Буду признателен, если поделитесь информацией в социальных сетях

 

ОНЛАЙН ВИДЕО КАНАЛ С АСТРАЛЬНЫМ ПАЛОМНИКОМ
 
Задать вопрос можно в мини-чате, а так же в аське и скайпе
Есть вопрос? - найди ответ!  Посмотрите видео-FAQ - там более 700 ответов. ПЕРЕЙТИ
Ответы на вопросы в видео ежедневно c 18.00 (кроме Пт, Сб, Вс)
Посмотреть архив онлайн конференций 
 
  регистрация не обязательна, приглашайте друзей - люблю интересные вопросы
(плеер и звук можно выключить на экране трансляции, если они мешают)

 

 

       

 

Я доступен по любым средствам связи , включая видео
 
аська - 612194455
скайп - juragrek
mail - juragrek@narod.ru
Мобильные телефоны
+79022434302 (Смартс)
+79644902433 (Билайн)
(МТС)
+79158475148
+79806853504
+79106912606
+79106918997

 

 

 

Яндекс.Метрика
Яндекс.Метрика Милтон Эриксон. Стратегия психотерапии  скачать      /64.zip
ОСНОВНЫЕ РУБРИКИ САЙТА
МЕНЮ  САЙТА

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги

Музыка

онлайн- видео

Партнерская программа

Фильмы

Программы

Ресурсы сайта

Контактные данные

ВХОД

В ПОРТАЛ

 

Библиотека 12000 книг

Аномальное   

Здоровье

Рейки  

Астрал  

Йога

Религия  

Астрология

Магия

Русь  

Аюрведа  

Масоны

Секс

Бизнес 

НЛП

Сознание

Боевое  

Он и она

Таро  

Вегетарианство  

Ошо

Успех

Восток  

Парапсихология

Философия

Гипноз  

Психология  

Эзотерика  

ДЭИР

Развитие

900 рецептов бизнеса

 

 

Видеоматериалы автора сайта

Практика астрального выхода. Вводная лекция

Боги, эгрегоры и жизнь после

 жизни. Фрагменты видеокурса

О страхах и опасениях, связанных с выходом в астрал
 

Видеокурс астральной практики. Практический пошаговый курс обучения

 

Интервью Астрального паломника
 

Запись телепередачи. Будущее. Перемещение во времени

Призраки в Иваново. Телепередача

 

 

 

 

Милтон Эриксон. Стратегия психотерапии  

скачать      /64.zip

 

 

 

Выдержки из произведения по ссылке вы можете скачать произведение полностью (в архиве zip)

Милтон Эриксон.

Стратегия психотерапии.

(Избранные работы)

Оглавление TOC \h \z \t "Заголовок 3;1;Заголовок 4;2"

Предисловие редакции. PAGEREF _Toc50022101 \h 2

Глубокий гипноз и его индукция. PAGEREF _Toc50022102 \h 3

Общие положения. PAGEREF _Toc50022103 \h 3

Описание глубокого гипноза. PAGEREF _Toc50022104 \h 7

Приспособление всех гипнотических приемов к испытуемому. PAGEREF _Toc50022105 \h 8

Необходимость оберегать личность гипнотика. PAGEREF _Toc50022106 \h 9

Манипулирование сознательным и непроизвольным поведениями испытуемого во время индукции транса. PAGEREF _Toc50022107 \h 10

Метод путаницы. PAGEREF _Toc50022108 \h 15

Репетиционный метод. PAGEREF _Toc50022109 \h 17

Метод множественной диссоциации. PAGEREF _Toc50022110 \h 19

Метод внушения постгипнотических действий. PAGEREF _Toc50022111 \h 19

Метод овладения поведением больного. PAGEREF _Toc50022112 \h 20

Исторические заметки о левитации руки и других идеомоторных методах. PAGEREF _Toc50022113 \h 35

Методы пантомимы при гипнозе и их скрытый смысл. PAGEREF _Toc50022114 \h 37

Методы сюрприза и мой друг Джон (минимальные ключи и естественные эксперименты). PAGEREF _Toc50022115 \h 41

Метод путаницы в гипнозе. PAGEREF _Toc50022116 \h 51

Природа и характер постгипнотического поведения. PAGEREF _Toc50022117 \h 70

Гипнотическое исследование психосоматических явлений; психосоматические взаимосвязи, изучаемые с помощью экспериментального гипноза. PAGEREF _Toc50022118 \h 86

Специальное исследование природы и характера различных состояний сознания, проведенное совместно с Олдосом Хаксли.. PAGEREF _Toc50022119 \h 93

Использование автоматического письма при интерпретации и коррекции симптомов навязчивой депрессии. PAGEREF _Toc50022120 \h 108

Избавление от навязчивой фобии посредством коммуникации с подсознательной второй личностью. PAGEREF _Toc50022121 \h 117

Псевдоориентация во времени как гипнотерапевтическая процедура. PAGEREF _Toc50022122 \h 133

Специальные методы краткой гипнотерапии. PAGEREF _Toc50022123 \h 148

Терапия психосоматической головной боли. PAGEREF _Toc50022124 \h 163

Гипнотерапия психосоматических проявлений у стоматологических пациентов. PAGEREF _Toc50022125 \h 166

Педиатрическая гипнотерапия. PAGEREF _Toc50022126 \h 170

Натуралистические методы гипноза. PAGEREF _Toc50022127 \h 173

Идентификация безопасной реальности. PAGEREF _Toc50022128 \h 179

Гипнотически ориентированная психотерапия при органическом поражении головного мозга. PAGEREF _Toc50022129 \h 183

Гипнотически ориентированная психотерапия при органическом заболевании мозга (дополнение). PAGEREF _Toc50022130 \h 199

Груз ответственности при эффективной психотерапии. PAGEREF _Toc50022131 \h 201

Метод гипноза для пациентов с настойчивым сопротивлением: пациент, методика лечения, основы лечения и эксперименты. PAGEREF _Toc50022132 \h 204

Метод и его рациональное зерно. PAGEREF _Toc50022133 \h 205

Первый рабочий эксперимент. PAGEREF _Toc50022134 \h 211

Второй рабочий эксперимент. PAGEREF _Toc50022135 \h 216

Третий рабочий эксперимент. PAGEREF _Toc50022136 \h 218

Анализ и комментарии. PAGEREF _Toc50022137 \h 222

Гипноз при неизлечимых заболеваниях, сопровождающихся тяжелым болевым синдромом. PAGEREF _Toc50022138 \h 224

Библиография. PAGEREF _Toc50022139 \h 227

ББК 88.2

Э 77

Эриксон Милтон

Стратегия психотерапии: Пер. с англ.: СПб.: Издательский Дом Ювента, М.: КСП+, 2000. 512 с.

ISВN 5-87399-097-2

Предисловие редакции.

Милтон Г. Эриксон признан во всем мире как автор высокоэффективного направления психотерапии. Среди психотерапевтов ему нет равных: настолько разнообразен его творческий подход, велики проницательность, изобретательность и интуиция. Возможно, он был лучшим психотерапевтом XX века. Это, пожалуй, не преувеличение. Вклад Эриксона в практику психотерапии столь же значителен, сколь и вклад Фрейда в ее теорию.

Эриксон родился 5 декабря 1901 года. Его детство и юность прошли в сельских районах Невады и Висконсина. Это отразилось на его характере и проявилось в простоте, скромности, жизнелюбии и целеустремленности.

В 17 лет Эриксон перенес полиомиелит, последствия которого отразились на всей его дальнейшей жизни. Однако он говорил, что болезнь стала его лучшим учителем в познании человеческих возможностей. И действительно, несмотря на тяжелое заболевание, он закончил медицинский факультет и получил степени магистра психологии и доктора медицины в университете штата Висконсин. Круг его научных и практических интересов был достаточно широк. Он занимался психиатрической экспертизой призывников, судебно-психиатрической экспертизой, психиатрической практикой. Однако с начала сороковых годов основным видом его деятельности стала разработка и практическое применение совершенно нового направления современной психотерапии, которое потом назовут эриксоновским гипнозом. Основным принципом этого направления была предложенная Эриксоном идея утилизации.

