тедеши (Craig Anderson, David Perry, Steve Prentice-Dunn, Sam Snodgrass & Jamed Tedeschi) за замечания к разным главам. Их помощь была творческой и полезной.

  В-четвертых, мы выражаем благодарность нашему издателю, Элиоту Вернеру (Eliot Werner), за его поддержку, энтузиазм и дружеское отношение во время подготовки проекта, за его ободрение и здравые суждения, которые были нам столь необходимы. Сотрудничество с ним было удовольствием, и мы надеемся продолжить его в будущем.

  Наконец, мы благодарим Уэнди Гарднер (Wendi Gardner) за проявленное ею терпение, когда выходила из строя копировальная техника, терялись журналы и возникали осложнения с графическими программами. Также мы благодарим Сьюзен МакДонаф (Susan McDonough) за перепечатывание кажущегося бесконечным списка ссылок.

  Всем этим людям и многим другим мы говорим: "Спасибо, спасибо, спасибо!"

 

  22

 

  1 АГРЕССИЯ: ОПРЕДЕЛЕНИЕ И ОСНОВНЫЕ ТЕОРИИ

 

  Невозможно представить себе такую газету, журнал или программу радио- или теленовостей, где не было бы ни одного сообщения о каком-либо акте агрессии или насилия. Статистика красноречиво свидетельствует о том, с какой частотой люди ранят и убивают друг друга, причиняют боль и страдания своим ближним.

 

  + Около трети состоящих в браке американцев обоего пола подвергаются насилию со стороны своих супругов (Straus Gelles & Steinmetz, 1980).

  + От трех до пяти тысяч детей в США умирают ежегодно в результате жестокого обращения с ними их родителей (Pagelow, 1984).

  + Ежегодно 4% пожилых американцев становятся жертвами насилия со стороны членов своих семей (Pagelow, 1980).

  + 16% детей сообщают, что их избивают братья или сестры (Straus et al., 1980).

  + Ежегодно в США совершается свыше миллиона преступлений с применением насилия, среди которых более 20 тысяч убийств (Bureau of Census 1988).

  + Убийство занимает одиннадцатое место среди основных причин смерти в Соединенных Штатах (Baker, 1986).

  + Главной причиной смерти чернокожих американцев в возрасте от 15 до 34 лет является насильственная смерть (Butterfield, 1992).

  Хотя чаще всего, взаимодействуя с другими людьми, мы не ведем себя жестоко или агрессивно, наше поведение все равно нередко оказывается источником физических и душевных страданий наших близких. Не исключено, что под впечатлением приведенных выше статистических данных у кого-то возникнет мысль о том, что именно на современном этапе исторического развития человечества "темная сторона" человеческой натуры как-то необыкновенно усилилась и вышла из-под контроля. Однако сведения о проявлениях насилия в другие времена и в других местах говорят о том, что в жестокости и насилии, царящих в нашем с вами мире, нет ничего из ряда вон выходящего.

  + При взятии Трои в 1184 году греки-триумфаторы казнили всех лиц мужского пола старше десяти лет, а оставшиеся в живых, то есть женщины и дети, были проданы в рабство.

  + В годы наивысшего подъема испанской инквизиции (1420-1498) многие тысячи мужчин, женщин и детей были сожжены заживо на кострах за ересь и другие "преступления" против церкви и государства.

  + У бушменой племени Кунг, живущих на юге Африки, процент убийств в несколько раз превышает таковой же в США и, судя по сообщениям, часто жертвами убийств становятся ни в чем не повинные люди (Lea, 1979).

 

  23

 

  + Более 45% смертей среди представителей народности уарони, живущей на востоке Эквадора, составляют летальные исходы в результате копьевых ранений, полученных в ходе внутриплеменных стычек (Collins, 1983).

  + У народности джебьюси (Gebusi) в Папуа-Новой Гвинее на убийства приходится более 30 % смертей среди взрослого населения (Knauft, 1985).

  Конечно, даже и в тех случаях, когда люди увечат и убивают друг друга с помощью копий, луков, стрел, духовых ружей и другого примитивного оружия, их действия деструктивны и ведут к ненужным страданиям. Однако подобные побоища, как правило, происходят на ограниченной территории и не представляют угрозы для человечества в целом. Применение же современных, несравненно более мощных видов вооружения может привести к глобальной катастрофе. Сегодня некоторые государства имеют возможность смести с лица земли все живое. К тому же производство оружия массового уничтожения в наше время обходится довольно дешево и не требует особых технологических познаний.

  В свете этих тенденций невозможно не признать, что насилие и конфликт относятся к числу наиболее серьезных проблем, перед которыми сегодня оказалось человечество. Хотя очевидно, что признание этого факта самый первый и, в некотором отношении, самый простой шаг из тех, что нам предстоит сделать в дальнейшем. Мы должны также задаться вопросом: почему люди действуют агрессивно и какие меры необходимо принять для того, чтобы предотвратить или взять под контроль подобное деструктивное поведение?

  Эти вопросы занимали лучшие умы человечества на протяжении многих веков и рассматривались с различных позиций - с точки зрения философии, поэзии и религии. Однако только в нашем столетии данная проблема стала предметом систематического научного исследования, поэтому неудивительно, что не на все вопросы, возникающие в связи с проблемой агрессии, имеются ответы. В сущности, изучение этой темы часто порождало больше вопросов, чем ответов. Тем не менее налицо явный прогресс, и сегодня мы знаем уже довольно много об истоках и природе человеческой агрессии, во всяком случае, гораздо больше, чем даже десятилетие назад.

  К сожалению, количество данных об агрессии так велико, что было бы неблагоразумно, если вообще возможно, рассмотреть весь имеющийся материал в настоящем издании, поэтому, обсуждая данную тему, мы обратимся к двум важным направлениям.

  Во-первых, мы сосредоточимся прежде всего на проблеме человеческой агрессии, ибо она предполагает наличие многих факторов, присущих исключительно людям и обусловливающих поведение (например, мстительность, расовые или этнические предрассудки). Сходное с агрессией поведение представителей других видов будет иметь для нас второстепенный интерес.

  Во-вторых, обсуждение агрессии будет производиться прежде всего с социальной позиции. Мы будем рассматривать агрессию как форму социального поведения, включающего прямое или опосредованное взаимодействие как минимум двух человеческих индивидов. Для этого есть две причины. Как покажут следующие главы, природу наиболее важных детерминантов агрессии нужно искать в словах, действиях, присутствии или даже появлении других людей (Latane & Richardson, 1992). Глубокое понимание такого поведения требует также знания социальных ситуаций и факторов как способствующих, так и сдерживающих агрессию. Конечно, это не означает, что другие факторы не причастны к ее появлению. Наобо24

  рот, многие дополнительные параметры внесоциального плана (например, гормональная перестройка), видимо, оказывают существенное влияние на агрессию. Тем не менее человеческое агрессивное поведение, по определению, осуществляется в контексте социального взаимодействия. В связи с этим представляется уместным и полезным рассмотреть агрессию прежде всего в этом ракурсе, который, с точки зрения современных авторов, наиболее плодотворен и информативен по сравнению с другими подходами, поскольку облегчает понимание "обычной агрессии". Несмотря на то что исследователи клинической или психиатрической ориентации предоставили большой объем информации об агрессии у людей с серьезными психическими нарушениями, они все же мало сообщили о тех условиях, в которых внешне "нормальные" индивиды могут подвергать других опасным нападкам.

