ОНЛАЙН ВИДЕО КАНАЛ С АСТРАЛЬНЫМ ПАЛОМНИКОМ
 
Задать вопрос можно в мини-чате, а так же в аське и скайпе
Есть вопрос? - найди ответ!  Посмотрите видео-FAQ - там более 700 ответов. ПЕРЕЙТИ
Ответы на вопросы в видео ежедневно c 18.00 (кроме Пт, Сб, Вс)
Посмотреть архив онлайн конференций 
 
  регистрация не обязательна, приглашайте друзей - люблю интересные вопросы
(плеер и звук можно выключить на экране трансляции, если они мешают)

 

 

       

 

Я доступен по любым средствам связи , включая видео
 
аська - 612194455
скайп - juragrek
mail - juragrek@narod.ru
Мобильные телефоны
+79022434302 (Смартс)
+79644902433 (Билайн)
(МТС)
+79158475148
+79806853504
+79106912606
+79106918997

 

 

 

Яндекс.Метрика Скачать книгу Доброслав - Безбожные чудеса живой Природы 
МЕНЮ  САЙТА

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги

Музыка

онлайн- видео

Партнерская программа

Фильмы

Программы

Ресурсы сайта

Контактные данные

ВХОД

В ПОРТАЛ

 

Библиотека 12000 книг

Аномальное   

Здоровье

Рейки  

Астрал  

Йога

Религия  

Астрология

Магия

Русь  

Аюрведа  

Масоны

Секс

Бизнес 

НЛП

Сознание

Боевое  

Он и она

Таро  

Вегетарианство  

Ошо

Успех

Восток  

Парапсихология

Философия

Гипноз  

Психология  

Эзотерика  

ДЭИР

Развитие

900 рецептов бизнеса

 

 

Видеоматериалы автора сайта

Практика астрального выхода. Вводная лекция

Боги, эгрегоры и жизнь после

 жизни. Фрагменты видеокурса

О страхах и опасениях, связанных с выходом в астрал
 

Видеокурс астральной практики. Практический пошаговый курс обучения

 

Интервью Астрального паломника
 

Запись телепередачи. Будущее. Перемещение во времени

Призраки в Иваново. Телепередача

 

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги

Музыка

онлайн- видео

Партнерская программа

Фильмы

Программы

Ресурсы сайта

Контактные данные

 

 

 

 

Доброслав - Безбожные чудеса живой Природы 

скачать   85.zip

 

 

 

 Выдержки из произведения

В полном объеме вы можете скачать данный текст в архиве ZIP по ссылке, расположенной выше

 

БЕЗБОЖНЫЕ ЧУДЕСА ЖИВОЙ ПРИРОДЫ

 

Я верю, что былинка травы не меньше движения звёзд,

И что не хуже их муравей, и песчинка, и яйцо ко­ролька,

И что древесная жаба шедевр, выше которого нет,

И что черника достойна быть на небе украшением гостиной,

И что тончайшая жилка у меня на руке есть насмешка над всеми машинами,

И что корова, понуро жующая жвачку, превосхо­дит всякую статую,

И что мышь, это - чудо, которое может одно по­шатнуть секстильоны неверных.

Уолт Уитмен

 

Современная, так называемая западная цивилизация, осно­ванная на библейском мифе, не только порвала все преемствен­ные связи человека с Матерью-Природой. Эта противоестест­венная, противоправная цивилизация сформировала у него ощу­щение самовластного и безнаказанного хозяина Земли, рассмат­ривающего планету узкоутилитарно, как кладовую «сырья», соз­данного всевышним исключительно на потребу всё возрастаю­щей человеческой алчности.

 

Отрицая общность эволюционного начала и приписав себе особое, сверхъестественное происхождение, человек возомнил себя каким-то уникальным, из ряда вон выходящим, мгновенным творением господа бога. Совершенно отделив и отдалив от себя другие биологические виды, он зазнался, и зазнался невероятно.

 

Иудохристианское представление о качественном, непере­ходимом различии между человеком и его родичами - животны­ми ЕСТЬ НЕ ЧТО ИНОЕ, КАК ОПРАВДАНИЕ БЕЗНРАВ­СТВЕННОГО ОТНОШЕНИЯ К НИМ И ШИРЕ - К ЖИВОЙ ПРИРОДЕ.

 

Оговоримся сразу: человек - тоже животное. И животное, естественное начало в человеке отнюдь не заведомо дурное. На животных стали смотреть как на низшие существа лишь со вре­мен господства монотеистических, профанических религий, а за­тем под влиянием эволюционистских теорий. Природное же соз­нание, свойственное древним народам и встречающееся ещё сейчас у так называемых отсталых народностей, считает всё жи­вое единым целым.

 

Языческая мудрость гласит: величайшее чудо на Земле - не человек, а Жизнь; сама Жизнь во всех её многоликих прояв­лениях. Всё живое прекрасно, неповторимо и свещенно само по себе, ибо Жизнь есть таинство и великий дар, одинаково драго­ценный для всех земных существ, будь то человек, ландыш или землеройка.

 

Солнце шлёт любовь всем своим детям, и всем им дан рав­ный удел прийти, «процвесть и умереть». Всё живое жаждет ра­дости, всё отвращается от боли, и где то существо, которое не страдало бы, погибая?

 

Между миром животных и человечеством нет непроходи­мой пропасти: животные имеют такое же СВЕЩЕННОЕ ПРА­ВО НА БЫТИЕ, как и их собрат - человек. Всякий зверь обла­дает правом на жизнь, вне какой-либо зависимости от того, нра­вится ли он человеку, приносит ли ему пользу и т.д. Это человек поделил всех обитателей планеты на полезных и вредных: в Природе такого деления нет. Так называемые вредители и сор­няки появляются только в результате неразумного человеческого вмешательства в законы Природы. Истребив волков, человечест­во потеряет не только «лесных санитаров». Оно потеряет не­сравненно больше, чем потеряло, когда монахи-мракобесы спа­лили Александрийскую библиотеку. А какие сокровища там бы­ли, мы не в состоянии даже узнать, даже понять...

 

Человек, как биологический вид, нарушил все порядки, попрал все законы Природы, и его нечестивое к Ней отношение не имеет ни нравственного, ни даже логического оправдания. Что это: вечное проклятие человека творить зло? Или это бо­лезнь цивилизованного человека; его ненасытная жажда убивать, уничтожать, истреблять? Почему извращённая страсть к убийст­ву ради убийства получила невинное название любительской охоты? Где в Природе вы видели хищника, убивающего свою жертву ради «спортивного интереса»? Известно, что воинственность, как правило, есть свойство сильных натур, тогда как жес­токость - свойство исключительно слабых.

 

Всепожирающая машинно-капиталистическая цивилиза­ция, отравляющая биосферу своими отходами, стала угрозой са­мой Жизни на Земле. Единственным спасительным противояди­ем этой пагубе может быть только отказ от библейского антро­поцентризма, несостоятельного ни с этической, ни с научной, ни с экономической и ни с какой другой точки зрения.

 

Хомо сапиенс почитает себя самым умным существом и в доказательство приводит материальные творения рук своих, свою речь и письменность, своё искусство, свои общественные учреждения и т.д. К своим «братьям меньшим» он относится снисходительно, как к существам недоразвитым, неполноцен­ным. Но о них нельзя судить по человеческим меркам. В своём мире - мире более древнем, прекрасном, справедливом и совер­шенном, чем наш, они живут как идеально совершенные и за­вершённые создания, одарённые ощущениями и чувствами, дав­но утраченными человеком, либо ему вовсе недоступными.