Вот как он сам описывал этот метод: Терапевты... никогда не должны ругать, осуждать или отвергать любые проявления поведения пациента только потому, что это является неконструктивным, неразумным или нерациональным. Поведение пациента является частью проблемы, с которой он обратился за помощью к психотерапевту. Оно составляет его личностное окружение... и может быть доминирующей силой в общей картине отношений между пациентом и терапевтом. Все то, с чем пациенты приходят в кабинет к психотерапевту, в какой-то мере является частью их самих и частью их проблемы. На пациента следует смотреть с сочувствием, ценя ту целостность, которая предстает перед терапевтом... Очень часто терапия может иметь прочное основание лишь при утилизации глупых, абсурдных, иррациональных проявлений. Принцип утилизации можно определить как готовность терапевта реагировать на любые аспекты пациента и окружающей среды. Эриксон отрицательно относился к распространенным и сейчас статистическим методам исследования, так как считал, что личность каждого пациента уникальна, А следовательно, уникален и терапевтический метод, используемый в каждом отдельном случае. При таком подходе работа психотерапевта превращается в клинический эксперимент, инструментом которого является он сам. Психотерапевт подключается к внутреннему миру пациента и фактически помогает ему осознать достоинства своих недостатков.

Начиная с сороковых годов и до конца своих дней, Эриксон занимался разработкой, базировавшихся на фундаментальном принципе утилизации новых методов клинического гипноза. Он восстановил репутацию гипнотерапии и превратил ее в мощное оружие врача. Его исследования явились краеугольным камнем нового плодотворного метода психотерапии и реконструкции личности нейролингвистического программирования. Эриксон был автором более 140 статей и нескольких книг. Он создал Американское Общество клинического гипноза и был его первым президентом. Он учредил Американский журнал клинического гипноза и был его главным редактором. Эриксон был директором-основателем Фонда обучения и исследований при Американском Обществе клинического гипноза, работал в звании адъюнкт-профессора на медицинском факультете Университета Уэйна, являлся пожизненным членом Американской Ассоциации психологов и Американской Ассоциации психиатров.

В пятидесятые годы его статья о гипнозе появилась в столь авторитетном издании как Британская Энциклопедия. Он занимался исследованиями измененных состояний сознания совместно с Олдосом Хаксли. В 1952 году Эриксон принимал активное участие в научных конференциях в Мэйси, на которых такие известные ученые как Грегори Бейтсон, Маргарет Мид и Лоренс Кьюби обсуждали проблемы, сыгравшие ключевую роль в развитии кибернетики.

В 1948 году Эриксон переехал в Феникс, штат Аризона. Основными его занятиями были частная практика, обучающие семинары и лекции по гипнотерапии. Его жизнь поддерживали два кита: работа, которой он был постоянно загружен, и семья источник его духовной силы и предмет гордости (у него было восемь детей).

У Эриксона было нарушено цветовое зрение: из всех цветов спектра он лучше всего различал пурпурный. Предметы, которые его окружали, были преимущественно пурпурного цвета и даже подарки он тоже получал пурпурные.

В последние годы жизни его мучили постоянные головные боли результат осложнений после полиомиелита. Он был почти полностью парализован и с 1967 года мог передвигаться только в инвалидной коляске.

Но Эриксон сумел развить голос основной инструмент своей работы, и очень гордился тем, что мог владеть речью. Однако со временем и речь стала глухой и невнятной. Видимо, поэтому он говорил так медленно и размеренно. Создавалось впечатление, что он взвешивает каждое слово.

Болезнь разрушала его организм, Эриксон упорно с нею боролся прежде всего умением радоваться каждой минуте отпущенной ему жизни. Всех, кто встречался с ним, поражала неординарность его личности. Это был очень живой и веселый человек. Каждый его собеседник отмечал, что доктор Эриксон активно живет в настоящем и живо откликается на все, что происходит в данный момент.

В людях Эриксон неизменно вызывал изумление и восторг. Он излучал жизнелюбие, предпочитая видеть цветы, а не сорняки. У пациентов он тоже поощрял такое отношение к жизни. Успехи и положительные изменения, которых добивались его ученики и пациенты, Эриксон никогда не приписывал себе. Наоборот он выражал искреннюю радость, что человек сумел открыть в себе новые возможности и новый источник силы.

Он умер 25 марта 1980 года. В час его смерти, мирной и без мучений, рядом были близкие его семья.

В последние годы в России было издано несколько книг, посвященных эриксоновскому гипнозу и написанными известными американскими специалистами, учениками и последователями великого психотерапевта.

Однако на русском языке пока не публиковались работы самого Милтона Эриксона. Мы решили восполнить этот пробел. Насколько это удалось, пусть судит читатель.

Ответственный редактор Шпионский Л. М.

Глубокий гипноз и его индукция.

В книге Экспериментальный гипноз, McMillan Press,, 1952, рр. 70114.

Общие положения.

Индукция различных состояний транса первейшая задача гипнотерапевта. Однако при ее решении, особенно при наведении глубокого гипноза, возникает множество проблем. Погружение пациента в состояние легкого транса и удержание его в этом состоянии в течение продолжительного времени также связано с немалыми трудностями. Большие сложности возникают и при индукции транса той или иной стадии у разнородных групп пациентов или когда приходится раз за разом в течение лечебного курса погружать одного и того же пациента в одно и то же гипнотическое состояние.

Это объясняется тем, что стадии и течение транса зависят от самооценки пациента и его межличностных отношений. Эти отношения и самооценка непостоянны и меняются вместе с субъективными реакциями в ходе каждого гипнотического сеанса. Кроме того, каждая отдельная личность уникальна, и ее поведение, как непроизвольное, так и сознательное, меняется в зависимости от времени, ситуации, поставленных целей и от тех людей, с которыми она вступает в контакт.

Можно, конечно, в общем описать поведение человека в состоянии транса, но пользоваться такой обобщенной характеристикой в каждом отдельном случае не рекомендуется. Она не способна дать представление об индивидуальном поведении человека или о характере гипнотического явления. Оценивая состояние транса и поведение под гипнозом, следует обращать внимание не только на ожидаемые проявления, но и на индивидуальные отклонения от этих общих ожидаемых проявлений. Каталепсия, к примеру, является обычной формой гипнотического поведения, которое проявляется, как правило, в состоянии легкого транса и сохраняется в состоянии глубокого транса. Однако практика показывает, что у некоторых людей каталепсия никогда не проявляется самостоятельно ни в легком, ни в глубоком трансе. У кого-то она может проявиться в самых легких состояниях гипноза, у других в самых глубоких, а у третьих при переходе легких состояний транса в глубокий гипноз. Еще сложнее обстоит дело с лицами, у которых каталепсия проявляется лишь вместе с другими типами гипнотического поведения, такими, как амнезия.

В общем, каталепсия достаточно точно указывает на состояние транса, однако ее наличие или отсутствие у каждого отдельного пациента нужно оценивать, ориентируясь на общее поведение его под гипнозом.

При попытках разрешить некоторые из этих трудностей путем создания особых методов индукции транса не всегда учитывалась природа гипнотического поведения. Одна из самых нелепых таких попыток магнитофонные записи. Обращение к ним ярче всего иллюстрирует непонимание гипноза как явления и стремление оперировать жесткими приемами индукции транса без учета особенностей личности и поведения гипнотика.

Этот метод основан на предположении, что одинаковое внушение одновременно вызовет одно и то же гипнотическое состояние у различных людей. Однако такой подход не учитывает личностные особенности гипнотиков, их различные способности к обучению и ответным реакциям, их различное отношение к гипнотерапевту, степень доверия к нему и те причины, которые заставили их обратиться к гипнозу. Не учтена здесь важность межличностных отношений и того факта, что они обусловлены психикой пациента и зависят от нее.

Даже в такой признанной области, как фармакология, стандартная доза лекарства не учитывает индивидуальные физиологические реакции на нее. Если же представить себе трудности, возникающие при попытке стандартизировать такие неопределенные проявления поведения, как межличностные отношения и самооценка, то бесполезность директивных методов гипноза, якобы обеспечивающих желаемые результаты, станет очевидной. В основе всех методов гипноза должно лежать представление о том, что человеческое поведение изменчиво и нуждается в понимании.