  То, что мы рассматриваем человеческую агрессию как форму социального поведения, отнюдь не ограничивает рамки наших исследований, а скорее помогает наиболее четко наметить сопутствующие темы при рассмотрении наиболее интригующих и принципиальных вопросов, к которым мы обратимся в следующих главах:

  + Как влияет на агрессию сексуальное возбуждение?

  + Действительно ли наказание является эффективным средством ослабления агрессивного поведения или контроля над ним?

  + Как влияют на агрессию наркотики?

  + В самом ли деле высокая температура воздуха связана с забастовками и нарушениями общественного порядка?

  + Действительно ли демонстрация насилия по телевидению ведет к тому, что сами зрители начинают действовать агрессивно?

  Как ни заманчиво сразу же приступить к обсуждению этих и других весьма интересных тем, для нас все же важно остановиться прежде на двух вопросах. Во-первых, нам необходимо четко сформулировать рабочее определение агрессии. Только таким образом мы сможем избежать возможных ловушек при обсуждении феноменов, точное значение которых пока не выяснено. Во-вторых, мы рассмотрим некоторые теоретические направления, с позиции которых изучаются природа и происхождение агрессивных действий. Это потому важно, что многие идеи, содержащиеся в данных теориях, стали настолько общеупотребительными, что все - от ученых до широкой общественности - считают их "общеизвестными" и используют без всяких оговорок. Между тем многие из подобных соображений, благодаря последним эмпирическим исследованиям, вызывают серьезные сомнения, и мы полагаем, что их следует прояснить.

 

  АГРЕССИЯ: РАБОЧЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

  Берковиц (Berkowitz, 1981) обратил внимание на то, что одна из главных проблем в определении агрессии в том, что в английском языке этот термин подразумевает большое разнообразие действий.

  Когда люди характеризуют кого-то как агрессивного, они могут сказать, что он обычно оскорбляет других, или что он часто недружелюбен, или же что он, будучи достаточно сильным, пытается делать все по-своему, или, может быть, что он твердо отстаивает свои убеждения, или, возможно, без страха бросается в омут неразрешенных проблем.

 

  25

 

  Таким образом, при изучении агрессивного поведения человека мы сразу же сталкиваемся с серьезной и противоречивой задачей: как найти выразительное и пригодное определение основного понятия. На рис. 1. 1 показано, как легко запутаться в значениях агрессии.

  Рассмотрим следующие случаи:

  1. Ревнивый муж, застав жену в постели с любовником, хватает пистолет и убивает обоих.

  2. На вечеринке одна молодая женщина выпускает в другую целую обойму язвительных реплик и настолько выводит ее из себя, что та в конце концов выбегает из комнаты в слезах.

  3. Женщина-водитель, перебравшая в придорожном ресторане, вылетает на встречную полосу и врезается в первый же автомобиль, в результате чего водитель и пассажир погибают. Впоследствии она испытывает сильные угрызения совести по поводу этой трагедии.

  4. Во время боя солдат стреляет из орудия по приближающемуся противнику. Однако у него сбит прицел, и снаряды пролетают поверх голов, не причиняя людям никакого вреда.

  5. Несмотря на то что пациент кричит от боли, стоматолог крепко захватывает больной зуб щипцами и быстро вырывает его.

  6. Эксперт говорит новому сотруднику, что надо действовать более профессионально, и указывает конкретные направления желательных изменений.

 

  В каком из вышеперечисленных случаев представлена агрессия? С точки зрения здравого смысла, под эту категорию точно подпадает первая и, возможно, вторая ситуация. Но как в отношении третьей? Является ли и она примером агрессивного поведения? Здесь общепринятое толкование не совсем подходит. Подвыпившая автомобилистка стала причиной смерти двух ни в чем не повинных людей. Но, принимая во внимание ее искренние угрызения совести, стоит ли характеризовать ее действия как изначально агрессивные? А что можно сказать по поводу четвертого случая, когда никто не пострадал, или пятого, где действия врача, вероятно, принесли пользу пациенту? И агрессивен ли эксперт, конструктивно оценивающий действия сотрудника?

  конечно, ответы на эти вопросы зависят от выбора определения агрессии, согласно одному из которых, предложенному Бассом (Buss, 1961), агрессия - это любое поведение, содержащее угрозу или наносящее ущерб другим. Следуя этому определению, можно сказать, что все вышеперечисленные случаи, за исключением четвертого, можно квалифицировать как агрессию.

  Второе определение, предложенное несколькими известными исследователями (Berkowitz, 1974, 1981; Feshbach, 1970), содержит следующее положение: чтобы те или иные действия были квалифицированы как агрессия, они должны включать в себя намерение обиды или оскорбления, а не просто приводить к таким последствиям. В этом случае первую, вторую и четвертую ситуации в нашем списке можно оценить как агрессию, поскольку все они содержат попытки, удавшиеся или неудавшиеся, оскорбить или причинить вред другим. Третья же ситуация не может быть отнесена к агрессии, так как в ней описывается вред, причиненный непреднамеренно. Две последние ситуации определенно не могут быть расценены как агрессия, поскольку в обоих случаях человек пытается сделать скорее что-то полезное, чем угрожающее.

 

  26

 

  И наконец, третья точка зрения, высказанная Зильманном (Zillmann, 1979), ограничивает употребление термина агрессия попыткой нанесения другим телесных или физических повреждений. Согласно этому определению, только первая и четвертая ситуации могут рассматриваться как агрессивные по своей сути. Вторую ситуацию, ввиду того, что она включает в себя скорее психологическую, нежели физическую боль, нельзя отнести к агрессии.

  Несмотря на значительные разногласия относительно определений агрессии, многие специалисты в области социальных наук склоняются к принятию определения, близкого ко второму из приведенных здесь. В это определение входит как категория намерения, так и актуальное причинение оскорбления или вреда другим. Таким образом, в настоящее время большинством принимается следующее определение:

  Агрессия - это любая форма поведения, нацеленного на оскорбление или причинение вреда другому живому существу, не желающему подобного обращения.

 

  27

 

  На первый взгляд, это определение кажется простым и откровенным, а также тесно связанным с пониманием агрессии с позиции обыденного сознания. Однако при более внимательном изучении оказывается, что оно включает в себя некоторые особенности, требующие более глубокого анализа.

 

  АГРЕССИЯ КАК ПОВЕДЕНИЕ

 

  Наше определение предполагает, что агрессию следует рассматривать как модель поведения, а не как эмоцию, мотив или установку. Это важное утверждение породило большую путаницу. Термин агрессия часто ассоциируется с негативными эмоциями - такими как злость; с мотивами - такими как стремление оскорбить или навредить; и даже с негативными установками - такими как расовые или этнические предрассудки. Несмотря на то что все эти факторы, несомненно, играют важную роль в поведении, результатом которого становится причинение ущерба, их наличие не является необходимым условием для подобных действий. Как мы скоро увидим, злость вовсе не является необходимым условием нападения на других; агрессия разворачивается как в состоянии полнейшего хладнокровия, так и чрезвычайно эмоционального возбуждения. Также совершенно не обязательно, чтобы агрессоры ненавидели или даже не симпатизировали тем, на кого направлены их действия. Многие причиняют страдания людям, к которым относятся скорее положительно, чем отрицательно. Случаи насилия в семье или агрессивное поведение у бушменов (см. начало главы), которых за миролюбие и охотное сотрудничество обычно называли "безопасными людьми" (Thomas, 1959), могут быть этому примером.