 

Древние натурфилософы утверждали, что животные и рас­тения были первыми учителями человека в ремёслах и искусст­вах. В свете современных знаний это утверждение выглядит пророческим. Новая наука - бионика доказала, что многие наши хитроумные аппараты весьма неуклюжи и ненадёжны по срав­нению с аналогичными живыми «приборами» - подлинными шедеврами Чародейки-Природы. Если бы человек так же тонко чувствовал магнитное поле Земли, как морская улитка, он мог бы обходиться без компаса в открытом океане.

 

ПРИРОДА ДАРИТ НАМ ИДЕИ. В каждом непревзой­дённом достижении живых существ гениальным образом соче­таются красота, совершенство и целесообразность.

 

Животные достигли такой гармонии с миром, где они жи­вут, какой никогда не добиться человеку. Они строят свои отно­шения с Природой совсем по-другому: они не противоречат Ма­тери и не пытаются Её покорять. Они живут в согласии с Ней, и потому им ведомо многое из того, что сокрыто от нас, неблаго­дарных, вообразивших себя пупом Земли.

 

ОНИ НЕ БРАТЬЯ НАШИ МЕНЬШИЕ, А СТАР­ШИЕ И УМУДРЁННЫЕ РОДИЧИ.

 

Животные одарены чрезвычайной чувствительностью к восприятию естественных полей Земли и информационно-энер­гетических излучений, которыми пронизана Живая Вселенная.

 

Но ни в чём, пожалуй, столь наглядно не проявляется бес­помощность человека, как в неумении предвидеть грозные явле­ния Природы: землетрясения, извержения вулканов, цунами, тайфуны и т.д.

 

Между тем, многие рыбы, птицы, звери, насекомые и рас­тения заблаговременно предчувствуют эти разрушительные бед­ствия. Змеи уже за месяц (!) до сильного землетрясения покида­ют опасную местность. Какие сверхслабые сигналы земных био­полей они улавливают и как? Механизмы такого прогнозирова­ния загадочны и необъяснимы.

 

Обычные барометры уведомляют о шторме лишь за не­сколько часов, а в северных морях есть рачки, которые за две не­дели знают о шторме и уплывают от берегов на глубину. Столь тонкая чувствительность неизмеримо превосходит разрешаю­щую способность самых замысловатых электронных приборов. Многие из особенностей и возможностей живых организмов нам совершенно неизвестны, и мы даже не подозреваем о том, что лежит в их основе.

 

Живые приборы предвещают изменение погоды гораздо точнее метеорологических станций и спутников, оснащённых сверхмощными ЭВМ. Медузы заранее предвидят ураган, квакши задолго чувствуют приближение циклона. И, главное, они нико­гда не ошибаются: им подсказывают САМИ СТИХИИ.

 

Но по-настоящему чудесными выглядят синоптические способности животных и растений делать верные долгосрочные прогнозы на сезон вперёд. Здесь оракулы погоды и вовсе по­срамляют «царя Природы». Сами умудрённые горьким опытом метеорологи пришли к выводу, что долгосрочные прогнозы не­возможны в принципе, так как зарождение определяющих пого­ду циклонов и антициклонов зависит, в конечном счёте, от жиз­недеятельности Солнца - от внезапных и непредсказуемых гелиомагнитных бурь.

 

Однако долгосрочные прогнозы можно составлять по по­ведению пчёл, которые в конце лета уже знают, какая будет зи­ма: если суровая, лютая, то пчёлы утепляются, почти наглухо за­лепляют воском леток. А если мягкая, то могут оставить леток открытым.

 

Если кроты и мыши с осени делают большие запасы - быть сильным морозам и метелям. Птицы весной вьют гнёзда на южной стороне деревьев - к холодному лету, на северной - к жаркому. Предугадывая тёплую зиму, некоторые виды пернатых не улетают осенью на юг, а остаются на зимовку. Куршский за­лив Балтийского моря издавна служит местом отдыха птичьих стай во время их перелётов: осенью 1970 г. прилетевшие сюда птицы не отправились дальше, в южные края, а остались зимо­вать. Вопреки прогнозам метеорологов, птицы предчувствовали тёплую зиму и не прогадали.

 

Кабаны в Средней Азии ещё за месяц до начала большого снегопада, предвидя бескормицу в тугаях, откочёвывают в горы. Африканская антилопа импала чувствует засуху за несколько недель и даже месяцев.

 

Большой долгосрочностью отличается прогноз медведя. Уже осенью он знает, какой будет следующая весна: если уст­раивает берлогу не в низине, а на высоком месте - значит весна будет дружная и талые воды обильными.

 

Ещё Плутарх восхищался крокодилами, откладывающими яйца в песок как раз на той высоте, которая необходима, чтобы разлившийся Нил, выйдя из берегов, не смыл их.

 

Некоторые птицы, например, дроздовидная камышевка, располагают свои гнёзда всегда выше уровня предстоящего подъёма воды в половодье. Каким-то образом они заранее пре­дусматривают сильный паводок и предпринимают меры безо­пасности. Примечательно, что вода поднимается выше обычного уровня ровно настолько, насколько высота гнезда бывает выше обычной нормы.

 

Степной лунь ещё с весны знает, какое будет лето - за­сушливое или дождливее с наводнениями - и в соответствии с этим выбирает место для строительства гнезда.

 

Замечено, что около Барнаула утки весной гнездятся на высоком берегу Оби тогда, когда предстоит наводнение и правый низкий берег будет затоплен (то же самое наблюдается и на Оке). Цапля в те годы, когда бывают сильные ливни, вьёт гнездо выше, чем обычно. Фламинго тоже заранее составляют прогноз погоды на лето: если оно будет сухое, эти птицы строят свои гнёзда из ила низкими, если дождливое - высокими.

 

Но самые поразительные, ошарашивающие прогнозы на­воднений дают муравьи и термиты. Известный этнограф Хосе Мария Лима, изучавший жизнь индейцев в джунглях Амазонки, обратил внимание на то, что индейцы как-то узнают о грядущем наводнении. За несколько недель до него они бросают свои по­селения в тех местах, которые будут затоплены и уходят в безо­пасные области. Оказалось, что индейцы наблюдают за чёрными муравьями, которые задолго до паводка приходят в необычное возбуждение, а затем, как по команде, снимаются с обжитого места и необозримыми полчищами целеустремлённо движутся в то определённое место, куда вода, по их сведениям, не дойдёт. Прейдя туда, они дружно останавливаются. Индейцы же следу­ют за муравьями. Когда наступает наводнение, то оказывается, что вода поднимается как раз до этого уровня, не более и не ме­нее. Можно предположить целый ряд неких физических причин, объясняющих, как муравьи узнают о приближении бедствия. Но как они могут знать, до каких именно пределов дойдёт вода - на сей счёт не существует даже предположений...

 

Сходный прогноз наводнений делают и термиты, поки­дающие свои причудливые башни-жилища задолго до катаклиз­ма. Будучи слепыми, они направляются к ближайшим деревьям, забираются на высоту будущего уровня воды и пережидают, ко­гда вода схлынет. Но вот загадка: термиты никогда не спасаются на тех деревьях, которые будут снесены бушующими потоками.

 

Инженеры-бионики могут моделировать принцип работы органов чувств животных, основанных на физических законах, как, например, произошло с «инфраухом» медузы. Но построить модель, которая прогнозировала бы наводнения с такой точно­стью, как это делают муравьи и термиты, учёным никогда не удастся, ибо здесь таится различие не количественное, а качест­венное.

 

Не менее чудесной представляется способность некоторых насекомых, рыб, рептилий, птиц и морских млекопитающих осуществлять точнейшую навигацию во время своих миграций на огромные расстояния.