При создании общих методик индукции транса и наблюдения за гипнотическим поведением многие ученые некритично используют традиционные и часто неверные приемы гипноза. Наука давно отказалась от орлиного взгляда, кристаллического шарика (для этой цели используют стеклянные, хрустальные, кварцевые и др. прозрачные шары прим. ред.), поглаживания, пассов и прочих вещей, якобы обладающих таинственной силой. Тем не менее литература полна сообщений о методах гипноза, в которых используются приборы, предназначенные для того, чтобы подавить пациента, вызвать у него усталость и т. п. Кристаллические шарики, установленные на определенном расстоянии от глаз, вращающиеся зеркала, метрономы и вспыхивающие лампы очень часто являются главным элементом в приемах наведения транса. В результате слишком большое значение придается внешним факторам и реакциям на них пациента. В действительности же значение, прежде всего, должно придаваться интрапсихическому поведению гипнотика, а не его отношению к внешним факторам. В лучшем случае прибор только вспомогательное средство, от которого следует отказаться в первый же удобный момент, сконцентрировав внимание на поведении гипнотика. С помощью прибора можно индуцировать транс, но не развить его. Если долго и сосредоточенно смотреть на кристаллический шарик, это может вызвать усталость и сон, но ни то ни другое, по существу, не нужно, чтобы войти в гипнотическое состояние. В подтверждение приведем следующий пример. Один опытный гипнотерапевт погружал в состояние транса группу испытуемых, систематически заставляя их сосредоточенно смотреть на кристаллический шарик, установленный на расстоянии в шесть дюймов чуть выше уровня глаз. В результате попытки загипнотизировать их без помощи кристаллического шарика давались с большим трудом, а в некоторых случаях оказывались тщетными. Когда при индивидуальной работе с каждым из испытуемых им было предложено вообразить, будто они смотрят на кристаллический шарик, они впадали в транс гораздо быстрее, и состояние его было более глубоким. Коллеги и студенты этого гипнотерапевта повторили его опыт и получили те же результаты. Когда в эксперимент снова ввели реальный шарик, испытуемые погружались в состояние транса гораздо медленнее, оно было менее глубоким, и при этом обнаруживалась большая зависимость его от внешних факторов.

Автор настоящей книги и его коллеги провели множество экспериментов, в которых испытуемые, обладающие большим опытом, наблюдали за движением бесшумных маятников, слушали приятную музыку или стук метронома. В этих экспериментах выявилось, что воображаемые приборы оказывают более эффективное действие, чем реальные. Эксперименты с людьми, которые подверглись испытанию впервые, дали те же результаты. Студенты-медики были разбиты на две группы: одна смотрела на кристаллический шарик, другая пыталась лишь представить его. Результаты у второй группы оказались более быстрыми и успешными. Опыт повторили, несколько изменив условия. Второй группе предложили слушать метроном, а первой вообразить его звук. И снова воображение оказалось сильнее реальности. Различные варианты этого же эксперимента дали те же результаты. В воображении испытуемому легче реализовать свои способности, поскольку ему не нужно приспосабливаться к внешним предметам, не имеющим для него существенного значения. Это подтвердилось как у опытных, так и у неопытных испытуемых во всех зонах воображения от визуальной до кинестетической.

При индукции различных состояний транса воображение всегда облегчает погружение в эти состояния и помогает вызвать желаемое и довольно сложное гипнотическое поведение. Например, испытуемый, который обычно не мог вызвать у себя галлюцинации, делал это, когда погружался в состояние транса при помощи воображения. Субъективная интерпретация этих явлений нашими испытуемыми вкратце может быть изложена так: Воображаемый метроном стучит то быстрее, то медленнее, то громче, то тише, и когда я начинаю погружаться в транс, я просто подчиняюсь этому ритму. Настоящий же метроном ужасно однотонен, он постоянно возвращает меня в реальность, вместо того чтобы погружать в транс. Ритм воображаемого метронома все время меняется и всегда приспосабливается к ритму, в котором я думаю и чувствую, а к ритму настоящего метронома должен приспосабливаться я сам.

Здесь следует упомянуть о результатах экспериментальных и клинических исследований, связанных с индукцией зрительных галлюцинаций. Одной пациентке, сильно сомневающейся в подлинности своей личности, предложили вообразить ряд стеклянных шариков и в каждом из них зрительно вызвать какое-нибудь очень важное событие из своей жизни, провести объективное и субъективное сравнение этих событий и, связав эти воображаемые события одно с другим, восстановить непрерывность своего жизненного пути. В эксперименте с настоящими стеклянными шариками картинки оказались более ограниченными, а смена и взаимосвязь сцен была менее выражена.

Другое важное соображение, связанное с наведением транса, касается времени как самодовлеющего фактора. Традиционно считается, что одного пристального взгляда достаточно, чтобы погрузить человека в транс. Это ложное представление до сих пор не опровергнуто, поскольку и в наше время некоторые авторы утверждают, что двух-пяти минут достаточно для того, чтобы вызвать у человека глубокие нейро- и психофизические гипнотические изменения. Однако эти же авторы, прописывая какое-нибудь сильное лекарство, безусловно, долго станут ждать его действия. Ожидание практически немедленного эффекта от произнесенных слов указывает на некритический подход к делу и способно лишь поставить под сомнение достоверность научных результатов. К сожалению, во многих публикациях можно обнаружить необоснованную веру в немедленное чудесное действие гипнотических внушений и неспособность понять, что изменение поведения человека под воздействием гипноза, зависит от фактора времени. Очень часто от гипнотика ждут, что он за несколько секунд психологически и физиологически перестроится и выполнит те сложные задачи, с которыми обычно не может справиться в нормальном состоянии.

Люди меняются в зависимости от требований времени. Меняются и сами требования, обусловливая тот или иной тип поведения. Тип поведения зависит от шкалы ценностей, которой в данное время придерживается человек. Некоторым испытуемым, умеющим мгновенно вызывать у себя зрительные галлюцинации, часто требуется много времени, что вызвать у себя галлюцинации слуховые. То или иное минутное настроение может способствовать или, наоборот, препятствовать гипнотическим реакциям. Какая-нибудь случайность также может помешать погрузить в гипнотическое состояние человека, который обычно легко засыпает. То обстоятельство, что автор этой книги психиатр, не раз мешало испытуемому вызывать у себя слуховые галлюцинации. Некоторые испытуемые могут за очень короткое время войти в глубокий транс и продемонстрировать сверхсложное гипнотическое поведение. Однако при критическом изучении испытуемого часто обнаруживается, что его поведение во многом строится по принципу как будто бы. Если у гипнотика попытаться вызвать негативные галлюцинации по отношению к присутствующим экспериментаторам, то он начнет вести себя так, будто бы этих людей нет. Проявится это в том, что он будет обходить их и зажимать рот, чтобы его не услышали. В том случае, когда такое его поведение принимается как валидное и другого от него не ждут, испытуемый постарается придерживаться этого типа поведения. Если дать ему достаточно времени на перестройку нейро- и психофизиологических процессов, то у испытуемого можно вызвать негативные галлюцинации по отношению к экспериментаторам.

Легкость, с какой можно индуцировать глубокий гипноз, часто воспринимается экспериментаторами некритически и расценивается ими как валидный критерий ожидаемого гипнотического поведения. Когда в эксперименте испытуемым в состоянии глубокого транса дается сложное задание, у них проявляется тенденция к переходу в более легкое состояние транса. Вероятно, для решения поставленной перед ними сложной задачи испытуемые (по разным причинам) стремятся подключить себе на помощь сознательные мыслительные процессы, поэтому в экспериментах мы очень часто получаем недостоверные и противоречивые результаты.

Легкость, с какой индуцируется состояние транса, также не может свидетельствовать о том, что испытуемого удастся долго удерживать в этом состоянии. Она может указывать лишь на то, что испытуемому в состоянии транса на перестройку всего своего поведения требуется определенное время, что позволит ему давать точные и устойчивые ответы. Наивно полагать, что испытуемый, который легко погружается в глубокий гипноз, останется в этом состоянии неопределенно долгое время.

Встречаются испытуемые, которые легко погружаются в гипнотическое состояние, демонстрируют разнообразное и сложное гипнотическое поведение и, тем не менее, не способны осуществить некоторые простейшие гипнотические действия. Для иллюстрации приведем такой случай. Один очень способный испытуемый, демонстрировавший сложное гипнотическое поведение, с трудом ориентировался в пространстве. Все эксперименты с ним приходилось проводить в лабораторных условиях, в противном случае он действовал по принципу как будто бы. Однако в воображаемой лаборатории он действовал так же успешно, как и в реальной.

У другой испытуемой, легко погружавшейся в гипноз, удавалось вызвать состояние диссоциации и деперсонализации лишь в том случае, если ей сначала внушали, будто она находится в другом месте, предпочтительно дома, и читает там книгу. Как только это удавалось сделать, все затруднения при индукции этих состояний исчезали. В обоих случаях, если испытуемым не внушалась домашняя или лабораторная обстановка, то, несмотря на их высокую гипнабильность, гипнотическое поведение было недостоверным.