  В свете того, что негативные эмоции, мотивы и установки не всегда сопровождают прямые нападки на других, мы ограничим использование термина агрессия сферой явно злонамеренного поведения и рассмотрим другие факторы отдельно.

 

  АГРЕССИЯ И НАМЕРЕНИЕ

 

  В нашем определении термин агрессия предполагает действия, посредством которых агрессор намеренно причиняет ущерб своей жертве. К сожалению, введение критерия намеренного причинения ущерба порождает немало серьезных трудностей. Во-первых, вопрос в том, что мы подразумеваем, говоря, что один человек намерен навредить другому. Обычное объяснение таково, что агрессор по своей воле оскорбил жертву, и это вызывает много немаловажных вопросов, по поводу которых не прекращаются философские дискуссии, и в особенности среди специалистов по философии науки (Bergman, 1966).

  Во-вторых, как утверждают многие известные ученые, намерения - это личные, скрытые, недоступные прямому наблюдению замыслы (Buss, 1971; Bandura, 1983). О них можно судить по условиям, которые предшествовали или следовали за обсуждаемыми актами агрессии. Подобные заключения могут делать как участники агрессивного взаимодействия, так и сторонние наблюдатели, которые в любом случае влияют на объяснение данного намерения (Tedeschi, Smith & Brown, 1974).

  Итак, включение категории намерения в определение агрессии привносит зыбкость и противоречивость в понимание того, является ли то или иное действие актом агрессии.

 

  28

 

  Однако иногда намерение причинить вред устанавливается довольно просто - агрессоры часто сами признаются в желании навредить своим жертвам и нередко сожалеют о том, что их нападки были безрезультатны. И социальный контекст, в котором развертывается агрессивное поведение, часто отчетливо свидетельствует о наличии подобных намерений. Представим себе, например, следующую сцену. В баре некий человек осыпает другого бранью, и в конечном счете у последнего лопается терпение, и он бьет своего обидчика пустой пивной бутылкой по голове. В данном случае нет достаточных оснований сомневаться в том, что обидчик намеревался оскорбить или причинить вред пострадавшему и что его действия должны расцениваться как агрессивные.

  Однако встречаются ситуации, когда наличие или отсутствие агрессивного намерения установить гораздо труднее. Рассмотрим, например, такой инцидент. Женщина, приводя в порядок свой пистолет, случайно стреляет и убивает оказавшегося рядом человека. Если она глубоко сожалеет и утверждает, что это результат несчастного случая, то на первый взгляд может показаться, что здесь не было намерения причинить вред и что ее поведение, несмотря на исключительную неосторожность, не является примером межличностной агрессии. Если же при дальнейшем расследовании обнаружилось бы, что жертва получила чрезвычайно выгодное деловое предложение, в котором была весьма заинтересована стрелявшая женщина, а "несчастный случай" произошел сразу после бурного обсуждения планов с будущей жертвой, мы могли бы заподозрить, что в этом случае все же могло иметь место намерение причинить вред.

  Тем не менее несмотря на трудности, связанные с установлением наличия или отсутствия агрессивного намерения, есть несколько серьезных причин, которые позволяют оставить данный критерий в нашем определении агрессии. Во-первых, если бы в определении не упоминалось намеренное причинение вреда, необходимо было бы каждое случайное оскорбление или нанесение повреждения (см. ситуацию под номером 3 на странице 25) классифицировать как агрессию. Ввиду того, что люди время от времени оскорбляют чувства других, прищемляют кому-нибудь пальцы дверью и даже калечат друг друга в дорожно-транспортных происшествиях, представляется важным отличать подобные действия от агрессии.

  Во-вторых, если исключить обязательное наличие намерения из нашего определения агрессии, было бы необходимо характеризовать действия хирургов, стоматологов и даже родителей, применяющих дисциплинарные меры воздействия на детей, как агрессивные. Конечно, в некоторых случаях агрессоры могут скрывать свое стремление причинить боль или страдания другим: без сомнения, существуют стоматологи, испытывающие некоторое удовольствие от того, что пациенту больно, а иные родители шлепают своих детей, чтобы те ощутили дискомфорт. Однако нет особого смысла квалифицировать эти действия как агрессию: в конце концов, они осуществляются ради какой бы то ни было пользы.

  Наконец, если бы критерий намерения был исключен из нашего определения, то примеры, в которых попытки причинить вред предпринимаются, но оказываются безуспешными (см. ситуацию под номером 4 на странице 25), нельзя было бы оценить как агрессию, даже несмотря на то что, будь у агрессора чуть более мощное оружие, более точный прицел или более высокое мастерство, жертва получила бы более серьезные увечья.

  Подобные примеры случайного непричинения вреда необходимо рассматривать как агрессию, даже если жертве, вопреки ожиданиям, не был нанесен ущерб.

 

  29

 

  Поэтому, учитывая все вышеприведенные соображения, весьма важно определять агрессию не только как поведение, причиняющее вред или ущерб другим, но и как любые действия, имеющие целью достижение подобных негативных последствий.

 

  АГРЕССИЯ КАК ПРИЧИНЕНИЕ УЩЕРБА ИЛИ НАНЕСЕНИЕ ОСКОРБЛЕНИЯ

 

  Из представления о том, что агрессия предполагает или ущерб, или оскорбление жертвы, следует, что нанесение телесных повреждений реципиенту не является обязательным. Агрессия имеет место, если результатом действий являются какие-либо негативные последствия. Таким образом, помимо оскорблений действием, такие проявления, как выставление кого-либо в невыгодном свете, очернение или публичное осмеяние, лишение чего-то необходимого и даже отказ в любви и нежности могут при определенных обстоятельствах быть названы агрессивными.

  Ввиду того, что проявления агрессии у людей бесконечны и многообразны, весьма полезным оказывается ограничить изучение подобного поведения концептуальными рамками, предложенными Бассом (Bass, 1976). По его мнению, агрессивные действия можно описать на основании трех шкал: физическая - вербальная, активная - пассивная и прямая - непрямая. Их комбинация дает восемь возможных категорий, под которые подпадает большинство агрессивных действий. Например, такие действия, как стрельба, нанесение ударов холодным оружием или избиение, при которых один человек осуществляет физическое насилие над другим, могут быть классифицированы как физические, активные и прямые. С другой стороны, распространение слухов или пренебрежительные высказывания за глаза можно охарактеризовать как вербальные, активные и непрямые. Эти восемь категорий агрессивного поведения и примеры к каждой из них приведены в табл. 1.1.

 

  30

 

  АГРЕССИЯ ЗАТРАГИВАЕТ ЖИВЫЕ СУЩЕСТВА

 

  Согласно нашему определению, только те действия, которые причиняют вред или ущерб живым существам [1], могут рассматриваться как агрессивные по своей природе.