 

Над загадкой сезонных птичьих перелётов давно ломают головы учёные. Тут даже не одна загадка, а несколько. Во-первых: что заставляет пернатых кочевников совершать межкон­тинентальные перелёты, подвергаясь опасностям столь дальних путешествий? Зачем они отправляются куда-то за тридевять зе­мель? Почему одни птицы неудержимо стремятся в далёкие края, а другие, их ближайшие соседи, остаются всю жизнь на месте? Что понуждает птиц пускаться в путь, когда у них ещё ни в чём нет недостатка? Изменения в крови, в железах? Но чем вы­званы эти изменения? Эти вопросы остаются открытыми. Каза­лось бы, чего проще: птицы улетают от холода и голода. Но ведь большинство их летит намного дальше мест, где есть тепло и корм! Некоторые виды вообще мигрируют в пределах тропиков. А какая необходимость, какая неведомая сила гонит из арктиче­ских льдов в антарктические полярную крачку, чья невероятная одиссея превышает 30 тысяч км в один конец?

 

Во-вторых: почему пути близких друг другу видов птиц так удивительно различны? Одни летят в Африку, другие - в Ав­стралию, а некоторые - на острова Океании. Как объяснить, что два прямых родственника - бекас и дупель - зимуют отдельно в Индии и Южной Африке, а прилетают гнездиться в одно болото? Почему чайки проводят холодную пору в разных местах (на Каспии, в Италии и Швейцарии), а возвращаются весной в род­ное подмосковное озеро Киево?

 

В-третьих, и это самое поразительное: как птичьи карава­ны находят дорогу к далёкой, иногда точечной цели? Без карт, без компаса, без секстанта и хронометра, без радиомаяков и точ­ных аэронавигационных приборов, безошибочно следуют они неизменным нужным курсом днём и ночью, в любую погоду, ге­роически преодолевая все невзгоды.

 

Житейский здравый смысл заставляет подумать: старые вожаки ведут молодых. Оказалось, что нет. Молодые и взрослые особи часто летят на зимовку в разное время, причём у большин­ства видов первыми отлетают именно молодые. Кроме того, есть виды птиц, у которых молодые и старые летят всегда отдельно, иногда даже разными дорогами. Однако молодняк, впервые и самостоятельно проделывающий свой перелёт, добирается до цели столь же уверенно, как и опытные сородичи. Наконец, есть виды, например, славка, которые путешествуют в Африку и об­ратно не стаей, а всегда поодиночке. Кукушки, коростели, вальдшнепы, болотные курочки, - тоже летят в одиночку.

 

Какое внутреннее чутьё заставляет подкидыша-кукушёнка, выросшего в чужом гнезде, лететь осенью не в ту сторону, куда зовут приёмные родители, а без колебаний выбирать иное на­правление? Уму непостижимо, какой незримый проводник вы­водит его на заветный кукуший путь и помогает птахе, одной-одинё-шеньке, ночами пробираться в совершенно незнакомой обстановке и точно попадать в искомое место?

 

Сказать, что этот проводник - инстинкт, или бессознатель­ная родовая память, значит ровным счётом ничего не сказать. Слово «инстинкт» не объясняет, каким образом опыт всех пре­дыдущих поколений, записанный в наследственном коде, пере­ходит непосредственно в ориентацию, в определённый маршрут.

 

Предполагают, что маршрут этот птицы наследуют от ро­дителей так же, как наследуют песню и умение вить гнёзда. Та­кая гипотеза основана на врождённой генной памяти, заложен­ной уже в зародыше яйца. Чтобы проверить это, из Англии в Финляндию на самолёте были доставлены утиные яйца. Однако выросшие птенцы, улетевшие зимовать на юг, вернулись весной на свою новую родину, в Финляндию, а не в Англию, где были снесены яйца. Значит, птицы могут осваивать новые пути, и на­правляет их за горы и моря не только «слепой инстинкт». Но что же тогда? Об этом орнитологи могут только догадываться. В общем, в биологии не хватает какой-то основополагающей кате­гории, без которой наше незнание приходится покрывать неоп­ределённым понятием инстинкта.

 

Несмотря на последние достижения физиологии и биофи­зики, на использование новейших методов электрофизиологиче­ских исследований, механизм птичьей навигации не раскрыт. Есть много различных гипотез, из которых следует, что либо птицы ориентируются по физическим параметрам: по Солнцу, звездам, Луне, магнитным силам Земли и силам Кориолиса, либо они пользуются неким биокомпасом, улавливающим неизвест­ные науке поля. Возможно, что птицы используют и биокомпас и физические показатели.

 

Установлено, что эти неугомонные странницы обладают талантом тончайшей астронавигации. Издревле люди находили дорогу по Солнцу и созвездиям; одно время учёные считали, что это доступно только такому мыслящему существу, как человек. Но оказалось, что птичка-невеличка умеет делать это гораздо лучше и быстрее.

 

Чтобы точнее ориентироваться по небесным светилам, люди после долгих поисков изобрели секстант и хронометр. И потом по результатам наблюдений человеку приходится делать сложные и долгие расчёты астрономического порядка с помо­щью специальных таблиц, где учтены поправки к видимому по­ложению небесных тел, которое меняется в зависимости от вре­мени суток и года. А птица решает такие задачи мгновенно, не располагая ни компьютером, ни вообще какими-либо инстру­ментами!

 

Как ей это удаётся? Если она использует лишь свои биоло­гические часы, биологический магнитный компас и умение раз­бираться в угловых величинах, то эта способность просто фанта­стична. Природа снабдила птиц такими совершеннейшими есте­ственными приборами, о которых мы, люди, можем только меч­тать.

 

С давних пор человек завидует птицам. Подражая им, он изобрёл самолёт и теперь летает дальше, выше, быстрее любых птиц. И всё же по-прежнему завидует птицам, их изумительному свойству ориентироваться во времени и пространстве.

 

А как объясняют учёные зоологи способности к ориента­ции и навигации слепых летучих мышей? Нераскрытые секреты их биорадаров вызывают недоумение и восхищение у специали­стов по радиолокации. Что позволяет перелётным рукокрылым ориентироваться так же быстро и точно, как и птицам? Никакого удовлетворительного ответа на этот вопрос нет. Известно лишь, что мигрируют летучие мыши, как правило, по ночам. Молодые и взрослые животные совершают свои далёкие, до 1000 км пу­тешествия отдельно, причём первыми пускаются в осенний путь детёныши. А путь бывает велик: имеются случаи, когда некото­рые американские виды рукокрылых, обычно зимующие на Бер­мудах, залетают даже в Исландию, покрыв расстояние над океа­ном в 4000 км! Океанские просторы лишены каких-либо земных ориентиров, которые могут отразить в виде эхо ультразвуковые сигналы зверьков, да и сама ориентация с помощью эхолокации ограничивается несколькими метрами. Как же летучие мыши на­ходят правильный путь над океаном? Быть может, они обладают неизвестным нам органом чувств и полагаются на что-то такое, о чём мы и не подозреваем?

 

Не менее загадочны механизмы ориентации и навигации некоторых видов морских черепах. Какая-то неведомая, непре­одолимая, прямо-таки космическая сила гонит десятки тысяч ги­гантских черепах из одного океана в другой. Как черепахи, после тысячекилометровых странствий, не блуждая, сразу находят ко­нечную, облюбованную ими цель - крошечный, затерянный в безбрежном океане островок, где они должны отложить яйца?

 

Можно лишь предположить, что черепахи обладают некой системой управления, аналогичной системе самонаводящейся торпеды. Столь же загадочно и эволюционное происхождение самой этой миграции.

 

Строение атома, рождение молнии, падение брошенного камня - это мы вроде бы понимаем, вернее - думаем, что пони­маем. Но о великих кочевьях Тортиллы имеются лишь робкие и смутные догадки.