Таким образом, общая обстановка, равно как и фактор времени, очень важна для наведения транса и удержания в нем испытуемого в течение длительного времени.

Недооценка временного фактора и индивидуальных особенностей испытуемых приводят к противоречивым результатам при изучении гипноза. Опубликованные в печати данные о не поддающихся гипнозу людях колеблются от пяти до семидесяти процентов и даже больше. Низшую оценку можно объяснить тем, что временному фактору при наведении транса не придавали должного значения.

Тридцать пять лет практики, в течение которых автор лечил гипнозом более трех с половиной тысяч пациентов, убедили его в важности индивидуальных особенностей пациентов и фактора времени. Одному из наиболее ярких пациентов потребовалось менее тридцати секунд, чтобы с первого раза погрузиться в глубокий гипноз и тут же продемонстрировать надежное гипнотическое поведение. Другой пациент был замечателен тем, что на него пришлось потратить триста часов систематического труда, прежде чем удалось индуцировать у него состояние транса; еще двадцать-тридцать минут уходило затем на то, чтобы добиться необходимой глубины гипнотического состояния.

Как правило, для первоначальной тренировки с наведением транса вполне достаточно четырехвосьми часов. Индукция транса и оперирование им это два разных процесса, поэтому пациенту, полностью учитывая его способность к обучению и управлению, нужно дать время на то, чтобы он перестроил свои поведенческие процессы соответственно намеченной гипнотерапевтической работе. Каталепсия, например, обычно достигается за несколько минут, но на то, чтобы добиться эффекта обезболивания, могут уйти часы систематических тренировок.

В научных исследованиях, связанных с гипнозом, большое значение имеет опыт и стаж участия испытуемого в экспериментах. Очень часто испытанию подвергаются случайные люди, принимающие участие в одном или двух экспериментах. Собственный опыт автора и опыт его коллег убеждают в том, что более опытные испытуемые легче справляются с самыми сложными ситуациями. Автор предпочитает проводить исследования с людьми, которые неоднократно и в течение долгого времени подвергались гипнозу и способны демонстрировать разнообразие гипнотического поведения. Если испытуемые не обладают подобным опытом, они проходят систематическую предварительную подготовку, с тем чтобы у них выработались различные навыки поведения в состояние транса. При подготовке женщины к безболезненным родам у нее можно выработать навык к автоматическому письму или умение вызывать у себя негативные зрительные галлюцинации. На основании первого внушения впоследствии можно вызвать диссоциацию отдельной части тела, а на основании второго развить нечувствительность к раздражителям. Как показал опыт, благодаря такой подготовке становится возможным активизировать скрытые способности пациента. Цель, к которой мы стремимся, куца важней, чем точное соблюдение логики метода. Нельзя рассчитывать, что применение определенной гипнотической техники приведет к выявлению ожидаемого гипнотического явления.

Все сказанное выше носит общий характер. Теперь перейдем к более конкретному обсуждению природы глубокого гипноза и методов индукции. При этом мы не станем вдаваться в объяснения специфических технических приемов. Разнообразие испытуемых, различие их общих и сиюминутных целей, различие их требований, обусловленное временем и обстоятельствами, уникальность их личности и дарования, а также условия предстоящей работы исключают возможность использования раз и навсегда заданных приемов. При использовании такого шаблонного приема в лучшем случае можно проверить его эффективность, то есть то, постоянно ли он приводит к одним и тем же результатам. Следовательно, он может служить мерой собственной надежности, но по нему нельзя оценивать смысл полученных результатов. Это становится особенно понятным, если вспомнить, что в экспериментах наведение транса всегда предшествует манипулированию трансом, которое относится уже к другому типу поведения. Это манипулирование зависит не от приема,

которым пользовались для индукции, а от характера поведения, проявившегося сразу за погружением в транс, и от самой глубины транса. Можно научиться надежным приемам погружения в транс, но нет надежных и раз навсегда заданных приемов, с помощью которых можно было бы справиться со всеми гипнотическими явлениями и психологическими реакциями на эти явления. Здесь уместна, наверное, такая аналогия: как бы ни важна была анестезия при хирургической операции, сама операция и ее результаты относятся к другой категории событий, свершению которых анестезия только способствует.

Описание глубокого гипноза.

Прежде чем говорить о методах индукции, поговорим о самом глубоком гипнозе. Следует признать, что никакое словесное описание, каким бы полным и точным оно ни было, не может заменить подлинный опыт и дать общую характеристику явлению. Картина глубокого гипноза у одного испытуемого какими-то деталями неизбежно отличается от подобной картины у другого испытуемого. Нельзя составить полный перечень гипнотических явлений, которые были бы характерны для одной какой-либо стадии гипноза. У одних испытуемых в состоянии легкого транса проявятся явления, которые обычно типичны для глубокого гипноза, другие испытуемые в глубоком гипнозе начнут вести себя так, как обычно ведут себя в состоянии легкого транса. Порой испытуемые, обнаруживающие в состоянии легкого транса поведение, характерное для более глубокой стадии, перестают себя так вести, когда глубокий гипноз наступает в действительности. К примеру, у некоторых испытуемых в состоянии легкого транса без труда развивается амнезия, а в состоянии глубокого гипноза у них этого не происходит. Причина этих явных аномалий заключена в том, что психологическая ориентация личности в состоянии глубокого транса совершенно не похожа на подобную ориентацию в состоянии легкого транса. На разных стадиях легкого транса участие испытуемого в эксперименте еще в какой-то мере сознательно, он проявляет некоторое понимание и дает себе отчет в происходящем. В состоянии глубокого гипноза его действия не контролируются сознанием.

В поведении испытуемых, погруженных в глубокий гипноз, проявляются бессознательные реакции, которые часто существенно отличаются от сознательных действий. Это особенно заметно у новичков отсутствие опыта и непонимание гипнотических явлений вносит путаницу в их поведение в состоянии глубокого гипноза. С опытом некоторые представления распространяются у них из области сознательного в область бессознательного.

Очень часто в гипнотерапии сталкиваются с тем, что новичков трудно научить разговаривать в состоянии глубокого гипноза. Погруженные в легкий транс, они говорят более или менее бегло, но в состоянии глубокого гипноза, когда в действие вовлечены непосредственно механизмы бессознательного, они разговаривать неспособны. Привыкшие к тому, что речь у них осуществлялась на уровне сознания, они не имеют представления о том, что можно разговаривать и на уровне бессознательного. Испытуемых часто приходится учить тому, что их способности могут проявляться одинаково хорошо как на уровне сознательного, так и на уровне бессознательного. Вот почему автор так часто подчеркивает необходимость предварительной подготовки продолжительностью от четырех до восьми часов и даже более, в процессе которой испытуемого погружают в различные состояния транса и приучают к соответствующему поведению. Лишь после этого можно начинать эксперименты с гипнозом или гипнотерапию.

Эксперименты, в которых от испытуемого, находящегося в состоянии глубокого транса, сразу требуют, чтобы он говорил, часто приводят к противоречивым и неудовлетворительным результатам. Это объясняется тем, что он, для того чтобы заговорить, вынужден, без ведома экспериментатора, перейти в более поверхностную стадию транса. Однако не составляет большого труда научить испытуемого и в состоянии глубокого гипноза говорить и действовать так же хорошо, как и в обычном состоянии сознания. Испытуемого, который неспособен говорить в состоянии глубокого гипноза, можно научить автоматически писать, а потом беззвучно читать написанное, шевеля при этом губами; затем сравнительно нетрудно перейти от моторных движений письма и беззвучного шевеления губами к громкой речи. Со временем он убедится, что, вопреки своим жизненным навыкам, способен разговаривать и на уровне бессознательного. Это верно и в случае других гипнотических явлений. Боль это осознанное ощущение, потому анестезию следует внушать подобным же образом. То же самое возможно и в случае галлюцинаций, регрессии, амнезии и других гипнотических состояний.

Некоторые испытуемые нуждаются в подробных и постоянных объяснениях, другие сами легко применяют то, что они узнали в одной области к разрешению проблем из другой области.

Все вышесказанное подводит нас к следующему определению глубокого гипноза. Глубокий гипноз это гипноз такого уровня, который позволяет испытуемому непосредственно и адекватно действовать на уровне бессознательного.