  При всей очевидности того, что люди часто теряют контроль над собой, что-то разбивают или наносят удары по различным неодушевленным предметам, например, по мебели, посуде, стенам, подобное поведение не может рассматриваться как агрессивное до тех пор, пока не будет причинен вред живому существу. Если вы тяжелым молотком изуродовали автомобиль, такое поведение не будет считаться агрессивным, при условии, что вы заплатили пятьдесят центов за участие в этом аттракционе на ярмарке. С другой стороны, в соответствии с нашим определением, идентичное поведение можно было бы считать агрессивным, если бы этот автомобиль представлял собой раритет, принадлежащий вашему врагу. Хотя такие действия действительно могут иметь большое сходство с агрессивным поведением, все же лучше всего расценивать их как явно эмоциональные или экспрессивные по природе и поэтому не являющиеся примерами агрессии.

 

  АГРЕССИЯ ЗАТРАГИВАЕТ РЕЦИПИЕНТА, СТРЕМЯЩЕГОСЯ ИЗБЕЖАТЬ НАПАДЕНИЯ

 

  Наконец, из нашего определения видно, что мы можем говорить об агрессии только тогда, когда реципиент или жертва стремится избежать подобного обращения. В большинстве случаев объекты физического насилия, сопровождающегося телесными повреждениями или оскорбительными вербальными нападками, хотят избежать подобного неприятного опыта. Однако иногда жертвы оскорбления или болезненных действий не стремятся избежать неприятных для себя последствий. Возможно, наиболее отчетливо это проявляется при определенных формах любовной игры, носящей садомазохистский характер. Здесь партнеры явно наслаждаются получаемыми страданиями или, по крайней мере, не предпринимают усилий, чтобы избежать или уклониться от специфических действий. В соответствии с нашим определением, такое взаимодействие не содержит агрессии, поскольку здесь нет видимой мотивации со стороны "жертвы" избежать боли.

  То же самое относится и к самоубийству. Здесь агрессор выступает в роли собственной жертвы. Поэтому подобные действия не могут быть классифицированы как агрессия. Даже если целью суицида является не смерть, а отчаянный призыв к помощи, самоубийца все-таки стремится причинить вред себе. Таким образом, подобные действия не являются примерами агрессии.

  1 Существуют и более широкие определения, при которых под агрессией понимаются действия, причиняющие ущерб не только человеку или животному, но и вообще любому неживому объекту (см., например, Э. Фромм "Анатомия человеческой деструктивности"). (Прим. научн. ред.)

 

  31

 

  ВРАЖДЕБНАЯ АГРЕССИЯ В ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЬ ИНСТРУМЕНТАЛЬНОЙ АГРЕССИИ

 

  Как мы отмечали, агрессия может быть представлена в виде дихотомии (физическая - вербальная, активная - пассивная, прямая - непрямая). Завершая обсуждение этой темы, рассмотрим последний вариант дихотомического деления агрессии - агрессию враждебную и инструментальную (Buss, 1961, 1971; Fechbach, 1964, 1970; Hartup, 1974).

  Термин враждебная агрессия приложим к тем случаям проявления агрессии, когда главной целью агрессора является причинение страданий жертве. Люди, проявляющие враждебную агрессию, просто стремятся причинить зло или ущерб тому, на кого они нападают. Понятие инструментальная агрессия, наоборот, характеризует случаи, когда агрессоры нападают на других людей, преследуя цели, не связанные с причинением вреда. Иными словами, для лиц, проявляющих инструментальную агрессию, нанесение ущерба другим не является самоцелью. Скорее они используют агрессивные действия в качестве инструмента для осуществления различных желаний.

  Цели, не предполагающие причинения ущерба, стоящие за многими агрессивными действиями, включают принуждение и самоутверждение. В случае принуждения зло может быть причинено с целью оказать влияние на другого человека или "настоять на своем" (Tedeschi & others, 1974). Например, по наблюдениям Паттерсона, дети используют разнообразные формы негативного поведения: стучат кулаками, капризничают и отказываются слушаться - и все это делается с целью удержать власть над членами семьи. Конечно, подобное поведение закрепляется, когда маленьким агрессорам периодически удается вынудить своих жертв пойти на уступки. Аналогично агрессия может служить цели самоутверждения или повышения самооценки, если такое поведение получает одобрение со стороны других. Например, человек может показаться "несгибаемым" и "сильным" в отношениях с другими, если нападает на тех, кто его провоцирует или раздражает.

  Яркий пример инструментальной агрессии представляет собой поведение подростковых банд, которые слоняются по улицам больших городов в поисках случая вытащить кошелек у ничего не подозревающего прохожего, завладеть бумажником или сорвать с жертвы дорогое украшение. Насилие может потребоваться и при совершении кражи - например, в тех случаях, когда жертва сопротивляется. Однако основная мотивация подобных действий - нажива, а не причинение боли и страданий намеченным жертвам (Stivens, 1971). Дополнительным подкреплением агрессивных действий в этих случаях может служить восхищение ими со стороны приятелей.

  Хотя многие психологи признают существование различных типов агрессии (например, Bandura, 1989; Buss, 1961; Fechbah, 1970; Hartup, 1974; Rule, 1974), везде это положение вызывает полемику. Так, по мнению Бандуры, несмотря на различия в целях, как инструментальная, так и враждебная агрессия направлены на решение конкретных задач, а поэтому оба типа можно считать инструментальной агрессией.

  В ответ на эту критику некоторые ученые предложили разные определения для этих двух типов агрессии. Зильманн (Zillmann, 1970) заменил "враждебную" и "инструментальную" на "обусловленную раздражителем" и "обусловленную побуждением". Агрессия, обусловленная раздражителем, относится к действиям, ко32

  торые предпринимаются прежде всего для устранения неприятной ситуации или ослабления ее вредного влияния (например, сильный голод, дурное обращение со стороны других). Агрессия, обусловленная побуждением, относится к действиям, которые предпринимаются прежде всего с целью достижения различных внешних выгод.

  Додж и Койи (Dodge & Coie, 1987) предложили использовать термины реактивная и проактивная. Реактивная агрессия предполагает возмездие в ответ на осознаваемую угрозу. Проактивная агрессия, как и инструментальная, порождает поведение (например, принуждение, влияние, запугивание), направленное на получение определенного позитивного результата. Эти ученые провели серию исследований, в которых выявили различия между двумя типами агрессии. Авторы обнаружили, что проявляющие реактивную агрессию учащиеся начальных классов (мальчики) склонны преувеличивать агрессивность своих сверстников и поэтому отвечают на кажущуюся враждебность агрессивными действиями. Учащиеся, демонстрировавшие проактивную агрессию, не допускали подобных ошибок в интерпретации поведения своих сверстников.

  Исследования Доджа и Койи представили эмпирические доказательства существования двух различных типов агрессии. Независимо от выбора термина, обозначающего эти различные виды агрессии, очевидно: существуют два типа агрессии, мотивированные различными целями.

 

  ПРОТИВОПОЛОЖНЫЕ ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ НАПРАВЛЕНИЯ В ОПИСАНИИ АГРЕССИИ: ИНСТИНКТ, ПОБУЖДЕНИЕ ИЛИ НАУЧЕНИЕ?