 

А как определяют свои координаты и находят дорогу пере­лётные бабочки? Ведь есть и такие. Наша репейница не зимует в Европе, а появляется на свет в Африке, и сразу же летит на север, чтобы к середине мая достичь родных мест. Некоторые виды ба­бочек совершают беспосадочные перелёты из Европы в Америку. Какая гениальная интуиция не даёт им заблудиться? Бабочки -«монарх» ежегодно осенью преодолевают 5000 км от Канады до Мексики и сразу находят один и тот же маленький участок всего в 8 гектаров. А весной они проделывают обратный путь.

 

Не менее удивительно в странствиях этих «порхающих цветов» и то, что они нередко необъяснимы. Далеко не всегда они оправданы поисками корма. Зачем бабочкам миграции? Эн­томологи не идут дальше многочисленных и противоречащих друг другу гипотез, но ни одна из них не даёт убедительного объяснения известных фактов.

 

Теперь несколько слов о миграциях рыб, совершающих наиболее сложные и далёкие путешествия в морях и океанах. Например, шотландский лосось, кормящийся у берегов Гренлан­дии, для возвращения к своему родному водоёму преодолевает свыше 4000 км водной стихии, где нет ни одного ориентира, ни одной незыблемой точки. До сих пор способность лососей нахо­дить путь в океане к устью родной реки, а затем вверх по её те­чению к месту своего выклева из икринок кажется прямо-таки невероятной даже ихтиологам, изучающим лососей. Механизмы ориентации и навигации морских пилигримов остаются неразга­данными. Говорят о врождённой и генетически закреплённой способности, но это ничего не объясняет и не выводит нас из об­ласти догадок.

 

Ульрих Шелло - смотритель маяка на о. Борнхольм в Бал­тийском море, кроме своей основной работы сообщал на материк о приближении шторма. В этом ему помогали киты-косатки. За двое суток до шторма они собирались вблизи отмели и охоти­лись на мелкую рыбу. За 15 лет службы на маяке Шелло не от­метил ни одного случая, когда бы прогноз косаток был ошибоч­ным. Прогнозы же синоптиков поступали за сутки до начала шторма и не всегда сбывались.

 

Какие сложные связи устанавливаются в мозгу животных, когда они предчувствуют изменения погодных условий? Отве­тить на этот вопрос наука не может. В её руках есть лишь досто­верные знания о том, что китообразные способны принимать и обрабатывать метеорологическую информацию. Но что это за канал, по которому они получают сведения о будущем? Ведь живые приборы «включаются» задолго до событий. Можно лишь диву даваться, как арктические дельфины-белухи не боятся втискиваться в щели между льдинами. Шестиметровые белухи не беспокоятся, что льды сойдутся и сплющат их, и только потому, что заранее предчувствуют: ветер переменится, погонит льды от берега, а щели превратятся в большую полынью.

 

Киты, безусловно, самая великая загадка Океана. Ежегодно совершают они путешествия из тропиков в полярные воды. Не плутая, проплывают киты тысячи км и посещают одни и те же места. Ураганы, магнитные бури и течения не могут сбить их с пути. Что служит им биологическим навигационным прибором? Что настраивает этот прибор на заданный маршрут - электроста­тические и магнитные поля, поляризованный свет, Солнце, Луна, звезды или же некие неуловимые геофизические или биокосмиче­ские силы? Неизвестно. О загадочных чувствах, которыми руко­водствуются киты, учёные знают не многим больше, чем то, что такие чувства существуют.

 

Тайны китообразных издавна волнуют человека. Подсмот­ренные в Природе особенности их осмысленного поведения на­столько поразительны, что долгое время считались легендами. Самая большая, величайшая загадка: почему косатка - свирепый, дикий, хищный зверь - не нападает на человека?

 

Косатка - это самый крупный представитель семейства дельфинов. И единственный представитель китообразных, пи­тающийся не только рыбой, но и мясом теплокровных животных: тюленей, моржей, морских львов и других ластоногих млекопи­тающих. На куски терзает косатка и белух, и белых медведей, и даже исполинских китов-полосатиков.

 

Косатка наделена такой чудовищной смертоносной мощью, что ей ничего не стоит убить человека точно так же, как она рвёт на части огромных акул своими тигриными клыками. Тем порази­тельнее, что косатки проявляют удивительное миролюбие в обра­щении с человеком: они не смотрят на него, как на добычу. Не из­вестно ни одного случая, когда косатка преднамеренно напала бы на человека или хотя бы причинила ему сознательное зло.

 

Наоборот, есть достоверные свидетельства, что косатки приходят на помощь тонущим и спасают их. В большинстве слу­чаев спасённые, бывшие в бессознательном или полубессозна­тельном состоянии, узнавали об этом от очевидцев. Иногда косат­ки пытаются вступить в «контакт» с пловцами. Человек же, увидев рядом с собой внезапно вынырнувшее громадное тело, панически пугается и старается как можно быстрее доплыть до берега. А на берегу начинаются страшенные россказни о том, как косатка хотела его потопить, съесть и т.д. Подобные истории, разукрашенные че­ловеческой фантазией, складывались в миф о ките-убийце, ките-людоеде, ките-агрессоре. Английское прозвище косатки - «кит-убийца» - как нельзя лучше показывает, с каким омерзительным лицемерием самый вероломный, кровожадный и ненасытный убийца-человек пытается отвлечь внимание от собственных кош­марных преступлений перед Природой.

 

Марокканские ныряльщики за жемчугом утверждают, что ко­сатки подплывают к человеку и, удовлетворив своё любопытство, удаляются, не причинив ему вреда. С величайшим почтением отно­сились к косатке орочи, гиляки, камчадалы, айны. Косатка не толь­ко не трогала их лодки, но ещё гнала на острогу охотника полчища спасающихся от неё тюленей и моржей. Айны называли косатку чогуску - «друг, снабжающий пищей». Такую добычу они считали даром Духов, а саму косатку величали главной Хозяйкой моря.

 

В 1985 г. в проливе между о.Ванкувер и побережьем Канады состоялся необычный концерт, организованный специально для ко­саток. На палубу корабля вышли люди с микрофонами, электроги­тарами и начали петь. Слушатели скоро появились: сначала над во­дой показались их огромные плавники, а потом в наушниках, со­единенных с гидрофонами, послышались щелчки, свист и наконец пение, похожее на звуки волынок. Каждая музыкальная фраза, ис­полненная на корабле, вызывала ответное пение в воде - так люди и дельфины общались друг с другом несколько часов. А когда один из исследователей в знак полного доверия к диким зверям нырнул в воду и поплыл к берегу, его сопровождал почётный караул косаток.

 

В неволе косатки ласковы и дружелюбны к человеку, а их редкостная сообразительность сделала косаток блистательными звёздами американских морских цирков. Косатки стремительно ка­тают на себе человека, в прыжке берут рыбу из его рта и т.д. Из­вестный учёный и дрессировщик Джон Лилли отмечал, что за 30 лет работы с косатками в дельфинариях не был ранен ни один человек.

 

Однажды в одном из дельфинариев нужно было сделать инъ­екцию заболевшему дельфину-белобочке. В бассейне снизили уровень воды, и в него спустился дрессировщик. Но едва он поймал белобочку, как тот издал сигнал опасности, и находящаяся в этом же бассейне косатка ударом головы выбила дельфина из рук человека. Так повторялось несколько раз. Наконец дресси­ровщик захватил белобочку так, что её невозможно было вы­бить. Тогда косатка схватила человека за ногу и стала медленно сжимать челюсти, пока он не выпустил пойманную белобочку.