Испытуемый в глубоком гипнозе действует в соответствии со своими бессознательными представлениями. Его поведение не связано с обычными представлениями сознания, оно соотносится с той реальностью, которая существует для него на уровне бессознательного в данной гипнотической ситуации. Пока он находится в состоянии глубокого гипноза, реальностью для него являются его принципы, воспоминания и идеи. Все то, что окружает его в реальной действительности, имеет для него значение лишь в той мере, в какой оно вовлечено в гипнотическую ситуацию. Следовательно, его реальность не обязательно должна состоять из объективно существующих предметов со свойственными им качествами. Испытуемый может машинально писать на бумаге и читать написанное. Но в такой же мере он может вообразить себе бумагу и карандаш и совершать движения, характерные для письма, а затем читать написанное. Истинное значение конкретного карандаша и бумаги зависит от жизненного опыта испытуемого; будучи пущены в дело, они перестают принадлежать к его гипнотической ситуации в целом. В состояниях легкого транса и нормального бодрствования карандаш или бумага имеют для испытуемого, в дополнение к его частным и личным представлениям, определенную объективную ценность.

В глубоком гипнозе реальность испытуемого непременно должна гармонировать с особенностями и структурой всей его личности. Поэтому невротическую личность в глубоком гипнозе следует отключить от угнетающих ее невротических переживаний и тем самым освободить простор для ее терапевтического перевоспитания в гармонии с основными ее качествами. Невроз, хотя и мешает проявлению основных качеств личности, не способен, как бы он ни был силен, их извратить. Точно так же, как глубок ни был бы гипноз, любая попытка внушить гипнотику действия, несовместимые с его личными установками, приводят к тому, что попытка эта решительно отвергается или внушение трансформируется и позволяет поступать притворно (в экспериментах по гипнотическому внушению антисоциального поведения такие притворные действия часто принимают за настоящие). Следует с уважением относиться к индивидуальным особенностям личности пациента. Такой подход нельзя недооценивать. Только при внимательном и уважительном отношении к личности можно распознать характер поведения и отделить сознательные поступки от бессознательных. Ясное понимание того, что составляет сферу бессознательного поведения, помогает врачу индуцировать у пациента глубокий гипноз и удержать его в этом состоянии.

Приспособление всех гипнотических приемов к испытуемому.

Адаптация методических приемов к пациенту обеспечивает его полное сотрудничество с гипнотерапевтом. Намеченные гипнотические действия должны составлять лишь часть всей гипнотической ситуации. Их надо готовить для испытуемого, а не наоборот, испытуемого для них. Тут все важно. То, что на первый взгляд кажется мелочью, в гипнотической ситуации может приобрести решающее значение.

Вот несколько примеров. Один врач-гипнотерапевт проводил эксперимент, в котором тонометр для измерения артериального давления надо было крепить на руке испытуемого, и каждый раз получал неясные и неудовлетворительные результаты. Впоследствии испытуемый перешел к автору, и я угадал его неосознанную потребность в том, чтобы в экспериментах учитывали, что он левша. Между нами сразу наладилось сотрудничество. Прикрепляя тонометр на левую руку испытуемого, автор стал получать хорошие результаты. Через некоторое время выявилось, что крепление тонометра на его правой руке уже не сказывается на результатах. Другой испытуемый, свободно владеющий обеими руками, в эксперименте с автоматическим письмом и рисованием безотчетно стремился к тому, чтобы пользоваться той или другой рукой по своему желанию. Некоторые испытуемые, в особенности студенты медицинских и психологических факультетов, настаивали на исполнении явных их причуд или на том, чтобы сначала попробовать себя в других гипнотических опытах, и лишь после этого от них можно было добиться сотрудничества в намеченном эксперименте.

Один пациент-невротик не имел возможности платить за сеансы гипнотерапии. Поскольку он не хотел получать лечение, не оплатив его, пациента убедили на добровольных началах принять участие в целой серии экспериментов в качестве испытуемого. Однако гипнотерапия по его настоянию не проводилась. После года экспериментальной работы у него подспудно созрело мнение, что его добровольные услуги являются достаточной платой за лечение. Придя к такому выводу, он согласился на полный курс гипнотерапии.

В гипнозе, где межличностные отношения и самооценка личности играют такую большую роль, непременно надо считаться с психологическими стремлениями испытуемого, какими бы тривиальными и не имеющими отношения к делу они ни казались. Недооценка их неизбежно приведет к расплывчатым, неудовлетворительным и даже противоречивым результатам. Поэтому в случае получения таких результатов нужно пересмотреть всю гипнотическую ситуацию с учетом вышесказанного.

Необходимость оберегать личность гипнотика.

Поскольку испытуемый, пребывая в состоянии гипноза, находится в явно невыгодном для себя и уязвимом положении, его личные права, привилегии и тайны должны сохраняться.

Независимо от того, насколько осведомлен и умен испытуемый, он всегда, независимо от того признает он это или нет, не уверен в том, что произойдет, что можно и что нельзя сказать или сделать в состоянии транса. Даже те испытуемые, которые с легкостью открывали автору тайники своей души, обнаруживали потребность в защите собственной личности и желали показать себя с лучшей стороны, независимо от того, в какой мере проявили себя с худшей.

Гарантия защиты должна даваться испытуемому и тогда, когда он бодрствует и когда пребывает в состоянии транса. В состоянии бодрствования это лучше делать косвенно, а в состоянии транса более прямолинейно.

Приведем такой пример. Двадцатилетняя девушка, добровольно согласившаяся участвовать в экспериментах, всегда приходила в обществе бестактной, острой на язык подружки, которая серьезно мешала проведению гипнотических сеансов. После того как была проделана довольно большая работа, она стала приходить одна. Еще некоторое время спустя девушка призналась со смешанным чувством удовольствия и смущения: Я приводила с собой Руфь, потому что она ужасно злая, и я знала, что при ней я не скажу и не сделаю ничего такого, чего не хочу. Она призналась также, что у нее бывают скрытые реактивные тревожные состояния, и попросила провести с ней лечебные сеансы гипноза. И до, и после гипнотерапии в экспериментальной работе она показала себя с самой лучшей стороны.

Если к работе привлечены новички и речь вдет об индукции у них глубокого гипноза, необходимо постоянно показывать, что им ничто не угрожает. Делать это нужно очень просто и часто с помощью приемов, которые на первый взгляд кажутся абсурдными. Тут надо учитывать особенности личности испытуемого. Одна студентка, выпускница психологического факультета добровольно согласилась принять участие в качестве испытуемой в демонстрационном опыте перед группой студентов. С некоторым трудом ее погрузили в состояние легкого транса, но по ее поведению было видно, что она опасается чего-то дурного. Под предлогом, что ее хотят обучить автоматическому письму, ее попросили написать несколько интересных предложений и не показывать их до тех пор, пока участники семинара не обсудят эту проблему. Поколебавшись, она написала что-то очень коротенькое. Тогда ее попросили перевернуть листок так, чтобы даже она сама не могла видеть написанное. Затем девушке дали еще один лист бумаги и предложили написать сначала обдуманно, а затем не задумываясь, ответы на такой вопрос: Хотите ли вы, чтобы я прочитал, что вы написали?. Оба письменных ответа были да и к ним машинально добавлено кто угодно. Затем ей сказали, что, поскольку это ее первая проба в автоматическом письме, то нет острой необходимости читать то, что она написала, а лучше сложить листок пополам, спрятать его в сумочку и в другой какой-нибудь раз, когда она прибегнет к автоматическому письму, сравнить написанное. После этого девушку легко удалось погрузить в глубокий гипноз.

Некоторое время спустя она дала такое объяснение: Я очень хотела быть загипнотизированной, но я не знала, можно ли вам доверять. Конечно, это было глупо, потому что все происходило на глазах у целой аудитории. Когда вы попросили меня написать предложение, моя рука сама вывела: Влюблена ли я в Джерри?", а потом я написала, что вы или кто угодно можете это прочесть. Но когда вы сказали, что я могу спрятать листок и когда-нибудь сравнить почерк, и даже не полюбопытствовали, что я написала, я поняла, что у меня нет причин вас опасаться. Я поняла также, что на свой вопрос лучше ответить себе когда-нибудь потом, а не сейчас. А то я мучилась бы вопросом, права я или нет.

С таким поведением мы сталкивались много раз. У испытуемых есть острая потребность в охране собственного Я, наш метод удовлетворяет эту потребность и снимает внутреннее противодействие при наведении глубокого гипноза.