  То, что люди часто совершают опасные агрессивные действия, вряд ли подлежит обсуждению. Тем не менее вопрос о том, почему они предпринимают подобные действия, долго был предметом серьезной дискуссии. Высказывались резко отличающиеся друг от друга взгляды относительно причин возникновения агрессии, ее природы и факторов, влияющих на ее проявления. При всем разнообразии выдвигавшихся противоречивых теоретических обоснований, большинство из них подпадает под одну из четырех следующих категорий. Агрессия относится в первую очередь к: 1) врожденным побуждениям или задаткам; 2) потребностям, активизируемым внешними стимулами; 3) познавательным и эмоциональным процессам; 4) актуальным социальным условиям в сочетании с предшествующим научением.

 

  АГРЕССИЯ КАК ИНСТИНКТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ: ВРОЖДЕННОЕ СТРЕМЛЕНИЕ К СМЕРТИ И РАЗРУШЕНИЮ

  Самое раннее и, возможно, наиболее известное теоретическое положение, имеющее отношение к агрессии, - это то, согласно которому данное поведение по своей природе преимущественно инстинктивное. Согласно этому довольно распространенному подходу, агрессия возникает потому, что человеческие существа генетически или конституционально "запрограммированы" на подобные действия.

 

  33

 

  Агрессия как инстинктивное поведение: психоаналитический подход

  В своих ранних работах Фрейд (Freud) утверждал, что все человеческое поведение проистекает, прямо или косвенно, из эроса, инстинкта жизни, чья энергия (известная как либидо) направлена на упрочение, сохранение и воспроизведение жизни. В этом общем контексте агрессия рассматривалась просто как реакция на блокирование или разрушение либидозных импульсов. Агрессия как таковая не трактовалась ни как неотъемлемая, ни как постоянная и неизбежная часть жизни.

  Пережив опыт насилия первой мировой войны, Фрейд (Freud, 1920) постепенно пришел к более мрачному убеждению в отношении сущности и источника агрессии. Он предположил существование второго основного инстинкта, танатоса - влечения к смерти, чья энергия направлена на разрушение и прекращение жизни. Он утверждал, что все человеческое поведение является результатом сложного взаимодействия этого инстинкта с эросом и что между ними существует постоянное напряжение. Ввиду того, что существует острый конфликт между сохранением жизни (то есть эросом) и ее разрушением (танатосом), другие механизмы (например, смещение) служат цели направлять энергию танатоса вовне, в направлении от "Я".

  Таким образом, танатос косвенно способствует тому, что агрессия выводится наружу и направляется на других. Теория Фрейда о взаимодействии эроса и танатоса отображена на рис. 1.2.

  Положение об инстинкте стремления к смерти является одним из наиболее спорных в теории психоанализа. Оно было фактически отвергнуто многими учениками Фрейда, разделявшими его взгляды по другим вопросам (Fenichel, 1945; Fine, 1978; Hartmann, Kris & Lowenstein, 1949). Тем не менее утверждение о том, что агрессия берт начало из врожденных, инстинктивных сил, в целом находило поддержку даже у этих критиков.

  Взгляды Фрейда на истоки и природу агрессии крайне пессимистичны. Это поведение не только врожденное, берущее начало из "встроенного" в человеке инстинкта смерти, но также и неизбежное, поскольку, если энергия танатоса не будет обращена вовне, это вскоре приведет к разрушению самого индивидуума. Единственный проблеск надежды связан с тем, что внешнее проявление эмоций, сопровождающих агрессию, может вызывать разрядку разрушительной энергии и, таким образом, уменьшать вероятность появления более опасных действий. Этот аспект теории Фрейда (положение о катарсисе) часто интерпретировался следующим образом: совершение экспрессивных действий, не сопровождающихся раз34

  рушением, может быть эффективным средством предотвращения более опасных поступков. Однако при лучшем знакомстве с произведениями Фрейда обнаруживаются доводы против подобных утверждений. Хотя у Фрейда не было четкой позиции по отношению к силе и продолжительности действия катарсиса, он все же склонялся к тому, что это действие является минимальным и кратковременным по своей природе. Таким образом, Фрейд проявлял на этот счет меньший оптимизм, чем полагали теоретики более позднего периода.

 

  Агрессия как инстинктивное поведение: взгляд на проблему с позиций эволюционного подхода

  В этом разделе мы рассмотрим три взгляда с позиций эволюционного подхода на человеческое агрессивное поведение. Данные в поддержку этих теорий были получены прежде всего в результате наблюдений за поведением животных. Три подхода, о которых пойдет речь, сходятся в признании того, что предрасположенность человека к агрессии является следствием влияния естественного отбора. Утверждается, что агрессия обеспечивала биологические преимущества нашим доисторическим предкам.

  Этологический подход. Лоренц (Lorenz, 1966, 1964), лауреат Нобелевской премии, выдающийся этолог, придерживался эволюционного подхода к агрессии, демонстрируя неожиданное сходство с позицией Фрейда.

  Согласно Лоренцу, агрессия берет начало прежде всего из врожденного инстинкта борьбы за выживание, который присутствует у людей так же, как и у других живых существ. Он предполагал, что этот инстинкт развился в ходе длительной эволюции, в пользу чего свидетельствуют три его важные функции. Во-первых, борьба рассеивает представителей видов на широком географическом пространстве, и тем самым обеспечивается максимальная утилизация имеющихся пищевых ресурсов. Во-вторых, агрессия помогает улучшить генетический фонд вида за счет того, что оставить потомство сумеют только наиболее сильные и энергичные индивидуумы. Наконец, сильные животные лучше защищаются и обеспечивают выживание своего потомства.

  В то время как у Фрейда не было однозначного мнения относительно накопления и разрядки инстинктивной агрессивной энергии, у Лоренца был совершенно определенный взгляд на эту проблему. Он считал, что агрессивная энергия (имеющая своим источником инстинкт борьбы) генерируется в организме спонтанно, непрерывно, в постоянном темпе, регулярно накапливаясь с течением времени. Таким образом, развертывание явно агрессивных действий является совместной функцией 1) количества накопленной агрессивной энергии и 2) наличия и силы особых облегчающих разрядку агрессии стимулов в непосредственном окружении. Другими словами, чем большее количество агрессивной энергии имеется в данный момент, тем меньшей силы стимул нужен для того, чтобы агрессия "выплеснулась" вовне. Фактически, если с момента последнего агрессивного проявления прошло достаточное количество времени, подобное поведение может развернуться и спонтанно, при абсолютном отсутствии высвобождающего стимула. Как отмечал Лоренц (Evans, 1974), "у некоторых животных агрессивность соответствует всем правилам снижения порога и инстинктивного поведения. Можно наблюдать животного в ожидании опасности; человек тоже может вести себя подобным образом". Гипотезы о взаимосвязи высвобождающих агрессию стимулов и количества накопленной агрессивной энергии представлены в виде графика на рис. 1. 3.