 

Все, кто работал с косатками и другими дельфинами, включая специалистов американских ВМС, в один голос утвер­ждают, что косатки намного разумнее прочих дельфинов, вдвое быстрее соображают и запоминают. А нередко они прямо-таки пугающе озадачивают людей. Тот же ней рофизиолог Дж. Лил-ли, один из крупнейших специалистов по дельфинам, признавал­ся, что ему иной раз становилось не по себе, когда он замечал поразительную сознательную целеустремлённость в их поведе­нии, иначе говоря, отсутствие случайных реакций. Казалось, что не человек, а дельфин ставит над ним эксперименты...

 

Распространёнными показателями умственного развития живых существ являются строение и степень сложности мозга. Много загадочного в изумительном мозге дельфина, так много­значительно похожем на мозг человека.

 

Есть самые различные мерила для оценки качеств мозга, И по большинству из них сравнение мозга дельфина с человече­ским приводит к выигрышным для дельфина выводам. Мозг дельфина превосходит размерами и сложностью мозг человека. Кора дельфиньего головного мозга, ответственная за важнейшие функции памяти и мышления, имеет вдвое больше извилин. У дельфина на 50% больше нейронов, чем у человека. Следова­тельно, он способен усвоить объём знаний в полтора раза боль­ший, чем человек. С таким феноменальным мозгом вполне мож­но обойтись без искусственных средств хранения информации.

 

Естественно возникает вопрос: для чего служит столь крупный высокоразвитый мозг; зачем дельфину такая сложная организация нервной системы? Этого люди не знают. Но в од­ном можно быть уверенным: если такой великолепный орган развился за миллионы лет творческой эволюции, значит он дол­жен иметь применение в чём-то гораздо большем, чем просто ловкое плавание и кормёжка.

 

Зачем понадобилось Природе на протяжении бесчисленной вереницы поколений вырабатывать столь совершенное устрой­ство? Коль скоро Она сочла нужным наделить им китообразных, то очевидно, что значение его в их жизни должно быть чрезвы­чайно велико: ведь Природа ничего не создаёт понапрасну.

 

Но почти ничего не известно о том, каким же необычай­ным способностям служит этот необычайно высокоорганизован­ный мозг. Выдающийся учёный Фарли Моуэт в своей книге «Кит на заклание» пишет, что его друг, один из ведущих китоло-гов современности, так подвёл итог состоянию нынешних зна­ний о китах: «Того, что нам, биологам, известно о жизни китов, едва ли хватит на контрольную работу для школьников».

 

Целый ряд исследователей пришёл к заключению, что мозг китообразных стоит на одном (или даже более высоком) уровне с мозгом человека и потенциально способен на то же самое (или даже большее), на что и человеческий мозг. Из этого не обяза­тельно следует, что киты такие же «умные», как мы. Их своеоб­разный РАЗУМ хорош для них, но не похож на человеческий. Он - иной. Нельзя соизмерять килограмм и километр. К тому же, конечно, китам присущи различные степени умственного и пси­хического развития, как и у людей.

 

Разум - это довольно-таки непросто определяемая катего­рия: вряд ли в наши дни кто-либо придаёт большое значение ко­личеству очков, оценивающих ответы на вопросы тестов. Оче­видно, что шкала интеллекта, которую трудно применить к чело­веку, вообще бесполезна по отношению к другим биологическим видам. Поэтому можно ли мыслительные способности косатки оценивать, сравнивать и сопоставлять с человеческим интеллек­том?

 

Бесспорно, киты - разумные существа. Но как-то обозна­чить, определить качество и пределы их разумности мы не мо­жем, так как не знаем, для чего они используют свой незауряд­ный мозг. Как заглянуть в сознание нечеловеческого существа, как проникнуть в его психику, как постичь его логику, если для нас даже человеческая чужая душа (а подчас и своя) - потёмки?

 

Подходить к китообразным с позиций доведённого до аб­сурда антропоморфизма совершенно ошибочно. Нельзя наделять их сугубо человеческими желаниями, целями и идеалами. Нельзя предположительно переносить в их мозг наши представления и механически приписывать китам некий набор знаний и эмоций, присущих человеку. Всё это - не более, чем попытка объяснить их поведение, исходя из чисто человеческих мотивов. Каждому - своё. Разум и психику косатки нельзя очеловечивать, тем паче учитывая то, насколько мало изученной и непредсказуемой ока­зывается психика и поведение самого человека. Ведь с каким трудом нам удаётся (если удаётся) осознать побудительные мо­тивы даже хорошо знакомых нам людей...

 

Попытки человека установить контакт с дельфином на уровне сознания пока не дали сколько-нибудь существенных ре­зультатов. Человек не понимает психику дельфина, а дельфин - человеческую. Только кто в этом повинен? Дельфин или чело­век? Кто кого не разумеет?

 

Дельфины с завидным терпением демонстрируют нам в океанариумах свою сообразительность и находчивость, с юмо­ром и любопытством поглядывают через иллюминаторы на тол­пу разношёрстных существ, торчащих по ту сторону стекла, «от­вечают» в лабораториях на вопросы учёных и кто знает, может быть, они предлагают нам тесты, которые мы не можем решить?

 

Не воспринимает ли дельфин «строевую подготовку» или навязанные ему цирковые номера как некую игру, которая по­может добиться взаимопонимания с человеком? Иными словами, не пытаются ли китообразные (вот уже многие века) таким пу­тём наладить разумный контакт с человеком? Быть может, они тоже сознательно стремятся преодолеть недоразумение, разъе­диняющее нас, но им это тоже не под силу?

 

Из всех живых существ киты - самые крупные и самые доброжелательные по отношению к человеку, хотя тот и платит им чёрной неблагодарностью. КИТЫ ТРАГИЧЕСКИ НЕ ПОНЯТЫЕ НАМИ СУЩЕСТВА.

 

Удивительно, необъяснимо, иррационально неизменное их дружелюбие. Вот что пишет американский зоолог В. Шеффер -один из виднейших мировых специалистов по китообразным: «Наблюдения в открытом океане убеждают нас в том, что и ка­шалот, и другие крупные киты стараются избежать даже случай­ной возможности нанести вред плавающему рядом человеку».

 

«Из всех живых существ, - писал Плутарх, - дельфину лишь Природа даровала то, что ищут лучшие философы, - спо­собность к бескорыстной дружбе. Хотя ему и ничего не нужно от людей, он их великий друг и многим оказывал он помощь».

 

Некоторые исследователи проводят аналогию между дель­фином и собакой. Аналогию внешне привлекательную, но очень неточную по сути. Собака для человека - домашнее животное. Человек для собаки - хозяин, она к нему подлизывается. Дельфин же - независимый, вольный дикий зверь; дельфин для человека -покровитель. Человек для дельфина - подопечный.

 

Как всё-таки понимать исключительную приветливость дельфинов? Они всегда общительны и даже добродушно снисхо­дительны к людям; очень часто их игривость напоминает проказ­ливые ребячьи шутки. Почему эти дикие звери не избегают чело­века, а проявляют к нему доверие, граничащее с легковерностью, что подчас их и губит? Не лежит ли в основе столь загадочного поведения причина более сложная и сокровенная, чем те, которые обычно выдвигаются при обсуждении вопроса? Во всяком слу­чае, человек больше не может позволить себе роскошь само­влюблённо воображать, будто он - единственная и конечная цель Мироздания.

 

Западный человек воспитан на библейской антропоцентри­ческой доктрине о собственной исключительности, - доктрине, подхваченной затем научным антропоцентризмом, который точно так же провозглашает человека единственным разумным сущест­вом на Земле. Отсюда его высокомерное отношение к другим живым существам - обитателям нашей планеты. Отсюда же и его стремление встретить некоего собрата, подобного ему по разви­тию, некую цивилизацию, непременно где-то в просторах Все­ленной, но только не на Земле. И вдруг - дельфины! Братья по разуму рядом с нами! И не просто братья по разуму, а существа, поставившие под вопрос интеллектуальное первенство человека.