Чтобы вызвать у испытуемого чувство безопасности, часто используют такой метод. Испытуемому в состоянии легкого транса советуют вызвать в своем воображении яркий, приятный и радостный сон, а затем забыть его и не вызывать до тех пор, пока этого не захочется. Такое внушение дает многообразный эффект. Прежде всего, оно вызывает у человека чувство свободы и безопасности и подсознательную уверенность в безопасности поведения в состоянии гипноза. В этом внушении говорится о знакомых вещах: забыть и не вспоминать. Оно дает чувство уверенности в себе, и в нем заключено постгипнотическое внушение, которое может быть выполнено только при желании испытуемого. Так прокладывается дорога к углублению транса.

Автор широко пользуется такого рода внушениями. Благодаря им у испытуемого под гипнозом создается масса приятных ощущений, возникает чувство полной безопасности, что позволяет ему легко и охотно вступать в сотрудничество с врачом.

Другой метод заключается в том, что испытуемому в состоянии легкого транса советуют утаить от врача кое-что из своей жизни. Это кое-что должно носить предпочтительно сугубо личный характер, хотя испытуемый может этого и не осознавать. Это может быть его второе имя, или тот член семьи, на которого он больше всего похож, или имя девочки, в которую он был влюблен в детстве. При этом человек на собственном опыте убеждается в том, что он не беспомощный автомат, что он может сотрудничать с врачом и выполнять его внушения и что успех дела скорее зависит от него, а не от врача. Подобные ощущения крайне важны для того, чтобы человек позволил погрузить себя в глубокий гипноз. Кроме того, испытуемый невольно приходит к мысли, что если он успешно выполняет негативное внушение, то, безусловно, справится и с позитивным.

Существует еще один метод, о котором часто забывают, признание заслуг. Нужно со всей серьезностью относиться к стремлению человека к успеху и к его желанию, чтобы этот успех был оценен другими и им самим. Недооценка этого вызовет у испытуемого, как у субъекта, наделенного чувствами, неуверенность и незащищенность. Такое его состояние может отрицательно сказаться на всей гипнотической работе. Это естественно, поскольку испытуемый, полагая, что его усилия не ценятся, перестает доверять врачу и усердствовать. Это особенно заметно на уровне бессознательного, когда обнаруживается, что эмоциональные реакции не всегда логичны. Опыт показал, что в той или иной форме одобрение должно быть высказано предпочтительно сначала в состоянии легкого транса, а затем ив нормальном состоянии бодрствования.

Если характер эксперимента не позволяет врачу высказать испытуемому свою признательность за его труд, он должен найти возможность сделать это в другой обстановке. При любой гипнотической работе следует помнить о ранимости испытуемого, оберегать его и учитывать особенности его личности.

Манипулирование сознательным и непроизвольным поведениями испытуемого во время индукции транса.

Очень часто в методах гипноза чрезвычайно важное значение придается тому, что делает и говорит врач при внушении транса, и почти не уделяется внимания тому, что делает и переживает гипнотик. В действительности же развитие состояния транса это интрапсихическое явление, обусловленное внутренними процессами, а действия гипнотерапевта направлены на то, чтобы создать для них благоприятные условия. По аналогии можно сказать, что инкубатор создает благоприятные условия для выведения цыплят, но сами цыплята получаются благодаря развитию биологических процессов внутри яиц.

Неопытный врач, индуцируя состояние транса, часто старается направить поведение испытуемого соответственно своим представлениям о том, как последний должен себя вести. Роль врача, однако, должна быть сведена к минимуму, а роли испытуемого, наоборот, должно быть придано большее значение. В пример можно привести испытуемую, с которой работал автор. После общего разговора о гипнозе она выразила желание тут же испытать состояние транса. Ей предложили выбрать кресло и сесть в него в самой удобной для нее позе. Усевшись в кресло, девушка сказала, что выкурила бы сигарету. Ей тут же дали сигарету, и она лениво курила, задумчиво наблюдая за тем, как дым тянется вверх. Автор как бы случайно делал замечание о том, какое это удовольствие курить, наблюдая за кольцами дыма, легко подносить сигарету ко рту и испытывать внутреннее удовлетворение от того, что можно целиком отдаться этому волшебному занятию и не обращать внимания на то, что творится вокруг. Вскоре он стал упоминать о затяжках и выдохах, и эти его слова совпадали с ритмом ее дыхания. В других репликах говорилось о том, с какой легкостью, почти автоматически, она подносит сигарету ко рту и опускает руку на подлокотник кресла. Эти замечания также совпадали с действительными движениями испытуемой. Вскоре слова вдох и выдох, поднять и опустить приобрели силу внушения, чего девушка даже не заметила, поскольку они сохраняли свой разговорный характер. Точно так же делались внушения, в которых слова спать, сонный и тяжелый по времени совпадали с движениями ее век.

Она погрузилась в состояние легкого транса, еще не успев докурить сигареты. Теперь ей внушалось, что она может не отказывать себе в удовольствии курить, даже засыпая; что когда сон ее станет глубоким, терапевт присмотрит за ее сигаретой; что и в глубоком сне она будет испытывать ощущение, будто курит. В результате такого внушения девушка погрузилась в глубокий гипноз, и с ней был проведен тренировочный сеанс, во время которого ее обучали вести себя в соответствии с подсознательными представлениями.

После этой предварительной подготовки она добровольно согласилась работать в качестве испытуемой с группами студентов медицинского факультета. Ее отношение к студентам было такое же, как и к автору. Однако на ее просьбу выкурить сигарету студенты реагировали по-разному. Некоторые мягко уговаривали ее не задерживать начала сеанса, некоторые закуривали вместе с ней, а третьи терпеливо ждали, когда она закончит курить. И всех постигала неудача. На заключительном занятии, на котором присутствовали все группы, двум студентам, каждому самостоятельно, было предложено загипнотизировать эту девушку. Предварительному каждому из этих студентов рассказали, как провел индукцию транса автор. Оба сумели вызвать у испытуемой глубокий гипноз. А затем и остальные студенты, следуя этой методике, достигли успеха.

Этот случай подробно рассмотрен нами потому, что по нему очень хорошо видно, что гипнотерапевт, какой бы методикой он ни владел, должен приспосабливать эту методику к поведению гипнотика. Было бы ошибкой считать, что желание этой девушки выкурить сигарету говорит о ее активном внутреннем сопротивлении; наоборот, оно свидетельствует о ее искреннем желании сотрудничать с врачом, но в свойственной ей манере. Так к этому и надо относиться, а не стараться преодолеть это как противодействие или прибегать к запретам.

Во многих случаях сопротивление гипнотика является кажущимся. Он просто безотчетно хочет проверить, намерен ли врач считаться с ним или заставляет беспрекословно поступать по-своему. Вот пример. Одна испытуемая, которую многие врачи безуспешно пытались погрузить в состояние транса, вызвалась участвовать в демонстрационном сеансе. Она села перед аудиторией на стул в напряженной и вызывающей позе. В ответ на это очевидно вызывающее поведение гипнотерапевт, как бы между прочим, заметил, что для того чтобы усыпить человека, последнему не обязательно расслабляться или действовать автоматически, от него требуется лишь желание быть загипнотизированным. А врачу нужно только пойти навстречу этому желанию. Тогда испытуемая поднялась и спросила, могут ли ее загипнотизировать, если она будет стоять. А почему нам с вами не показать, что это возможно? был ответ. Серией внушений она была погружена в глубокий транс. Впоследствии из расспросов выяснилось, что она много читала о гипнозе и решительно возражала против часто встречающихся утверждений, что гипнотик всего лишь пассивно реагирующий автомат, не способный к самовыражению. Непроизвольное поведение, заявила она, так же важно как и сознательное, и признание этого факта позволит эффективно применять гипноз в жизни.

Следует заметить, что реплика: А почему нам с вами не показать, что это возможно?, обозначающая, что ее поведение целиком принимается, вызвала у испытуемой готовность к тому, чтобы быть загипнотизированной, и настроила ее на полное сотрудничество, в результате которого будут достигнуты ее собственные цели и цели врача.

Во время опыта испытуемая часто подсказывала автору, что еще ему следует попросить ее продемонстрировать, и часто действительно вносила коррективы в первоначально задуманный эксперимент. В других случаях она бывала совершенно вялой и безучастной.