 

  Одно из наиболее любопытных следствий теории Лоренца состоит в том, что с ее помощью можно объяснить тот факт, что у людей, в отличие от большинства других живых существ, широко распространено насилие в отношении представителей своего собственного вида. Согласно Лоренцу, кроме врожденного инстинкта борьбы, все живые существа наделены возможностью подавлять свои стремления; последняя варьирует в зависимости от их способности наносить серьезные повреждения своим жертвам. Таким образом, опасные хищники, например, львы и тигры, которых природа щедро снабдила всем необходимым для успешного умерщвления других живых существ (проворством, огромными когтями и зубами), имеют очень сильное сдерживающее начало, препятствующее нападению на пред36

  ставителей собственного вида, в то время как менее опасные существа - люди - обладают гораздо более слабым сдерживающим началом. Когда на заре истории человечества мужчины и женщины, действуя агрессивно против своих соплеменников, пускали в ход свои зубы и кулаки, отсутствие вышеупомянутых ограничений не было столь страшным. В конце концов, вероятность того, что они могли нанести друг другу серьезные увечья, была относительно низкой. Однако технический прогресс сделал возможным появление оружия массового уничтожения, и в связи с этим потакание своим стремлениям представляет все большую опасность - под угрозой находится выживание человека как вида. Кратко можно сказать так: Лоренц истолковывал стремление мировых лидеров подвергать целые нации риску самоуничтожения в свете того факта, что человеческая способность к насилию превалирует над врожденными сдерживающими началами, подавляющими агрессивные действия.

  Несмотря на то что Лоренц, как и Фрейд, считал агрессию неизбежной, в значительной степени являющейся следствием врожденных сил, он более оптимистично смотрел на возможность ослабления агрессии и контроля подобного поведения. Он полагал, что участие в различных действиях, не связанных с причинением ущерба, может предотвратить накопление агрессивной энергии до опасных уровней и таким образом снизить вероятность вспышек насилия. Можно с некоторым преувеличением сказать, что угроза всплеска насилия у человека может быть предотвращена посредством тысячи других действий (Zillmann, 1979). Лоренц утверждал также, что любовь и дружеские отношения могут оказаться несовместимыми с выражением открытой агрессии и могут блокировать ее проявление.

  Охотничья гипотеза. Ардри (Ardrey), сценарист из Голливуда, "археолог-любитель" (Munger, 1971), написал несколько книг, благодаря которым многие люди познакомились с популярной версией эволюционной теории. Ардри утверждает, что в результате естественного отбора появился новый вид - охотники: "Мы нападали, чтобы не голодать. Мы пренебрегали опасностями, иначе перестали бы существовать. Мы адаптировались к охоте анатомически и физиологически" (Ardrey, 1970). Эта охотничья "природа" и составляет основу человеческой агрессивности.

  Еще два изобретения, имеющие своим началом человеческую потребность "убивать, чтобы жить" (Ardrey, 1976), делают возможным участие в социальном насилии и войнах. Во-первых, чтобы успешно охотиться группами, люди придумали для общения язык, содержащий такие понятия, как "друг" и "враг", "мы" и "они", служащие для оправдания агрессивных действий против других. Во-вторых, появление оружия, поражающего на расстоянии, такого как лук и стрелы (вместо дубинок и камней), привело к тому, что люди стали более удачливыми "вооруженными хищниками". В беседе с Ричардом Лики (Leakey), известным антропологом, Ардри уточнил значение изобретения такого оружия: "Когда у нас появилась эта вещь, предназначенная для наступления, убивать стало настолько легче, что благодаря насилию мы стали другими существами" (Munger, 1971). Итак, Ардри уверяет, что именно охотничий инстинкт как результат естественного отбора в сочетании с развитием мозга и появлением оружия, поражающего на расстоянии, сформировал человека как существо, которое активно нападает на представителей своего же вида.

 

  37

 

  Социобиологический подход. В отличие от сторонников эволюционной теории, социобиологи предлагают более специфическое основание для объяснения процесса естественного отбора. Их основной аргумент сводится к следующему. Влияние генов столь длительно, потому что они обеспечивают адаптивное поведение, то есть гены "приспособлены" до такой степени, что вносят свой вклад в успешность репродукции, благодаря чему гарантируется их сохранение у будущих поколений (Barach, 1977). Таким образом, социобиологи доказывают, что индивидуумы скорее всего будут содействовать выживанию тех, у кого имеются схожие гены (то есть родственников), проявляя альтруизм и самопожертвование, и будут вести себя агрессивно по отношению к тем, кто от них отличается или не состоит в родстве, то есть у кого наименее вероятно наличие общих генов. Они будут пользоваться любой возможностью, чтобы навредить им и, возможно, ограничить возможности последних иметь потомство от членов собственного клана.

  Согласно социобиологическому подходу, агрессивные взаимодействия с конкурентами представляют собой один из путей повышения успешности репродукции в условиях окружающей среды с ограниченными ресурсами - недостатком пищи или брачных партнеров. Очевидно, успешная репродукция более вероятна, если у индивидуума имеется достаточное количество пищи и партнеров, с которыми можно производить потомство. Однако агрессия будет повышать генетическую пригодность данного индивидуума только в том случае, если выгода от нее превысит затраченные усилия. Потенциальная цена агрессии зависит от риска смерти или серьезных повреждений у тех индивидуумов, кто должен выживать для обеспечения выживания своего потомства. Чья-либо генетическая пригодность не будет повышаться, если агрессивная конкуренция приведет к гибели его рода. Таким образом, социобиологи убеждают нас в следующем: агрессивность - это средство, с помощью которого индивидуумы пытаются получить свою долю ресурсов, что, в свою очередь, обеспечивает успех (преимущественно на генетическом уровне) в естественном отборе.

  Критика эволюционных подходов. Хотя различные эволюционные теории во многом отличны друг от друга, их критика основывается на сходных аргументах. Критика поднимает вопрос доказательства, требуя необходимости рассмотрения других факторов, которые могут способствовать агрессии или миролюбию; кроме того, возникает проблема определения понятия "адаптивность". Во-первых, сторонники эволюционного подхода не представляют прямых доказательств в пользу тех концепций, на которых базируются их аргументы. Например, не обнаружено генов, напрямую связанных с агрессивным поведением. Аналогичным образом не нашли подтверждения представления Лоренца об агрессивной энергии (Zillmann, 1979). Другая сторона проблемы доказательств связана с тем, что доводы основываются на наблюдениях за поведением животных (Johnson, 1972; Tinbergen, 1978). Критике подвергается и опыт обобщения наблюдений за теми живыми существами, чей мозг устроен более примитивно и на которых менее, чем на людей, влияет общественный и культурный контроль.

  Некоторые критики упрекали этологов и социобиологов в том, что в своих теоретических построениях они склонны забывать об изменчивости человеческого поведения (Baldwin & Baldwin, 1981; Gold, 1978). Гоулд (Gold, 1978) утверждает, что наша биологическая наследственность составляет потенциальную основу для весьма широкого спектра поведенческих проявлений, который включает в себя агрессию и насилие, но не сводится исключительно к ним.