 

Знаменитый астроном, биолог и писатель Карл Саган, много лет отдавший исследованию проблемы возможной связи с вне­земным Разумом, сказал в 1971 г. на Бюроканском симпозиуме, что «китообразные, вне сомнения, представляют собой ещё один вид разумных существ, населяющих нашу планету».

 

Наскальные изображения дельфинов насчитывают около 10 тысяч лет. Древние греки, жители Крита, маори, полинезийцы и другие морские народы издревле пользовались услугами дель­финов, помогающих им загонять рыбу в сети. В далёкие «доисто­рические» времена человек, чьи пути столь часто пересекались со звериными тропами, каким-то загадочным образом сумел приру­чить и закабалить около 60 видов млекопитающих. Потом, правда, за весь долгий исторический период ни один дикий зверь почему-то не был одомашнен. Но по какой совершенно непонятной при­чине среди приручённых животных нет дельфинов, которые из поколения в поколение сами, казалось бы, навязываются в друзья?

 

Скорее всего, дельфин был готов к дружбе, но только на-равных. А он почувствовал, что человек хочет превратить его в тягловую рабочую силу или в скотину, выращиваемую на убой. И вольный дикий зверь не пожелал быть чьей-то собственностью, ибо дикость - это не кровожадность, как уверяют нас богословы и кабинетные учёные, дикость - это прежде всего независимость.

 

Когда-то другой прекрасный и вольнолюбивый хищник пошёл на сделку, предал своих собратьев и став собакой, оказался между Природой и человеком.

 

Что приобрёл волк, превратившись в собаку? Он обеспечил себе постоянное пропитание и человеческую ласку иногда. Вза­мен, однако, он «заработал» цепь, ошейник и плётку. И это далеко не всё: вспомним о тяжком труде ездовых собак, о собаках-миноискателях и о самом страшном - о вивисекции, или живосе­чении. При всей британской «любви» к животным именно англи­чане вывели породу специальных лабораторных собак «бигль» и без зазрения совести режут их «во имя науки».

 

При трансформации волка в собаку у неё сократились при­мерно на 30% вес и объём головного мозга и настолько ослабли зрение, слух и обоняние, что там, где волку для отыскания поте­рянного следа достаточно считанных минут, самые искусные со­баки-ищейки работают почти час.

 

Вот почему лесному волку, в отличие от собаки, и в голову не придёт вилять хвостом и повиноваться человеку только за то, что его погладят да бросят кость.

 

«Происхождение китообразных, как пишет известный американский китолог Ф.Г. Вуд, - остаётся для нас тайной, скрытой в глубинах геологических эпох».

 

Кто был родоначальником этого отряда? Почему не сохра­нились переходные формы? Чётких ответов на эти вопросы у науки нет. Учёные знают только, что свою родословную киты ве­дут от каких-то наземных млекопитающих, которые в силу неиз­вестных нам причин сменили наземное существование на водное.

 

Самые первые этапы эволюции китообразных почти не изучены. Развитие этих своеобразных животных произошло в относительно очень короткие сроки. Как известно, всё живое на Земле в конечном итоге вышло из воды. Таким образом, вер­нувшись в океан, предки китов вернулись, так сказать, в родную стихию, сохранив в то же время основные черты наземных мле­копитающих.

 

Но что побудило их вновь сменить своё земное бытие на водное? Зов крови? Какой-нибудь природный катаклизм? Всё бо­лее и более суровые условия наземной жизни? Относить такую метаморфозу за счёт капризов Природы было бы легкомыслием: ведь Природа ничего не вершит просто так, «от нечего делать».

 

Древние греки, очарованные необычайной понятливостью дельфинов и их тяготением к человеку, сложили поэтический миф: некогда юный Дионис был похищен морскими пиратами, но своей чудесной силой превратил их в дельфинов. Однако дель­фины не забыли о том, что были людьми: вот откуда их челове­ческая разумность и извечная привязанность к человеку. «Мы с вами братья, - как бы говорят они. - Вспомните о предках!».

 

Что это - только красивая легенда или своеобразная форма передачи каких-то истин о первобытном родстве? Кто знает, мо­жет, предтечей человека и дельфина было одно и то же существо: оставаясь на суше, оно проделало свой долгий путь и стало чело­веком; вернувшись в море, оно стало дельфином. Одна из дорог эволюции привела к человеку, другая - к дельфину. Какая из этих дорог столбовая? Знаем ли мы целиком замысел Природы?

 

Человек противопоставил себя Природе. Дельфин же пол­ностью доверился Матери.

 

Человек научился добывать и использовать огонь. Однако уже в одном из самых архаических западных мифов огонь не рассматривался как благодатный дар богов. Гесиод говорит, что в незапамятно давние времена Золотого века люди не знали по­роков, болезней и страданий, ибо жили естественной жизнью в согласии с Природой. Причиной всех несчастий стал Прометей, который украл огонь у олимпийских богов, принёс его людям и тем самым не только вооружил их на войну с Природой, но и сделал первый роковой шаг к физическому и нравственному из­вращению человека. За это Зевс справедливо покарал Прометея.

 

В мифе скрыта та истина, то гениальное предвидение, что стремление своекорыстно подчинить себе силы Природы неиз­бежно и закономерно приведёт к надругательству над Матерью, а это, в свою очередь, отзовётся и на самом человеке, навлечёт на него всевозможные беды и напасти. Так оно и случилось, только ещё страшнее.

 

Человек пожертвовал своим совершенством, здоровьем, чистотой и счастьем своего существования ради призрачного «господства над Природой». Он научился плавить железо и стал кромсать Землю в поисках золота. Сначала он поработил других животных, потом обратил в рабство своих сородичей.

 

Позже он открыл электричество, сконструировал телеграф и двигатель внутреннего сгорания. Но все многообразные и сложные механизмы не принесли никакой действительной поль­зы, потому что люди употребляли свой разум не для добродетели и справедливости, а для удовлетворения сверх всякой жизненной необходимости своих неуёмных, нездоровых, неестественных потребностей, для погони за наживой, для производства в ущерб Природе изнеживающих и разлагающих предметов роскоши. Да и что ценного вообще может создать разум, состоящий на службе у стяжательства? «Боговдохновенные» религии и научный «про­гресс» не улучшили, а лишь ухудшили положение страждущего обывателя, превратившегося в придаток машины - в биоробота.

 

Потом человек построил самолёт и ракету, создал атомную бомбу и применил её против других людей, безоружных и безза­щитных. И человек считает себя наиболее развитым в умствен­ном отношении биологическим видом именно за то, что изобрёл все эти орудия ИСТРЕБЛЕНИЯ ЖИЗНИ. На деле же он, превра­тившись в тепличный продукт технологической цивилизации, стал нежизнеспособным вне этой искусственной среды.

 

Дельфин избрал иной путь. Вернувшись в лоно предков - в водную стихию, он идеально к ней приспособился и достиг с ней такого равновесия, что стал жить «как рыба в воде». «Еще ничего не было создано на свете прекраснее, чем дельфин», - восхищал­ся древнеримский поэт Оппиан. Ему вторит наш современник - выдающийся учёный и писатель Фарли Моуэт: «Поистине пора­зительные открытия ещё раз подтверждают, что китообразные относятся к наиболее совершенным существам, когда-либо насе­лявшим планету».

 

Косатки принадлежат к подотряду зубатых китов отряда китообразных. Они не знают огня и колеса. Не умеют ни читать, ни писать. У них нет жилищ, нет собственности. Они понятия не имеют, что такое одежда. Их насчитывается несколько разновид­ностей, и среди них нет «богоизбранных». Нет у косаток ни ра­дио, ни мобильных телефонов, ни электронных средств связи. Нет акций, долларов и рынка, нет тюрем, церквей, борделей и ка­баков. И несмотря ра отсутствие всего этого, а вернее - благодаря отсутствию всего этого, косатки процветают, и если говорить «ненаучным» языком, то они прямо-таки наслаждаются своей бе­зыскусной жизнью.