У одной студентки, выпускницы психологического факультета, никак не удавалось вызвать состояние глубокого гипноза. После нескольких часов безуспешных попыток девушка робко спросила, не может ли она, хотя у нее нет никакого опыта работы с гипнозом, сделать некоторые замечания о технике индукции. Она сказала следующее: Вы произносите свои внушения слишком быстро. Вы должны произносить их очень медленно, настойчиво повторяя. Один раз скажите быстро, немножко повремените и повторите медленно; и, пожалуйста, время от времени делайте паузы и давайте мне передохнуть, и не подчеркивайте так глаголы. Вот так, с ее помощью, меньше чем за тридцать минут, девушку погрузили в глубокий, почти на стадии ступора, гипноз. Впоследствии ее очень часто привлекали к различным экспериментам. Она успешно обучала других, как следует индуцировать состояние глубокого транса.

Принять такую помощь не значит признать свое невежество или некомпетентность. Наоборот, это значит честно признать, что глубокий гипноз это совместное дело, в котором основную работу выполняет испытуемый, а врач старается побудить его к тому, чтобы приложить необходимые усилия. Это значит признать, что никому не дано подлинное понимание особенностей восприятия и поведения другого человека. Такой подход лучше всего действует на умных и очень заинтересованных людей, хотя эффективен и в других случаях. Он создает атмосферу доверия, уверенности и чувство активного участия в общем деле. Более того, он рассеивает ложные представления о таинственной силе гипнотерапевта и способствует установлению правильных отношений между гипнотиком и врачом. К счастью, автор понял это в самом начале своей деятельности и впоследствии не раз убеждался, что такой подход неизменно облегчает индукцию гипноза любой стадии и помогает добиться самого сложного гипнотического поведения у испытуемого.

В литературе часто пишут о сопротивлении испытуемого и о том, как преодолеть или обойти его. Как показывает опыт автора, лучший способ преодолеть это противодействие направить его на создание гипнотического состояния. Этого можно достигнуть словесным внушением. Внушение должно быть составлено таким образом, чтобы ответное поведение, каким бы оно ни было положительным, негативным или вовсе не проявленным, воспринималось как желательное. Гипнотику, который никак не реагирует на внушение поднять руку, можно, к примеру, сказать следующее: Вскоре ваша правая, а может быть, левая рука начнет подниматься или наоборот, давить вниз. А то и вовсе не будет двигаться. Мы подождем и будем наблюдать, что именно произойдет. Может быть, сначала у вас пошевелится большой палец, или вы почувствуете что-то в мизинце. Но дело не в том, поднимется ли ваша рука или, напротив, будет давить вниз, или вовсе останется неподвижной. Значение имеет лишь ваша способность ощущать, что происходит с рукой.

Такое внушение охватывает и поднятие руки, и тяжесть в ней, и отсутствие движения любое из этих действий является правильной ответной реакцией. Выходит, мы создали ситуацию, в которой противодействие гипнотика носит конструктивный характер сотрудничества. Нельзя сопротивляться гипнозу, если тебя ему не подвергают. Понимая это, врач должен создать такие условия, в которых возможность проявить противодействие является ожидаемой и само противодействие сконцентрировано на том, что не является важным. Гипнотику, у которого противодействие выражается в том, что рука у него не поднимается, можно внушить, что правую руку он поднимает, а левую нет. Противодействие тогда выразится в том, что он поступит наоборот. В результате гипнотик обнаружит, что реагирует на внушение и испытывает при этом удовлетворение. В большинстве случаев, когда мы прибегали к подобному внушению, лишь немногие испытуемые замечали, что оказались в подстроенной ситуации, позволившей сыграть на их противоречии. Один пишущий о гипнозе автор, не вникнув в суть данного метода, провел такой опыт. Желая продемонстрировать, что испытуемые не смогут устоять против его внушения, он предложил им сопротивляться при наведении транса. Испытуемые стали сознательно демонстрировать, что охотно отзываются на внушения, чтобы доказать, что они не могут перед ним устоять. Автор опубликовал это исследование в полном неведении о подлинном смысле происшедшего.

Каким бы ни было поведение гипнотика, оно должно быть принято как таковое и направлено на развитие соответствующих гипнотических действий. Любая попытка исправить или изменить поведение испытуемого или заставить его делать то, в чем он не заинтересован, мешает наведению транса, а глубокого гипноза в особенности. Если у пациента, который хотел, чтобы его погрузили в состояние транса, вдруг возникает сопротивление, это свидетельствует о противоречии, которое может быть с успехом использовано в целях как пациента, так и врача. Подход, в котором признаются интересы гипнотика и особенности его поведения, не является, как поспешили отметить некоторые авторы, неортодоксальным методом, построенным на врачебной интуиции. Наоборот, он исходит из простого признания существующих условий и глубокого уважения к испытуемому как к активной личности.

Каждый последующий шаг в индукции транса следует делать, только если гипнотик остался доволен предыдущим. Удовольствие может быть вызвано самой гипнотической ситуацией или вытекать из жизненного опыта гипнотика. Вполне возможно, что даже на участие в эксперименте в качестве испытуемого он решился после сильного внутреннего колебания. Сидеть удобно и расслабленно в кресле, отключившись от тревог внешнего мира, это истинное удовольствие. В том, что рука, в ответ на требование поднять ее, не поднимается, страшного ничего нет. Сидеть и не двигать руками само по себе удовольствие. Желание сидеть, не шевелясь, в то время как врач изо всех сил старается внушить тебе явные бессмыслицы, это еще одно удовольствие. Каждое из этих удовольствий является формой поведения, которую можно рассматривать как первый успешный шаг в развитии состояния транса.

Вот пример. Молодая женщина, доктор психологии, весьма скептически относившаяся к гипнозу, бросила автору вызов. Она предложила ему продемонстрировать на ней его хитрые фокусы в присутствии других коллег, которые станут свидетелями его поражения. При этом она заявила, что если ей докажут существование такого явления, как гипноз, она примет участие в любой работе, которую задумает автор. Ее вызов и условия были приняты.

Испытуемой часто напоминали ее обещание в случае поражения принять участие в исследованиях, поскольку оно определяло ее поведение и в будущем могло быть использовано в состоянии гипноза. Затем был применен метод, от которого ожидалось, что он ничего не даст, и так оно и случилось. Таким образом, у испытуемой появилось приятное чувство правоты, сквозь которое, однако, уже сквозило сочувствие к автору, так позорно провалившемуся. Это сочувствие стало краеугольным камнем, на котором впоследствии строилось все ее гипнотическое состояние. Затем автор, якобы желая спасти честь мундира, завел разговор о речедвигательных реакциях, в ходе обсуждения, благодаря косвенному внушению, испытуемая выразила желание участвовать в эксперименте, демонстрирующем такие реакции. При этом она заметила: Только не уверяйте меня, что речедвигательные реакции это гипноз, я знаю, что это не так. Ей возразили, что речедвигательная деятельность проявляется под гипнозом так же хорошо, как и в состоянии бодрствования. Так был заложен еще один камень в фундамент ее будущего гипнотического поведения.

В качестве образчика речедвигательных действии для опыта выбрали поднятие руки. Испытуемая охотно на это согласилась, поскольку не знала, что автор часто пользуется этим приемом при наведении транса.

Под видом педантичного рассмотрения вопроса автор провел серию внушений, в которых предлагал испытуемой поднять и опустить руку. Она проделывала это быстро и восторженно. После этого автор сказал, что перед началом экспериментальной работы было бы хорошо, если бы испытуемая полностью сосредоточилась на собственных ощущениях, не обращая внимания на внешние сигналы, кроме его голоса. Так был заложен еще один камень. Через десять минут женщина уже была в сомнамбулической стадии глубокого транса.

После нескольких минут разговора о ее возможных речедвигательных реакциях испытуемую спросили, не надоела ли ей эта тема и не хочет ли она вернуться к другим аспектам вопроса, с которого началась беседа. Так ей сделали внушение проснуться, исключая при этом возможность критической оценки ситуации. Она согласилась, легко вышла из транса, и автор возобновил беседу на первоначальную тему. Вскоре с помощью того же метода женщина была вторично погружена в транс. Во время третьего погружения в транс у испытуемой появилась каталепсия. Это испугало и расстроило ее, но прежде чем вывести женщину из транса, ее уверили, что это была заторможенная речедвигательная реакция. Это не только не насторожило ее, а наоборот, еще больше пробудило интерес к делу.