 

  38

 

  Почему предполагается наличие генов агрессии, доминирования или злости, когда известно, что необычайная гибкость мозга позволяет нам быть агрессивными или миролюбивыми, доминирующими или подчиняющимися, злыми или великодушными? Насилие, сексизм и повсеместная распущенность имеют биологическую природу, поскольку представляют собой одну подсистему широкого ряда поведенческих моделей. Но уж миролюбие, равенство и доброта точно биологического происхождения. Таким образом, моя критика выдвигает концепцию биологической потенциальности в противовес концепции биологического детерминизма - мозг осуществляет регуляцию широкого диапазона человеческого поведения, и он не обладает исключительной предрасположенностью к какой-то одной из форм поведения

  Наконец, вызывает сомнение сама логика рассуждений о проявлениях адаптивности какого-либо поведения. Например, социобиологи допускают: если поведение существует, то оно должно быть адаптивным. Болдуин и Болдуин (Baldwin & Baldwin, 1981) приводят пример адаптивной функции появления прыщей, чтобы показать всю нелепость подобного парадоксального мышления: "Прыщи нужны для того, чтобы человек начал следить за своей внешностью, что, в свою очередь, повышает вероятность сексуального взаимодействия - отсюда вытекает передача по наследству генов, вызывающих прыщи".

 

  Агрессия как инстинктивное поведение: итоги и выводы

  В то время как различные теории агрессии как инстинкта сильно разнятся в деталях, все они сходны по смыслу. В частности, центральное для всех теорий положение о том, что агрессия является следствием по преимуществу инстинктивных, врожденных факторов, логически ведет к заключению, что агрессивные проявления почти невозможно устранить. Ни удовлетворение всех материальных потребностей, ни устранение социальной несправедливости, ни другие позитивные изменения в структуре человеческого общества не смогут предотвратить зарождения и проявления агрессивных импульсов. Самое большее, чего можно достичь, - это временно не допускать подобных проявлений или ослабить их интенсивность. Поэтому, согласно данным теориям, агрессия в той или иной форме всегда будет нас сопровождать. И в самом деле, агрессия является неотъемлемой частью нашей человеческой природы.

 

  АГРЕССИЯ КАК ПРОЯВЛЕНИЕ ПОБУЖДЕНИЯ: МОТИВАЦИЯ ПРИЧИНЕНИЯ УЩЕРБА ИЛИ ВРЕДА ДРУГИМ

 

  При существующей концептуальной невнятности и пессимистичности выводов относительно представлений об агрессии как об инстинкте неудивительно, что психологи никогда не принимали эту теорию всерьез. Фактически идея о спонтанно зарождающейся агрессивной энергии была в основных своих положениях отклонена подавляющим большинством исследователей в этой области. Более распространенным является предположение, согласно которому агрессия берет начало от побуждения, определяемого как "неинстинктивная мотивационная сила, являющаяся результатом лишения организма каких-либо существенных вещей или условий, и возрастающая по мере усиления такого рода депривации" (Zillmann, 1983а). В случае агрессии побуждения рассматриваются как производные от аверсивной [1] стимуляции и их напряжение снижается благодаря агрессивным действиям.

  1 Oт англ. aversion - отвращение, антипатия. (Прим. научн. ред.)

 

  39

 

  Агрессивное побуждение: фрустрация и агрессия

  Если бы вы остановили на улице 50 человек, выбранных наугад, и попросили бы их назвать наиболее важные детерминанты человеческой агрессии, то большинство скорее всего назвало бы единственный термин: фрустрация. Поскольку своим широким распространением это представление обязано нескольким различным источникам, включая и личный опыт человека, оно может быть сведено по крайней мере к двум положениям, лежащим в основе теории агрессии, сформулированной Доллардом и другими (Dollard & others, 1939). Вместе взятые, эти положения известны как теория фрустрации - агрессии. В слегка перефразированном виде они звучат так:

  1. Фрустрация всегда приводит к агрессии в какой-либо форме.

  2. Агрессия всегда является результатом фрустрации.

  При этом не предполагается, что фрустрация, определяемая как блокирование или создание помех для какого-либо целенаправленного поведения, вызывает агрессию напрямую; считается, что от провоцирует агрессию (побуждает к агрессии), что, в свою очередь, облегчает проявление или поддерживает агрессивное поведение.

  Бандура (Bandura, 1973) обращал внимание на то, что эти положения чрезвычайно привлекательны отчасти из-за их смелости, а отчасти из-за простоты. В конце концов, если их принять, то такая чрезвычайно сложная форма поведения, как человеческая агрессия, во многом будет объяснена при помощи одного затейливого росчерка пера. Поэтому нет ничего удивительного в том, что эти формулировки получили столь широкое признание и среди ученых, и среди самой широкой публики. Но увы, внимательное рассмотрение каждой из них показывает, что обе эти формулировки слишком расплывчаты.

  С одной стороны, ясно, что фрустрированные индивидуумы не всегда прибегают к вербальным или физическим нападкам на других. Они скорее демонстрируют весь спектр реакций на фрустрацию: от покорности и уныния до активных попыток преодолеть препятствия на своем пути. Представим себе следующий случай. Студент отправлял свои документы в несколько высших учебных заведений, но их нигде не принимали. Этот человек скорее всего будет обескуражен, нежели разозлится или впадет в ярость.

  Более очевидное подтверждение положения о том, что фрустрация не всегда ведет к агрессии, представили результаты многих эмпирических исследований (Berkowitz, 1969; Geen & O'Neal, 1976). Все они показывают следующее: несмотря на то что фрустрация иногда способствует агрессии, это бывает не столь часто. Видимо, фрустрация вызывает агрессию прежде всего у людей, которые усвоили привычку реагировать на фрустрацию или другие аверсивные стимулы агрессивным поведением. С другой стороны, люди, для которых привычны иные

 

  40

 

  реакции, могут и не вести себя агрессивно, когда они фрустрированы (Bandura, 1983). Мы рассмотрим эти доказательства в главе 4 и поэтому не будем обсуждать их здесь детально. Достаточно сказать, что после проведения множества работ по изучению влияния фрустрации на агрессию большинство психологов считают: связь между этими факторами гораздо менее жесткая, чем когда-то предполагали Доллард и его коллеги.

  Принимая во внимание эти рассуждения, Миллер (Miller, 1941), одним из первых сформулировавший теорию фрустрации - агрессии, незамедлительно внес поправки в первое из вышеприведенных положений: фрустрация порождает различные модели поведения, и агрессия является лишь одной из них. Таким образом, сильное и заманчивое по своей широте определение, согласно которому фрустрация всегда ведет к агрессии, было вскоре отклонено одним из его авторов. Однако, несмотря на этот факт, первоначальная выразительная формулировка по-прежнему имеет удивительно широкое хождение и часто встречается в средствах массовой информации, в популярных дискуссиях об агрессии или в частных беседах.