 

Они ни в чём не нуждаются. Они жизнерадостны, игривы и любознательны. Их жёны не испытывают родовых мук. Их во­обще не терзают ни телесные, ни психические болезни: болеет только человек и те его домашние животные, которых он вырвал из их естественного бытия и изуродовал к своей выгоде.

 

У косаток - полная свобода передвижения и нет недостатка в пище. Они прекрасно обходятся без техники и без письменно­сти. Они знают и понимают многое, только знания эти совсем другого рода, чем наши. У них своя логика, своё видение мира и свой сложный язык. Они счастливы, так чего же ещё надо-то?

 

ОНИ ЖИВУТ, А ЧЕЛОВЕК ВЫЖИВАЕТ.

 

Представьте себе двух атлетов на дистанции в несколько миллионов лет. Неутомимых, бегущих всё быстрее. Один стре­мится наращивать скорость исключительно за счёт совершенст­вования своего тела. Другому разрешается пользоваться лишь теми средствами передвижения, которые он сможет придумать. Кто победит?

 

Результаты этого марафона просто поразительны! Первый имеет подавляющее преимущество перед вторым. «Природа сконструировала дельфина много совершенней и лучше, чем че­ловек подводную лодку или торпеду», - комментирует извест­ный специалист в области гидродинамики Джеймс Грей.

 

Человек выдумывал искусственные механические приспо­собления и приборы. Дельфин опирался на достижения естест­венной эволюции, совершенствовал «технические средства» внутри собственного организма. Избрав путь чисто физиологи­ческого совершенствования, он «видит» в полной темноте, ны­ряет без всякого снаряжения на глубину до 100 метров, мчится со скоростью до 60 км в час, обладает такими средствами связи, о совершенстве которых мы можем только мечтать.

 

Необходимо сказать о таком явлении, как пение китооб­разных. Американский журнал «Нэшнл Джиогрэфик» лет 20 на­зад поместил статью о голосах китов-горбачей, снабдив её дол­гоиграющей пластинкой песен китов. Пение горбачей удиви­тельно мелодично. По свидетельству Р. Пейна из Рокфеллеров­ского института, записывавшего этих китов около Бермудских островов, их голоса напоминают то гобой, то кларнет, а време­нами - волынку. Горбачи поют не только соло, но и хором. Пес­нями китов заинтересовались даже музыканты. Если темп песни ускорить в 16 раз, увеличив скорость магнитофонной ленты, то она становится удивительно похожей на пение птицы. Таинст­венным образом проникает она в подсознание, и её эмоциональ­ное воздействие на человека очень сильно, а подчас и заворажи­вающе, как пение сирен.

 

Касаясь пения применительно к человеку, надо заметить, что песенное, воодушевлённое, поэтическое выражение своего отношения к окружающему миру более древнее и высокое достояние, нежели обычная речь, не говоря уже о письменности, ко­торая почему-то считается важнейшим показателем культуры. «Некультурные», «неграмотные» народы в дописьменные вре­мена творили и передавали из поколения в поколение гениаль­ные, бессмертные эпические произведения.

 

«Мелодия, подражая модуляциям голоса, выражает жало­бы, крики страдания и радости, угрозы, стоны. Все голосовые изъявления страстей ей доступны, - писал выдающийся просве­титель Жан-Жак Руссо. - И её язык, нечленораздельный, но жи­вой, пылкий, страстный, в сто раз энергичнее, чем сама речь. Вот в чём источник власти напева над чувствительными сердцами».

 

Слово «песня» некогда означало поэзию. Первые поэты - Орфей, Гомер, Баян, Оссиан - пели. Дивноголосые Музы-Нимфы-Русалки вначале почитались чаровницами - богинями пения и покровительницами поэтов.

 

Искусствоведы и исследователи античной эстетики уста­новили, что ранняя музыка греков была самым теснейшим обра­зом связана с поэзией. Как не было иной поэзии, кроме песен­ной, так и не было иной музыки, кроме вокальной, т.е. испол­няемой голосом; инструменты служили только для сопровожде­ния (Голос человека - явление весьма сложное и далеко не пол­ностью изученное. До настоящего времени не утихает спор: одни считают, что голос возникает под действием голосовых связок, усиливается и окрашивается обертонами в гортани, полости рта и носа; другие убеждены, что голосовые связки колеблются не под действием струи воздуха, а их колебаниями управляют спе­циальные сигналы из мозга).

 

Мы до сих пор не знаем, что представляет собой великое таинство музыки. Почему и каким образом она магически воз­действует на растения, на животных, на человеческую душу и тело? Каковы секретные механизмы её врачевания? Почему раз­личные сочетания звуков, их высота, длительность, динамика, тембр вызывают у нас те или иные эмоции; то приводят в неис­товство и ликование, то повергают в безысходную тоску? Клас­сическое музыкознание не даёт ответа на эти вопросы. Убеди­тельной и стройной теории восприятия музыки нет, хотя над этим феноменом и бьются музыковеды и нейрофизиологи, ки­бернетики и социологи, психологи и культурологи.

 

Каким-то непостижимым образом музыка даёт возмож­ность выразить невыразимое и передать другим своё настроение. Человек воспринимает музыку не ушами (они лишь улавливают вибрации), а интуицией. И потому музыка затрагивает самое со­кровенное в человеке, а подчас даже создаёт ощущение приоб­щения к таинственному миру Духов.

 

Ритмические мелодичные напевы обладают мощнейшим воздействием на чувства и воображение. В наиболее архаиче­ских видах песенной поэзии, дошедшей до нас, главную роль иг­рает собственно ритм и наименьшую - слово. Шаманы пели и без слов, подражая Природе (ныне музыкальное произведение для голоса без текста, исполняемое на одних гласных звуках, на­зывается вокализом).

 

Известный английский философ Герберт Спенсер считал, что пение произошло из интонаций обычной речи. Но музыкове­ды и языковеды установили, что словесная речь развилась позже пения. Сначала люди пели, а уже потом стали говорить. Пение же, вероятно, развилось из первоначального интонационного, ритмико-мелодичного языка.

 

Песнетворчество было одухотворённым обрядом, Языче­ским Свещеннодейством. Певец и волшебник вначале были одно. Правдивое и безыскусное поэтическое вдохновение сродни вдох­новению пророческому: не зря Баян величался Вещим. Его песно-пения-кощуны были чем-то вроде импровизации - внезапного наития, когда в самозабвенно-восторженном упоении, что называ­ется, на одном дыхании, изливал он душу в певучих славлениях, созвучных природной гармонии.

 

В его песнях сливалось стихийное и человеческое; в них вплетались голоса Земли и слышались звериные зовы, завыванье ветра, пение птиц и шелесты трав. Баян возвращался к Началу и с радостью погружался в животворное лоно Матери-Природы, пе­реливаясь в реки и облака, в сонные дубравы и озёрные туманы...

 

Он ощущал себя тогда неотъемлемой частью одушевлённой Вселенной; в нём пробуждалась древняя наследственная память и певец-сказитель растекался мысию (т.е. белкой-мышью) по древу, рыскал волком по земле, орлом парил в поднебесье. То было за­душевное переживание своего первобытного, естественного род­ства со всем живым, мистическое чувство единства происхожде­ния Жизни.