В двух других гипнотических сеансах она изъявила желание испытать другие явления, связанные с речедвигательной деятельностью. Ей предложили смотреть на присутствующих и следить за тем, как по мере ослабления внимания и сосредоточения на движении своих рук она перестает замечать присутствие свидетелей. Таким образом, у испытуемой удалось вызвать отрицательную галлюцинацию, настолько возбудив ее интерес к речедвигательной деятельности, что он исключил любую другую форму поведения. Затем у нее вызвали положительные галлюцинации. При этом она видела свою поднятую руку в двух разных положениях так ясно, что могла отличить, где у нее рука, а где зрительный образ руки. После этого автор высказал предположение, что в зависимости от того, будет ли ее внимание к своим речедвигательным реакциям возрастать или угасать, она попеременно будет видеть или не видеть, слышать или не слышать присутствующих, сможет вызвать раздвоенные зрительные образы присутствующих, сможет забыть о присутствии других людей и даже об их существовании и многое другое. Таким путем ей предоставили возможность пережить множество гипнотических событий.

Затем предстояла очень трудная задача сообщить испытуемой, что она была загипнотизирована. Эта попытка была сделана во время шестого сеанса. Ей предложили вспомнить свои ощущения во время первой демонстрации речедвигательных реакций. Когда она сделала это, автор заметил, что ее сосредоточенность на себе, вероятно, можно сравнить с похожим состоянием, которое наблюдается в гипнозе. При воспоминании о второй демонстрации автор высказал мнение, что она действовала почти в состоянии транса. Испытуемую попросили вспомнить, как она вела себя во время третьей попытки. Когда она это сделала, ее спросили, чем она может объяснить свою каталепсию; еще ее попросили восстановить все, что ей говорилось и как она на это реагировала. В этот раз автор сделал ясный намек на гипноз, похвалив при этом способность испытуемой вызывать в своем воображении зрительные и слуховые образы, что помогло ей так хорошо разобраться в своих действиях. Сразу же ей предложили вспомнить свое поведение при четвертой демонстрации. Сделав это, женщина неуверенно спросила, не была ли она во время этой демонстрации под гипнозом. Ее уверили в том, что она вела себя совершенно свободно, все понимала и все ей удавалось. Тогда она заявила:

Выходит, я нахожусь под гипнозом сейчас. Автор подтвердил это и быстро стал напоминать о каждой ее удаче и о том, как великолепно она сумела воспользоваться речедвигательными реакциями для того, чтобы обогатить свой личный опыт. Ее попросили еще раз пережить события этого вечера и дать автору любой совет, какой она сочтет нужным.

После некоторого размышления испытуемая попросила автора не говорить ей после пробуждения, что она была загипнотизирована, а дать ей время на то, чтобы изменить свое отношение к гипнозу и к самому автору как пропагандисту этого метода, а также на то, чтобы осознать ошибки в прежних своих рассуждениях.

На том и порешили. Испытуемой сказали, что она проснется и не будет помнить о своих приключениях под гипнозом, у нее останется приятное чувство от сознания того, что и она и автор одинаково заинтересованы в речедвигательной деятельности. Затем ей внушили, что ей подсознательно будет приятно утаивать от самой себя факт пребывания под гипнозом и что в подсознании она будет беречь это как тайну между ней и автором. Ей также сказали, что ее подсознание сможет и будет влиять на сознание таким образом, что это позволит ей заняться гипнозом и изучением пережитого ею в разных состояниях транса, в любой форме, которая удовлетворит ее интеллектуальный интерес. Это постгипнотическое внушение предоставило испытуемой возможность убедиться в независимой работе сознания и подсознания, в существовании гипнотической амнезии и в проявлении постгипнотических поступков. Кроме того, ей на самом глубоком уровне транса дали понять, что как личности ей ничто не грозит и при индукции транса ее поведение важнее, чем действия врача, и что более простая форма поведения может стать ступенью в развитии подобной, но более сложной формы поведения.

Результат всего этого оказался очень интересным. Два дня спустя испытуемая принесла извинения за свой глупый скептицизм по отношению к гипнозу и за беспардонное пренебрежение к работе автора. Она добавила, что очень довольна тем, что ей пришлось извиниться. Спустя еще несколько дней она добровольно вызвалась участвовать в опытах, уверяя, что теперь очень интересуется гипнозом и хотела бы принять участие в исследованиях. В течение нескольких лет она была самой интересной испытуемой.

В этом случае, описанном так подробно, автор приводит многие соображения, которые, по его убеждению, имеют первостепенное значение при индукции глубокого гипноза. То обстоятельство, что между испытуемым на уровне его подсознания и врачом устанавливается тайное взаимопонимание, не раз способствовало индукции глубокого гипноза у людей, которые без этой маленькой тайны оказывали агрессивное противодействие. Благодаря установившемуся взаимопониманию они могли осознавать свое противодействие и выражать его свободно и без опаски. В то же время у них было ощущение эффективного и надежного сотрудничества. Полученное при этом удовольствие побуждало к продолжению и успешному завершению эксперимента, а активное противодействие очень скоро пропадало, снималось или разумно использовалось.

Короче говоря, как бы ни вел себя испытуемый, его поведение следует направить на создание состояния транса. В описанном выше примере желание испытуемой, чтобы автор потерпел неудачу, перешло в речедвигательную деятельность, которая постепенно дала множество гипнотических переживаний. Эти переживания были прямо или косвенно вызваны речедвигательными реакциями. Их увенчал успех, принесший удовольствие, как испытуемой, так и врачу.

Если бы в этом случае мы попытались использовать директивные методы наведения транса, то такая попытка закончилась бы неудачей. Наш успех был связан с тем, что целью эксперимента было не доказать мастерство автора, а дать испытуемой ясное представление о природе гипноза и о характере проводимых исследований.

Мы уделили достаточно много внимания общим принципам наведения глубокого транса. Теперь дадим краткое описание некоторых частных методов гипноза, которые обычно приводят к успеху. Из-за недостатка места многие детали приемов, которые в каждом отдельном случае могут меняться, здесь опущены.

Метод путаницы.

Этим методом пользуются для того, чтобы вызвать определенные гипнотические явления, а также для индукции глубокого транса. Прибегать к нему лучше всего, когда имеешь дело с высокообразованными людьми, проявляющими интерес к гипнозу, или с теми, кто выказывает нежелание подвергнуться гипнозу, а на самом деле подсознательно очень этого хочет.

Суть метода заключается в том, что делается ряд противоречивых, взаимоисключающих, разнонаправленных, отличающихся по форме внушений, требующих от испытуемого постоянного переключения внимания. Если, например, испытуемому делают внушение поднять руку, его выразительно просят поднять правую руку и не двигать левой. Когда врач, повторяя внушение, просит поднять левую руку и не шевелить правой, испытуемый приходит к мысли, что врач не следит за своими словами. Когда испытуемый окончательно убеждается в том, что врач что-то путает, он, сам того не подозревая, начинает сотрудничать с ним. В этот момент можно и вовсе запутать пациента, требуя, чтобы он, не двигая руками, в то же время одну поднял, а другой давил вниз. После этого можно вернуться к первоначальному требованию.

Движимый желанием сотрудничать с вр

 

 

Главная страница

Обучение

Видеоматериалы автора

Библиотека 12000 книг

Видеокурс. Выход в астрал

Статьи автора по астралу

Статьи по астралу

Практики

Аудиокниги Музыка онлайн- видео Партнерская программа
Фильмы Программы Ресурсы сайта Контактные данные

 

 

 

Этот день у Вас будет самым удачным!  

Добра, любви  и позитива Вам и Вашим близким!

 

Грек 

 

 

 

 

  Яндекс цитирования Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов SPLINEX: интернет-навигатор Referal.ru Rambex - рейтинг Интернет-каталог WWW.SABRINA.RU Рейтинг сайтов YandeG Каталог сайтов, категории сайтов, интернет рублики Каталог сайтов Всего.RU Faststart - рейтинг сайтов, каталог интернет ресурсов, счетчик посещаемости   Рейтинг@Mail.ru/ http://www.topmagia.ru/topo/ Гадания на Предсказание.Ru   Каталог ссылок, Top 100. Каталог ссылок, Top 100. TOP Webcat.info; хиты, среднее число хитов, рейтинг, ранг. ProtoPlex: программы, форум, рейтинг, рефераты, рассылки! Русский Топ
Directrix.ru - рейтинг, каталог сайтов KATIT.ru - мотоциклы, катера, скутеры Топ100 - Мистика и НЛО lineage2 Goon
каталог
Каталог сайтов