  Во-вторых, предположение, согласно которому агрессия всегда обусловлена фрустрацией, также уводит слишком далеко. При более детальном рассмотрении в следующих главах мы убедимся: нет практически никаких сомнений в том, что агрессия является следствием многих факторов, помимо фрустрации. Действительно, агрессия может появляться (как зачастую и происходит) при полном отсутствии фрустрирующих обстоятельств. Рассмотрим, например, действия наемного киллера, убивающего людей, которых он раньше никогда не видел. У его жертв просто не было возможности его фрустрировать. Имеет смысл объяснять агрессивные действия этого человека скорее вознаграждением, которое он получает за убийства (деньги, более высокий статус, удовлетворение садистских наклонностей), чем фрустрацией. Или представим себе действия пилота, который, несмотря на прекрасное расположение духа и отсутствие сколько-нибудь значительных фрустраций в течение дня, бомбит и обстреливает позиции врага, убивая не только неприятеля, но и мирных жителей. Очевидно, что в данном случае агрессивные действия в высшей степени обусловлены не столько фрустрацией, сколько распоряжениями командования, ожиданием различных наград за успешно проведенную операцию и, возможно, чувством долга или патриотизмом. Подытоживая, можно сказать: предположение о том, что все проявления жестокости являются результатом блокирования или создания препятствий целенаправленному поведению, не выдерживает критики.

  Некоторые дополнительные аспекты теории фрустрации-агрессии. При том, что два рассмотренных предположения, касающиеся фрустрации-агрессии, являются центральными в теории Долларда и его коллег, они представляют только часть общего теоретического фундамента. Некоторые дополнительные аспекты этой влиятельной теории также заслуживают рассмотрения. Во-первых, как полагали Доллард и соавторы, в отношении побуждения к агрессии решающее значение имеют три фактора: 1) степень ожидаемого субъектом удовлетворения от будущего достижения цели; 2) сила препятствия на пути достижения цели; 3) количество последовательных фрустраций. То есть, чем в большей степени субъект предвкушает удовольствие, чем сильнее препятствие и чем большее количество ответных реакций блокируется, тем сильнее будет толчок к агрессив41

  ному поведению. В дальнейшем Доллард и соавторы предположили, что влияние следующих одна за другой фрустраций может быть совокупным и это вызовет агрессивные реакции большей силы, чем каждая из них в отдельности. Из сказанного следует, что влияние фрустрирующих событий сохраняется в течение определенного времени, - это предположение является важным для некоторых аспектов теории.

  Когда стало ясно, что индивидуумы не всегда реагируют агрессией на фрустрацию, Доллард и соавторы обратились к факторам, замедляющим открытую демонстрацию агрессивного поведения. Они пришли к выводу, что подобное поведение не проявляется в тот же момент времени прежде всего из-за угрозы наказания. Цитируя их собственные слова, "степень замедления в любом акте агрессии варьирует в прямом соответствии с предполагаемой тяжестью наказания, могущего последовать за этим действием". Однако, несмотря на предположение о том, что угроза наказания оказывает сдерживающее влияние, она не рассматривалась как фактор, ослабляющий актуальное побуждение к агрессии. Если индивидуума предостеречь от нападения на того, кто его фрустрировал, предварительно запугав каким-либо наказанием, он все еще будет стремиться к агрессивным действиям. В результате могут иметь место агрессивные действия, направленные на совершенно другого человека, нападение на которого ассоциируется с меньшим наказанием. Этот феномен, известный как смещение, мы обсудим более подробно в следующем разделе.

  Если, как было отмечено выше, угроза наказания только блокирует осуществление агрессивных действий и побуждение к такого рода поведению остается во многом неизменным, то какой фактор или факторы ослабляют агрессивную мотивацию? Согласно Долларду и его соавторам, ответ следует искать в процессе катарсиса. Исследователи предположили, что все акты агрессии - даже скрытые от наблюдения, не прямые и не связанные с причинением ущерба - играют роль некоей формы катарсиса, снижая уровень побуждения к последующей агрессии. Поэтому в контексте их теории положение о том, что фрустрированный индивидуум оскорбляет другого с целью ослабить или устранить свое агрессивное побуждение, совершенно не является необходимым. Даже такие действия, как агрессивные фантазии, умеренно выраженное раздражение или удар кулаком по столу могут оказывать подобное воздействие. Короче говоря, в отличие от Фрейда, Доллард и соавторы были настроены гораздо более оптимистично в отношении возможной пользы катарсиса.

  Как мы уже говорили, фрустрированный индивидуум, которого страх наказания удерживает от нападения на другое лицо, помешавшее ему достичь намеченной цели, может переадресовать свои атаки другим объектам. Хотя наиболее подходящим или желательным объектом для разрядки агрессии у фрустрированного индивидуума будет именно тот человек, который блокировал его целенаправленное поведение, объектами агрессии могут также служить и другие люди.

  Миллер (Miller, 1948) предложил особую модель, объясняющую появление смещенной агрессии - то есть тех случаев, когда индивидуумы проявляют агрессию не по отношению к своим фрустраторам, а по отношению к совершенно другим людям. Автор предположил, что в подобных случаях выбор агрессором жертвы в значительной степени обусловлен тремя факторами: 1) силой побуждения к агрессии, 2) силой факторов, тормозящих данное поведение и 3) стимульным сходством каждой потенциальной жертвы с фрустрировавшим фактором. К тому же по причинам, которые мы обсудим позднее, Миллер полагал, что барьеры, сдерживающие агрессию, исчезают более быстро, чем побуждение к подобному поведению, по мере увеличения сходства с фрустрировавшим агентом. Таким образом, модель предсказывает, что смещенная агрессия наиболее вероятно будет разряжена на тех мишенях, в отношении которых сила торможения является незначительной, но у которых относительно высокое стимульное сходство с фрустратором. Природу этих предположений поможет объяснить конкретный пример.

  Представьте себе студента, которого фрустрировала профессор, д-р Патрисия Пэйн (скажем, она не разрешила ему сдать дополнительный зачет для исправления низкой оценки по психологии). Поскольку стремление излить свой гнев на Патрисию Пэйн в данном случае, видимо, будет очень сильным, а прямые нападки маловероятны, может произойти смещение агрессии. Теперь предположим, что у этого студента имеются три потенциальных мишени для разрядки смещенной агрессии: д-р Тереза Тюдор, профессор истории; Пэтти, его младшая сестра, и сосед по комнате Норберт Нэш. По теории Миллера скорее всего нападкам подвергнется младшая сестра. Это может произойти потому, что она в каком-то отношении напоминает студенту его фрустратора (например, она

 

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги Музыка онлайн- видео Партнерская программа
Фильмы Программы Ресурсы сайта Контактные данные

 

 

 

Этот день у Вас будет самым удачным!  

Добра, любви  и позитива Вам и Вашим близким!

 

Грек 

 

 

 

 

  Яндекс цитирования Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов SPLINEX: интернет-навигатор Referal.ru Rambex - рейтинг Интернет-каталог WWW.SABRINA.RU Рейтинг сайтов YandeG Каталог сайтов, категории сайтов, интернет рублики Каталог сайтов Всего.RU Faststart - рейтинг сайтов, каталог интернет ресурсов, счетчик посещаемости   Рейтинг@Mail.ru/ http://www.topmagia.ru/topo/ Гадания на Предсказание.Ru   Каталог ссылок, Top 100. Каталог ссылок, Top 100. TOP Webcat.info; хиты, среднее число хитов, рейтинг, ранг. ProtoPlex: программы, форум, рейтинг, рефераты, рассылки! Русский Топ
Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов KATIT.ru - мотоциклы, катера, скутеры Топ100 - Мистика и НЛО lineage2 Goon
каталог
Каталог сайтов