 

С изобретением гидрофонов люди с удивлением обнаружи­ли, что полосатики и другие крупные киты, ранее считавшиеся со­вершенно немыми, - чуть ли не самые разговорчивые существа на нашей планете. Диапазон, сложность и продолжительность их зву­кового общения поставили ученых в тупик: ни смысл, ни назначе­ние издаваемых китами звуков не поддаются расшифровке или объяснению. Свидетельствует Ф.Моуэт: «Некоторые из удивитель­но мелодичных звучаний кажутся музыкой в самом возвышенном смысле этого слова. Другие - чрезвычайно сложные комбинации щелчков и свистов - напоминают скоростные кодированные ра­диограммы. Несомненно, что киты владеют и пользуются средст­вами связи, совершенству которых можно лишь позавидовать. Нам остается только гадать, о чём именно они разговаривают».

 

Голосами китов-горбачей заслушивался и Жак-Ив Кусто, путешествуя на «Калипсо». Произведённые им записи, как пишет Кусто в своей книге «... не оставляют сомнения в том, что киты общаются друг с другом. Вот слышен призыв, а вот издалека до­носится ответ. Причём звуки чередовались, как и положено при разговоре. Пожалуй, мы различали до тысячи разнообразных зву­чаний! Так и кажется, что речь идёт не просто о серии бессмыс­ленных звуков, что горбачи обмениваются мыслями и мнениями!»

 

Неизвестно, каким образом киты производят такие звуки, которые необыкновенно схожи со звучанием музыкальных инст­рументов. Как же киты поют, если у них нет голосовых связок? Снова загадки, загадки...

 

Иногда пение продолжается более получаса, причём на той глубине, где воды создают особый канал дальней звуковой связи. По такому волноводу песню кита могут услышать его сородичи, находящиеся за многие сотни километров и даже в любой точке Мирового океана! Сам факт существования таких фантастических способностей теперь не вызывает сомнений, а вызывает лишь восхищение и изумление ученых.

 

Киты поют, слушают и разговаривают. Столь же разнооб­разны голоса дельфинов-белух, косаток и многих других китооб­разных, умеющих обмениваться сложной информацией и способ­ных сообщить друг другу также и о сильных эмоциональных ощущениях. Специалисты и дрессировщики утверждают, что их язык несёт большую смысловую нагрузку; безусловно, коммуни­кативные сигналы, которыми они обмениваются, выходят далеко за рамки чисто биологических потребностей и ситуаций.

 

Известно, что косатки умеют чётко согласовывать свои дей­ствия и слаженно их выполнять. Такая осмысленная согласован­ность явно выходит за границы сформированных тысячелетиями стадных инстинктов. Выявлены некоторые закономерности языка косаток: оказалось, что при общении друг с другом они использу­ют несколько сот звуковых сигналов. Примерно таким же количе­ством слов оперируем мы в обыденной житейской беседе.

 

Но косатки понимают друг друга не только в пределах их обыч­ного словарного запаса. Что-то новое, необычайное, чрезвычайное сразу так же находит имя и место в их языке, вызывая различные ха­рактерные звуки. Таким образом все косатки оказываются в курсе ма­лейших изменений в обстановке. Доктор Липли утверждает, что ко­сатки обладают языком, заменяющим им человеческую речь и позво­ляющим описывать события, а также предупреждать о них других ко­саток. Они сознательно, осмысленно обмениваются информацией с помощью отвлечённых понятий.

 

С утверждением Лилли перекликаются слова знаменитого дрес­сировщика тигров и других диких зверей, - В. Запашного: «Мой опыт работы с животными показал, что они могут передавать друг другу своё намерение, свои замыслы, какие-то свои планы... Вероятно, не так уж просты эти звери, как мы склонны иногда думать».

 

Установлено, что гигантские морские черепахи понимают язык дельфинов. Сотни черепах приплывают для откладки яиц к побережью Никобарских островов в Индийском океане. Но они не сразу выходят на берег, а ждут особого сигнала от дельфинов. В результате постоян­ного наблюдения дельфины оценивают обстановку на побережье: по­году, есть или нет поблизости враги. Если обстановка благоприятна, с помощью специального звука они как бы подают черепахам указание двигаться к берегу, и только тогда вся армия пресмыкающихся выхо­дит откладывать яйца. Причём новорождённых черепах дельфины ох­раняют, отгоняя от берега их возможных врагов. Если бы мы прочли об этом не в научном журнале, а в «Естественной истории» Плиния или у Теофраста, то, несомненно, сочли бы простодушным вымыслом.

 

Но всё же: что такое язык китов? О чём они говорят между со­бой? Это окутано непроницаемой тайной. Учёные не выходят за пре­делы поисков, надежд и разочарований. А ведь разгадка могла бы по­казать нам такие удивительные отношения живых существ друг с дру­гом и с Матерью-Природой, каких мы даже не подозреваем и, быть может, приоткрывшиеся тайны разрушили бы самые устои современ­ных научных и религиозных догм.

 

Но все попытки расшифровать язык китообразных заканчивают­ся неудачей. Здесь главным препятствием для межвидового понима­ния является не сложность расшифровки, а непреодолимая психоло­гическая несовместимость, глубоко чуждый и далёкий от нашего не стиль, а весь образ мышления.

 

Язык, речь, слово свойственны только людям. Даже самую сложную сигнализацию других животных нельзя отождествлять с речью. Язык человека - вот та главная пограничная линия, кото­рая, согласно воззрениям современной цивилизации, отличает людей от «бессловесных тварей, рождённых на уловление и ис­требление» (II поел. Петра, гл.2/12).

 

Действительно, другие биологические виды не разговари­вают, но лишь в том смысле, который мы вкладываем в это поня­тие. Они всё-таки не люди. Но значит ли это, что их общение ме­жду собой носит менее совершенный характер? Скорее наоборот. Лишь в разговоре со своим детёнышем-дельфиненком его забот­ливая мамаша употребляет более 800 различных звуков! Что она ему напевает, о чём рассказывает, чему учит?

 

Да так ли уж беден звуковой язык, например, птиц? Слыша­ли ли вы любовную песню токующей вороны? - Она издаёт вор­кующий звук обаятельной мягкости и силы, и почти невозможно поверить, что её обычный голос - это хриплое карканье. Орнито­логи выявили более 300 различных возгласов в языке ворон, при­чём смысл подавляющего большинства из них не раскрыт.

 

Зачем птицы поют, какие психологические факторы опре­деляют их пение, строго говоря, никто не знает. Одно время счи­талось, будто песня птицы не более чем заявка на территорию. Позднейшие исследователи обнаружили, что помимо попыток от­стоять право на занятый участок и брачных песен, существует ещё много и других, неизвестных причин для пения. Дрозд исполняет более 5

 

 

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги Музыка онлайн- видео Партнерская программа
Фильмы Программы Ресурсы сайта Контактные данные

 

 

 

Этот день у Вас будет самым удачным!  

Добра, любви  и позитива Вам и Вашим близким!

 

Грек 

 

 

 

 

  Яндекс цитирования Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов SPLINEX: интернет-навигатор Referal.ru Rambex - рейтинг Интернет-каталог WWW.SABRINA.RU Рейтинг сайтов YandeG Каталог сайтов, категории сайтов, интернет рублики Каталог сайтов Всего.RU Faststart - рейтинг сайтов, каталог интернет ресурсов, счетчик посещаемости   Рейтинг@Mail.ru/ http://www.topmagia.ru/topo/ Гадания на Предсказание.Ru   Каталог ссылок, Top 100. Каталог ссылок, Top 100. TOP Webcat.info; хиты, среднее число хитов, рейтинг, ранг. ProtoPlex: программы, форум, рейтинг, рефераты, рассылки! Русский Топ
Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов KATIT.ru - мотоциклы, катера, скутеры Топ100 - Мистика и НЛО lineage2 Goon
каталог
Каталог сайтов